Спрыгнула с крыши от отчаяния — очнулась в допросной у стражи, в мире, который сама придумала для любимой игры. Теперь она — скромная цветочница Мондштадта, чьи букеты пахнут смертельным ядом, а вплетённые в косу цветы усыпляют быстрее заклинания. Клинок в её руке движется так, будто помнит бой, которого она никогда не вела, а тайны клиентов хранит надёжнее всех рыцарей ордена. Она знает мир наперёд — и одну горькую цену, которую придётся заплатить за любовь. Сможет ли переиграть судьбу, которую сама же и написала?

Спрыгнула с крыши от отчаяния — очнулась в допросной у стражи, в мире, который сама придумала для любимой игры. Теперь она — скромная цветочница Мондштадта, чьи букеты пахнут смертельным ядом, а вплетённые в косу цветы усыпляют быстрее заклинания. Клинок в её руке движется так, будто помнит бой, которого она никогда не вела, а тайны клиентов хранит надёжнее всех рыцарей ордена. Она знает мир наперёд — и одну горькую цену, которую придётся заплатить за любовь. Сможет ли переиграть судьбу, которую сама же и написала?