После ресторана мы довольно быстро распрощались с Гань Юй и Мораксом, а затем направились к дому Ху Фуа. Честно говоря, такого неловкого чувства я не испытывал уже давно. Всё-таки Моракс настоящий фанат чая. Он даже воду для заваривания выбирает особую, собранную в строго определённое время и в нужном месте. Прям Бог Чая, а тут я, со своим молоком… Наверное, в уме он проклял меня дюжину раз, если не больше.
И всё же я был рад, что он пришёл. За столом разговор неожиданно коснулся о моих растрёпанных длинных волосах. И тогда Моракс поделился одной техникой. Хотя «поделился» – не совсем точное слово. Он попросту взял и вложил её прямо в мою голову, даже не дав времени опомниться или задать вопросы.
Теперь я могу менять причёску как угодно: хоть превратиться в Рапунцель с метровыми косами, хоть в Майора Пэйна с идеально выбритым затылком. Удобство невероятное, но я почти уверен, что дело не только в волосах. Вряд ли Гео Архонт стал бы делиться подобной техникой ради пустяков. Скорее, он просто указал мне направление. Ведь до этого речь шла о смене облика, и он наверняка уловил мой интерес.
Но, как бы то ни было, с одной проблемой я разобрался. Всё же волосы не росли в определённой причёске, а просто были длинными, словно бесформенный водопад. Даже чёлки не было. И хоть уже привык к ним, но всё же почувствовал облегчение, наконец избавившись от этих патл.
— Интересно, а что учитель имел в виду, когда говорил, что у тебя особые сны? — нарушила тишину Ху Фуа.
— Не знаю… Может, это связано с легендой о сне? — задумчиво произнёс я, скорее самому себе. — В книгах Сянь Юнь я наткнулся на историю, где говорилось, что когда-то в Тейвате живые существа вовсе не могли видеть сны, а значит и мечтать. Но некоторые ангелы восстали против этого порядка, и даровали людям способность мечтать. Правда, вместо счастья это принесло беду, и тогда ангелов наказали, а у жителей Тейвата вновь отняли возможность видеть сны.
— Подожди, — перебила меня Ху Фуа. — Но я слышала, что именно Дендро Архонт наделил людей этой силой.
Я кивнул.
— Да. Но будто бы нынешние сны ненастоящие. Они созданы Небесами и служат не выражением желаний, а инструментом влияния. То есть люди не столько мечтают, сколько получают навязанные образы, которые мягко подталкивают их к определённым действиям. По сути, это тонкий способ управления судьбой, — произнеся это, я невольно поднял взгляд на небо, туда, где в вышине парили Небесные Острова, Селестия – обитель Небесного Владыки. — И это касается не только людей, но и всех, кто родился в Тейвате: от Адептов до Драконов. Может быть, именно поэтому Моракс и сказал, что у меня «особые сны»?..
— Эм… но ты ведь родился в Тейвате… — неуверенно возразила она и поёжилась. — И что-то меня эта тема пугает. Если представить, что кто-то управляет мною и всеми, кого я люблю… а эти чувства, мечты, желания всего лишь навязанные образы… это страшно.
Ху Фуа прижалась ко мне и обняла.
— Не думаю, что всё обстоит именно так, — поспешил я её успокоить, мягко приобняв в ответ. — Ты же знаешь, как Адепты любят приукрашивать и усложнять истории. Возможно, речь вообще о другом. Например, о том, что раньше люди жили под полным контролем Богов. По сути, и сейчас многое зависит от них, но тогда люди почти не имели права выбора и мало чем отличались от рабов.
Я почувствовал, как Ху Фуа чуть крепче прижалась ко мне.
Может, в той истории и вправду скрыт какой-то иной смысл… но я сомневаюсь. Слишком уж прямо она была изложена, совсем не в стиле Ли Юэ, где каждое слово облекают в намёки и аллегории. Эта запись скорее напоминала дневник, написанный наспех, чем тщательно выверенную легенду. К тому же в ней упоминалась долина Чэньюй, и это наводило на мысль, что её автор мог быть оттуда.
Вообще, Сянь Юнь всегда высказывалась о северных Адептах, обитателях Чэньюй, с какой-то особой неприязнью. Я пытался расспрашивать её, надеясь понять причину, но быстро понял, что это бесполезно. В её голосе звучало откровенное пренебрежение, доходящее почти до оскорблений. Такого я раньше от неё никогда не слышал. Она едва ли не прямо называла их глупцами.
Из-за чего я почти уверен, что тот дневник не мог принадлежать Адепту. Скорее, его автор был простым смертным, может быть учеником или даже чужеземцем, случайно соприкоснувшимся с чем-то, что обычно скрыто от глаз. Он писал для себя, оставляя честные, пусть и наивные мысли. Поэтому его стиль такой простой, без необходимости расшифровывать каждую строчку.
С другой стороны, тогда эти знания сомнительны. Ведь откуда у простого человека могли быть знания о Небесах и их наказаниях?
— Сестрёнка Фуа! — к нам подбежала девочка лет восьми с пышными каштановыми волосами и огромными карими глазами, сияющими радостью.
«Первое, что бросалось в глаза, – это её одежда: богатый чёрный шёлк, украшенный золотыми узорами. Причем зная цену, то они действительно из золота. По ощущениям, ткань была соткана из нитей Солнечного Шелкопряда – существа, похожего на гигантскую моль размером со слона. Эти твари питаются Гео-энергией, и их шёлк приобретает характерный золотистый оттенок с Гео-частицами.
Для кого-то подобное – непозволительная роскошь, а для её семьи простая обыденность. Ведь всё-таки ритуальное бюро «Ваншэн» монополизировало весь Ли Юэ. А учитывая, какие здесь люди суеверные, их вызывают не один раз, а то и по трижды. Тем более после Катаклизма смертность зашкаливала, так что неудивительно, что сейчас они шикуют.
Да и даже спустя пять сотен лет они будут процветать. «Ваншэн» полностью контролирует все похороны в Ли Юэ, имея дочерние конторы по всей стране. В каноне, конечно, на Ху Тао часто хмуро косились, кому-то не нравилась её навязчивость, кому-то прямолинейность. Но как только случалось несчастье, все эти люди первым делом бежали именно к ней.
Так что похоронное бюро довольно прибыльный бизнес. Но если я скажу это при Ху Фуа, то она точно стукнет меня. Всё-таки её семья в первую очередь заботится о поддержании равновесия между жизнью и смертью. А мора так… для души.
— Сяо Сяо! — радостно откликнулась Ху Фуа, распахнув руки.
Сёстры обнялись, и было видно, как сильно они соскучились друг по другу.
— Ты так долго не приходила! Мы уже думали, что ты совсем забыла дорогу домой.
— Эй, я же отсутствовала всего ничего, — засмеялась Ху Фуа и мягко потрепала её по волосам.
Я, стоявший рядом, невольно вскинул бровь. Всего ничего… Ну-ну.
— Пару лет – это целая вечность! — надула щёки Сяо Сяо. — Я даже начала думать, что ты подружилась с призраками и теперь живёшь у них!
— Ну, пару раз я действительно чуть к ним не присоединилась, — невозмутимо заметила Фуа.
Сёстры рассмеялись.
Наверное, только эта семейка может позволить себе так шутить о смерти.
К слову о семейке, к нам направлялась удивительно красивая женщина. В моём мире её бы наверняка сразу прозвали моделью. И неудивительно, ведь Ху Синь явно заботилась о своей внешности и фигуре. Даже оставив оружие в прошлом, она, как говорила Ху Фуа, не пренебрегала утренними тренировками, и это правильно. В этом мире никогда не знаешь, что может случиться. Вдруг из воды вылезет какая-нибудь Годзилла? Маловероятно, конечно, но шанс всё же есть. А значит, в трудный момент можно рассчитывать только на собственную силу.
К тому же у неё тесная связь с магией, а достаток позволял пользоваться всевозможными алхимическими мазями и эликсирами. В результате женщине около сорока, но выглядит не старше тридцати.
— Мама! — радостно воскликнула Ху Фуа, и бросилась ей навстречу.
Ху Синь мягко обняла дочь. В её глазах сверкнула нежность, а в улыбке появилось то особое тепло, которое бывает только у мам.
— Я скучала, мама, — шёпотом призналась Ху Фуа, уткнувшись в её плечо.
— И я скучала, — так же тихо ответила Ху Синь, проводя рукой по волосам дочери. Она задержала пальцы на прядях, чьи кончики едва заметно мерцали от переполнявших Ху Фуа эмоций.
Самое удивительное, что у неё нет Глаза Бога. Но это не мешало ей пройти через Катаклизм, быть на передовой и спасти не одну жизнь. Даже после трагедии она занималась делами семьи, проводя ритуалы и очищая земли Ли Юэ от скверны. По сути, она настоящий герой, и всё же Глаза Бога ей так и не даровали.
Я так и не понял, за что именно даруют эти артефакты… Но да Архонт с этим.
Ху Фуа подняла голову, её глаза блестели от счастья.
— Я старалась быть сильной, как ты учила.
— Я вижу, — с гордостью ответила Ху Синь и нежно поцеловала дочь в лоб. Затем, задержав объятия ещё на мгновение, она перевела взгляд на меня.
— Здравствуйте, госпожа Ху Синь.
— Прошло три года, а ты всё такой же вежливый, — произнесла она, слегка покачав головой. — Но я надеялась, что за это время ты научишься говорить свободнее, без этих формальностей. Всё же мы теперь не чужие люди, так ведь, Ху Фуа.
Намёк был слишком прозрачен, чтобы его не заметить. Особенно когда Ху Синь улыбнулась так хитро, при этом щуря глаза, словно знала больше, чем следовало.
Я посмотрел на Ху Фуа, и та поспешно отвела глаза. Но по лёгкому румянцу на её щеках всё стало ясно – проболталась. Не то чтобы я был против… просто ситуация резко стала щекотливой. Мы ведь в Ли Юэ, ещё в ту эпоху, до всякой романтизации и современной этики, где родители вполне могли бы стоять со свечкой у кровати.
А так да, они переписывались. Пусть здесь нет интернета, и письма доставляют птицы, но не обычные, а с элементальной энергией. Они развивают такую скорость, что в полёте больше напоминают истребители. Уж я-то знаю, ведь жил в городе, где авиационное учебное заведение, и звуки абсолютно те же. Поэтому их и зовут Громовыми Соколами. Хотя на деле они принадлежат к Пиро-стихии и гораздо мельче прочих соколиных.
Да уж, впервые я оказался в подобной ситуации… Сейчас бы я с куда большим удовольствием снова встретился лицом к лицу с ордой монстров, чем стоял напротив этих пронзительных глаз.
Ху Синь едва заметно склонила голову, а на лице всё также мягкая улыбка, словно происходящее забавляло её.
— Ну что ж… Раз уж так вышло, думаю, нам есть о чём поговорить.
— Мама! — торопливо возмутилась Ху Фуа, почти умоляя.
— Что — мама? — Ху Синь приподняла бровь, и в её голосе прозвучала лёгкая насмешка. — Раньше ты морщила нос при одном упоминании мальчиков, называла их мартышками, а на выборе жениха и вовсе сбегала из дома. Так что да, мне любопытно.
— Но они ведь были старше меня! И всё время только и болтали о всякой ерунде…
Я впервые слышу, что у неё был выбор жениха. Хотя, если точнее, это скорее то, что здесь называют «смотринами». Такое позволяют себе лишь очень состоятельные семьи, и то скорее как исключение из правил. Когда у семьи есть всё, и нужды ни в чём нет, они могут позволить дочери выбирать мужа. Но я встречал такое лишь в книгах, что уже само по себе говорит о редкости. Ведь жадность порой оказывается сильнее любви. Поэтому я и удивился, услышав подобное от госпожи Синь.
Впрочем, когда мы познакомились, Ху Фуа уже была в том возрасте, когда обычно выходят замуж. В Ли Юэ, как в Мондштате, у девушек совершеннолетие определяется первой кровью, мол, природа даёт знак, что она готова к зачатию ребёнка. С юношами всё сложнее. В Мондштате они должны доказать, что стали мужчинами. Чаще всего смотрят на профессии отцов. Сын охотника идёт один на охоту за своей первой дичью, сын кузнеца куёт первый гвоздь для своего будущего дома. Поэтому точного возраста там нет, но обычно это происходит между двенадцатью и пятнадцатью годами, как решат родители.
В Ли Юэ же всё куда строже и не без суеверий. Считается, что энергия Ян особенно важна в период взросления мальчиков и её нельзя растрачивать на девушек, пока тело полностью не созреет, то есть примерно к двадцати годам. Но если этой энергии не хватает, её, якобы, может передать взрослый мужчина. При этом осуждать его никто не будет, а, наоборот, хвалить. Ведь он занимается сексом с мальчиком «ради помощи», «исцеляет», наполняя ослабленное тело своей… энергией. Страшная тема, в которую меня тошнит углубляться.
Но что поделаешь? Необразованный народ охотно верит первому встречному доктору, которому вздумалось просто потрахаться. Да, они действительно могут желать добра своему ребёнку, но в итоге сами подсовывают больного ребёнка извращенцам. И не скрывают этого, а хвастаются «методом лечения» доктора, как бабушки у подъезда обсуждают «освящённую воду» через телевизор или мочу от всех болезней. Поэтому такие «лечения» я услышал сполна, и, честно говоря, каждый раз возникает желание убивать.
— Братик, с тобой всё хорошо? — невинно хлопая глазами, спросила Ху Сяо, слегка дёрнув меня за край одежды.
Я тяжело вздохнул, потом улыбнулся и погладил девочку по голове.
— Да, не волнуйся.
Сказав это, я посмотрел на Ху Фуа, которая всё ещё спорила с мамой. Ну… как спорила, скорее в стиле: «Ну мама…», что невольно рассмешило меня. Да и Ху Синь явно получала удовольствие от происходящего.
Судя по всему, она не возражает против наших отношений, а значит, можно спокойно выдохнуть. Более того, Ху Фуа рано или поздно обретёт особый статус в глазах людей. Пока ещё никто из смертных не знает, что она вступила на путь Адепта, но это ненадолго. После того как Моракс раскрылся перед людьми, все узнали, что она его ученица. Со временем к этому добавят и другие достижения, даже те, которых она не совершала. Такова уж человеческая природа, выдумывать то, чего нет, лишь бы подтвердить свои странные теории. И в итоге в их глазах Ху Фуа станет настоящим Адептом. А для столь суеверных людей даже малейшая связь с ними воспринимается как святость. Так что у неё светлое будущее, и поводов для тревоги у Ху Синь нет.
Да и я всегда старался рядом с ней быть хорошим человеком. Всё-таки она не раз поддерживала меня, когда ревнивый отец Ху Фуа пытался надавить, а ещё постоянно угощала вкусностями…
Ох, Сириуса невольно вспомнил…
— Ах да, не волнуйтесь, — внезапно произнесла Ху Синь, глядя на Ху Фуа с мягкой улыбкой. — Твой дорогой отец уехал по делам в долину Чэньюй. Так что времени у нас предостаточно.
— Госпожа Синь, неужели вы умеете читать мысли? — хмыкнул я, решив, что пора хоть немного отвлечь внимание от смутившейся Ху Фуа. — Я как раз только о нём подумал. Кстати, мы принесли подарки.
— Подарки?! — тут же оживилась Ху Сяо. Её глаза засияли, точно как у моей сестрёнки на Новый Год. Даже приподнялась на носочки, прямо как она.
Ху Фуа, всё ещё красная, бросила на меня благодарный взгляд. А Ху Синь, прикрыв ладонью рот, едва слышно посмеялась.
Вскоре мы переместились в дом семейства Ху. За три года здесь будто ничего не изменилось, ни новых вещей не появилось, ни старые не исчезли. Всё оставалось на своих местах, словно само время застыло в этих стенах. Даже горшки с цветами, казалось, стояли так же, как раньше.
Нас ждал вкусный ужин. И хоть мы только что вернулись из ресторана, отказаться под таким пристальным взглядом было невозможно. Особенно переживала Ху Фуа, а посему ела старательно, лишь бы мама снова не завела щекотливую тему про мальчиков и девочек. К счастью для неё, этого так и не произошло. Под конец ужина было заметно, что женщина и сама устала, просто держала маску ради дочери. Разве что под конец не удержалась: она выделила нам общую комнату в самом дальнем углу дома и, с лукавой улыбкой, пошутила, мол, так Ху Сяо не проснётся от странных звуков. Хотя после этого Ху Фуа просто сбежала в свою старую комнату, чтобы завтра госпожа Синь не смущала её. Правда, мне кажется, она недооценивает свою маму, та всё равно найдёт повод смутить её, только уже по другой причине. Например, дочь так стеснялась, что испугалась ночевать в одной комнате со своим молодым человеком.
Однако, по правде говоря, мне самому ещё нужно подготовиться. Всё-таки в Ли Юэ люди напоминают мне мою бабушку, которая могла спокойно обсуждать пошлости. Логика та же, что естественно, то небезобразно. Так что не удивлюсь, если мне захочется куда-нибудь сбежать… в ту же гильдию.
***
Загляни на мой Бусти - там главы выходят быстрее, да и интересного материала побольше.
👉 https://boosty.to/killer_warm
Обновлено: 08.04.2026