— ГА-ГА-ГА! ОЙ, БЛЯ, ДЕРЖИТЕ МЕНЯ СЕМЕРО! — Гаврила бился в истерике на плече у Гарри, чуть не сваливаясь в пике от смеха. — ВЫ ВИДЕЛИ ЕГО РОЖУ?! КАК БУДТО ЕМУ ПАЯЛЬНИК В ЖОПУ ЗАСУНУЛИ! «МОЙ ГЛАЗ! МОИ ВОЛОСЫ!»
Баба Зина и компания вышли из магазина мадам Малкин с покупками, оставив позади поверженного аристократа Малфоя.
Попугай не унимался. Он топорщил перья, изображая Люциуса, и визгливым голосом орал:
— Я ЛОРД! Я ВАЖНАЯ ПТИЦА! А Я ЕМУ — ХЛЫСТЬ СВЕРХУ! И ПРЯМО НА ВОРОТНИК! СУКА, ЭТО БЫЛ ЛУЧШИЙ ВЫСТРЕЛ В МОЕЙ ЖИЗНИ! МНЕ НУЖНА МЕДАЛЬ! ИЛИ ХОТЯ БЫ ТЕЛОЧКА, ЧТОБЫ ЧЫХ-ПЫХНУТЬСЯ!
— Неплохо, Поттер, — сдержанно похвалила Зинаида Петровна, поправляя сбившуюся шляпу. — Удар головой — это классика уличной драки. Центр тяжести перенес правильно, вложил корпус. Только шею втягивай, а то позвонки вылетят. Но для первого раза — зачет.
Гарри шел, стараясь не улыбаться, но губы сами расплывались. Впервые он кого-то ударил. И не просто кого-то, а взрослого, страшного мага.
— Бабушка, — подал голос Невилл, который все еще сжимал саперную лопатку так, что костяшки побелели. — А нас не арестуют? Это же был Малфой... Они богатые.
— Богатые тоже плачут, внучек, — философски заметила Зинаида. — А если дернутся — у нас есть свидетели. Он первый начал угрожать палкой несовершеннолетним. Я на него еще заявление накатаю в их Министерство. За растление молодежи своим внешним видом. Видел его волосы? Тьфу, срамота.
Она остановилась посреди улицы.
— Так. Боевое крещение прошли. Враг деморализован. Объявляю привал, пора подкрепиться.
— Мороженое? — с надеждой спросил Гарри.
— Именно! Видела я тут кафешку, столы на улице, антисанитария, конечно, но народ толпится. Значит, не травят… Вперед, орлы!
Они подошли к кафе-мороженому Флориана Фортескью.
Народу было много. Дети лизали разноцветные шарики, родители пили кофе.
Когда появилась Зинаида Петровна с двумя внуками (один с лопатой, другой с рюкзаком) и красным попугаем, который орал: «РАССТУПИЛОСЬ, ГОВНО, БОЯРЕ ИДУТ!», может никто и не понимал, что орет попугай, но очередь как-то сама собой рассосалась.
Флориан Фортескью, добродушный мужчина в фартуке, улыбнулся:
— Чего желаете? У нас есть новинка — мороженое со вкусом драконьего перца и...
— Стоп, — Зинаида подняла руку. — Тормози, милок. Какой перец? Детям — язвы зарабатывать? Мне нужно мороженое. Настоящее!
Она подошла к витрине и ткнула пальцем в лоток с ванильным.
— Состав какой?
— Простите? — не понял Флориан.
— Из чего сделано, спрашиваю? Молоко чьё? Коровы или единорога? Порошок или цельное? Сахар, стабилизаторы, эмульгаторы Е-240 есть?
— Э-э... Только магия и свежие сливки, мадам! Всё, как обычно!
— Магия... — Зинаида недоверчиво покачала головой. — Знаю я вашу магию. Наколдуют вкус, а по факту — вода с мелом. Ладно, давай три порции, милок. Да побольше навали! И чтоб без этих ваших посыпок из сушеных тараканов. Просто белый пломбир. Если найду хоть один комок льда — напишу в санэпидемстанцию.
Флориан, решив не связываться и ничего не уточнять, навалил им такие горы мороженого, что они едва помещались в вазочки.
Все сели за столик под полосатым зонтом.
Гаврила тут же слетел с плеча Гарри на стол и сунул клюв в вазочку Невилла.
— О, НИШТЯК! — прочавкал он. — ХОЛОДНЕНЬКОЕ! КАК СЕРДЦЕ БЫВШЕЙ!
— Гаврила, веди себя прилично, — Зинаида Петровна деликатно ела мороженое пластиковой ложечкой, которую достала из своей сумки (местным ложкам она не доверяла). — Не чавкай.
— Ммм... Бабушка, это вкусно! — Гарри ел с наслаждением. Холодная сладость таяла во рту. Это было лучшее мороженое в его жизни. Даже лучше, чем тот надкушенный брикет, который Дадли однажды выкинул в мусорку.
— Вкусно, — согласилась Зинаида. — Жирность нормальная, процентов пятнадцать есть. Почти как советский пломбир за 48 копеек. Но вафельный стаканчик подкачал...
В этот момент мимо проходила группа старшекурсниц из Когтеврана. Они хихикали, глядя на Невилла, который перемазался мороженым по уши.
Гаврила, заметив внимание женского пола, решил проявить галантность.
Он вынырнул из вазочки (клюв был в белом креме, как у Деда Мороза) и подмигнул девчонкам.
— ЭЙ, ЧИКИ! — каркнул он на всю улицу. — АЙДА К НАМ! ПОКАТАЮ НА ХВОСТЕ! БЕСПЛАТНО, БЛЯ БУДУ!
Девочки взвизгнули и ускорили шаг.
— Эх, педагогическое упущение, — вздохнула Зинаида. — Никакого воспитания у птицы. Сплошной сексизм.
— Я НЕ СЕКСИСТ! — обиделся Гаврила. — Я РОМАНТИК, ЁПТА! ПРОСТО ДУША ПОЕТ! А ЯЙЦА ЧЕШУТСЯ!
— Я тебе почешу сейчас, — пообещала Зинаида. — Клюкой по перьям!
Вдруг Гаврила замер. Его глаза округлились, перья встали дыбом. Он открыл клюв, но вместо мата оттуда вырвался только сиплый свист.
Он схватился крыльями за голову и начал раскачиваться из стороны в сторону.
— Что с ним? — испугался Гарри. — Подавился?
— Мозговая заморозка, — поставила диагноз Зинаида. — Жрать надо медленнее, жадность сгубила. Сосуды сузились. Сейчас отпустит.
Гаврила, шатаясь, прошептал:
— СУКА... МОЗГ... ЗАМЕРЗ... ВИЖУ БЕЛЫЙ ТОННЕЛЬ... И ПИРАТА ФЛИНТА... ОН ЗОВЕТ МЕНЯ... ГОВОРИТ: «ГАВРИЛА, ГДЕ ЯДРА ПАЛИТЬ БУДЕМ!»...
— Не сдох, значит, — кивнула Зинаида. — Раз Флинта видит — жить будет. Доедайте, бойцы. У нас по графику еще книжный и лавка этого старого пиромана Олливандера. Гарри, тебе палку выбирать надо.
— Палочку, — поправил Гарри.
— Палку! — отрезала Зинаида. — Волшебная палочка — это у феи в мультике. А у солдата — оружие. И выбирать его надо тщательно. Чтоб в руке лежало, чтоб баланс был. И чтоб, если магия кончится, можно было ею в раз – и глаз выколоть.
Невилл поперхнулся мороженым.
________________________________________
После мороженого мир казался ярче.
Они направились к лавке Олливандера. Витрина была пыльной, на бархатной подушке лежала одна-единственная палочка, выглядевшая так, будто ею размешивали цемент.
— Сервис, — фыркнула Зинаида.
Они вошли внутрь. Зазвенел колокольчик.
Гаврила, который отошел от заморозки мозга, сидел в рюкзаке тихо, только иногда комментировал шепотом:
— Пылища, блядь... У меня аллергия на клещей... Апчхи! Сука, сопли потекли...
Из тени стеллажей бесшумно выплыл старик с большими, светлыми глазами.
Гарри вздрогнул.
— Добрый день, — прошелестел Олливандер. — Я думал, что сегодня увижу вас, Гарри Поттер. У вас глаза вашей матери...
— А у тебя глаза, как у налогового инспектора, — перебила Зинаида Петровна, выходя вперед. — Хватит мистику нагонять. Мы не в театре. Клиент пожаловал. Давай! Подбираем инструмент.
Олливандер моргнул, сбитый с толку.
— Мадам Лонгботтом... или... простите, я чувствую в вас другую силу.
— Силу тока в розетке чувствовать будешь, если я тебе пальцы туда засуну! Я Зина Петровна. Бабуля Гарри Поттера! Чё тебе ещё надобно, старче?
— Да, хорошо, Мадам Зина… Петровна, — вконец сконфузился Олливандер. Он повернулся к Поттеру. — Что ж, молодой человек, подберем вам волшебную палочку?
Гарри взял первую палочку. Взмахнул.
Ничего.
— Не та, — выхватил Олливандер. — Попробуйте эту. Клен и перо феникса. Хлесткая.
Гарри взмахнул. Ваза на полке взорвалась.
— Опа! — обрадовался Гаврила из рюкзака. — Битая посуда — к счастью! А счет — к банкротству!
— Криворукий, — беззлобно прокомментировала Зинаида. — Прицел поправь.
Олливандер бегал по магазину, бормоча под нос. Он был в восторге. Чем сложнее клиент, тем ему веселее.
— Необычно... очень необычно... — шептал он, подавая Гарри очередную волшебную палочку. — Остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов.
Гарри взял палочку.
И тут случилось оно.
Пальцы потеплели. Из кончика палочки вырвался сноп золотых и красных искр, осветивших пыльный магазин. Тени заплясали по стенам.
— Браво! — захлопал Олливандер. — Очень любопытно...
— Чего любопытного? — насторожилась Зинаида.
— Нет, мадам. Просто феникс, чей хвост дал перо для этой палочки, дал еще только одно перо. И эта палочка... оставила этот шрам.
Он указал на лоб Гарри.
Гаврила вставил слово:
— Хуясе сюжетный поворот! Индийское кино! «Я твой отец», «Я твоя палочка»! Зита и Гита, блядь!
Зинаида Петровна подошла к Гарри и посмотрела на палочку.
— Значит, эта палка? — спросила она.
— Да, — кивнул Олливандер. — Великие дела ожидают вас, мистер Поттер. Тот-Кого-Нельзя-Называть совершал великие дела. Ужасные, но великие.
— Великие дела... — передразнила Зинаида. — Великие дела, дед, это ВОВ выиграть или целину поднять. А людей мочить — это уголовщина.
Она положила руку на плечо Гарри.
— Не бойся, внучек. Палка — это просто инструмент. Как лопата. Лопатой можно картошку копать, а можно и голову проломить. Всё зависит от того, кто держит черенок. Ты у меня парень правильный. Мы этой палочкой так отходим Того-Кого-Нельзя, что он сам в свое перо превратится.
— Сколько с нас? — она повернулась к мастеру.
— Семь галлеонов.
— Держи десять, за вазу, которую малой разбил. И это... пыль протри. Дышать же нечем.
Они вышли из магазина.
Солнце клонилось к закату.
У Гарри в кармане лежала волшебная палочка. В другой руке он сжимал мороженое, вторую порцию, которую Зинаида купила "на дорожку".
Он был счастлив.
— Ну что, бойцы, — План перевыполнен, как пятилетка! Учебники есть, котлы есть, оружие есть. Теперь домой. А вот Гавриле надо клюв с мылом промыть.
— ЗА ЧТО?! — возмутился попугай. — Я ЖЕ КУЛЬТУРНО СИДЕЛ!
— За мысли, — отрезала бабушка. — Я по глазам вижу, что ты про Олливандера подумал.
— Что он старый пердун? — хохотнул попугай Гаврила.
— Именно. А старших надо уважать. Все, шагом марш! Песню запе-вай!
И они двинулись к выходу из Косого переулка.
Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил.
Невилл Лонгботтом, Мальчик-Который-Перестал-Бояться.
И Зинаида Петровна, Баба-Которая-Наведет-Порядок.
А Гаврила, сидя в рюкзаке, тихонько напевал:
«Нас не догонят, нас не догонят,
Пока у бабы Зины ружье в ладонях...»
Так начинается история Мальчика-Который-Выжил, если до него не доберется Витёк, сынок Бабы Зины…
Обновлено: 23.01.2026