Глава 18 — Глава 18

«Переменчивый успех.» На данный момент у Мидпорта 95 очков (30 побед, 5 ничьих, 1 поражение), у Фулхэма – 93 очка (30 побед, 3 ничьи, 3 поражения). То есть сегодняшний матч решит, кто возглавит таблицу. Ажиотаж вокруг игры был невероятный, но моё внимание привлекло кое-что неожиданное на дальних трибунах. «Гордость Кореи, тренер мирового уровня Чон Хёнджин!» Оторвавшись от наблюдения за разминкой, я заметил плакат на родном языке. — Здорово звучит. «Тренер мирового уровня», — усмехнулся Хиддлстон. — Старейшина, вы что, понимаете по-корейски? — Выходит, что так. Смысл просто сам собой в голове всплывает. В последнее время я старался практиковать английский, но, видимо, языковой барьер отсутствовал у нас с самого начала по какой-то иной причине. — В корейских СМИ последние дни только и говорят, что обо мне. Ерунда, конечно, просто я первый кореец, ставший кем-то вроде исполняющего обязанности главного тренера за границей. — О, первопроходцы всегда в центре внимания. В любом случае, проиграть сегодня с такой поддержкой будет позором, не находишь? — С чего бы нам проигрывать? — Да ты в последнее время так заважничал после победы над аутсайдером с восемнадцатого места, что я заволновался. — Старейшина, вы сегодня специально меня злите? Так оно и было. Похоже, старые обиды на Фулхэм давали о себе знать: Хиддлстон так и метал молнии, глядя на разминающихся игроков противника. — И кто из них вам жизнь портил? — Забудь. Просто выиграй сегодня. — Эй? Вы куда? Я опешил, когда он внезапно сорвался с места. Время давать установку на матч, а он завис рядом с тренером соперника Дэвидом Клайном. Тот что-то оживлённо обсуждал со своими помощниками, видимо, внося последние правки в тактику. «Видать, Клайну очень нужна эта победа». Раз он не гнушался грязных методов за пределами поля, то и сейчас нервничал не на шутку. Я уж было подумал, что Хиддлстон сейчас начнёт пересказывать мне их план на игру, но вместо этого призрак принялся неистово размахивать кулаками. — Вы… вы что творите? Мы были далековато, так что он меня не слышал. Но зрелище призрачного кулака, проходящего сквозь тело Дэвида, выглядело донельзя комично. Вдоволь набесившись, Хиддлстон вернулся ко мне. — Сукин сын! Он меня оскорбил! Я примерно так и думал. Интересно только, где он выучил корейское ругательство? «Держали бы вы себя в руках». Всё-таки он очень похож на наших игроков. Рыбак рыбака видит издалека. Вскоре и мои «светлые головы» подали голос. — Надеюсь, Фулхэм сегодня не будет весь матч в обороне сидеть? — Тогда нам придётся их раздавить. — И что именно давить будем? — Яйца им оторвём! — О, дело говоришь. — Кевина я беру на себя. — Насчёт остальных не знаю, но этого уступлю тебе без боя. Слышать от Джо Мёрфи слово «уступлю» было непривычно. Особенно в контексте имени, которое выплюнул Фил Эдвардс. Подключив дедукцию, я предположил, что этот Кевин и был тем самым человеком, который когда-то выжил Хиддлстона из клуба. Фил ведь тоже раньше играл за Фулхэм. Что ж, размышления в сторону. — Так, давайте ещё раз пробежимся по тактике. Кто бы что ни планировал, у меня на сегодня одна цель. Не просто победить, а размазать Фулхэм по газону! Только так можно по-настоящему отомстить за старые обиды Хиддлстона. Тем временем Дэвид Клайн чаще всего повторял своим игрокам слово «самоуверенность». — Вы же понимаете? Самоуверенность до добра не доводит! — Понимаем. — Мы не расслабляемся. С чего бы нам недооценивать лидера… Слово «недооценивать» обычно звучит, когда соперник кажется слабым. Дэвид был уверен в себе как никогда. Слова Джима Рейнера о «полном бардаке» в Мидпорте не выходили у него из головы. Да и без чужих слов было ясно, что клуб лихорадит. Прежний тренер скоропостижно скончался, сменивший его Джеймс Конор загремел в больницу с аппендицитом. Если проводить исторические параллели: король мертв, а принц заболел перед самой коронацией. Трон пуст. Дэвид был убеждён, что внутри Мидпорта сейчас идёт грызня за власть. Ведущий защитник Кевин, похоже, разделял мысли тренера. Перед выходом на поле он задержал Дэвида. — Чувствую, сегодня я мяча почти не коснусь. — Это почему? Будем только атаковать? — Ага. В такие моменты даже жаль, что я защитник. — И ты туда же? Расслабился? — А как иначе? Вы только посмотрите: наняли какого-то дешёвого азиатского коуча на роль «зама зама». А в составе одни старики… Они держались на честном слове, но против нас им ловить нечего. Кевин откинул назад светлые волосы и оскалился в белозубой улыбке. — Эта команда и так прыгнула выше головы. Если честно, Хиддлстону просто дико везло. — Твоя правда. Они выигрывали даже там, где должны были лететь со свистом. До сих пор не пойму, как этот олух умудрился затащить их на вершину второго дивизиона. — Я же говорю – чистое везение. Оно закончилось, вот он и загнулся. При одном упоминании Хиддлстона Кевина начинало трясти. Он до сих пор помнил прошлогодний матч против Мидпорта. Тот натиск, который устроили Джо Мёрфи и Фил Эдвардс, был просто безумным. Тогда они чудом удержали нулевую ничью, буквально зубами вырвав очко у атакующей машины соперника. Насмешливые лица Фила и Хиддлстона после игры до сих пор преследовали его в кошмарах. Гнев так и лился из Кевина потоком. — Сегодня я им спуску не дам. — И что ты сделаешь? — Переломаю пару человек. — Эй, полегче. Те парни тоже не из робкого десятка. Хотя… куда им до твоей физики. Кевин действительно был мощным атлетом. Он мог отшвырнуть любого нападающего одним плечом. Многие считали, что Фулхэм меньше всех пропускает в лиге именно благодаря ему. — И всё же, поосторожнее с карточками. Договорились? — Думаете, я себя не контролирую? Всё будет в лучшем виде. Глядя на его хищную ухмылку, Дэвид внутренне ликовал. «Интересно, что этот безумец приготовил для Мёрфи?» Он вспомнил Джо Мёрфи, «психа» с поля Мидпорта. В первом круге эти двое устроили настоящую бойню, и каждое их столкновение грозило обернуться тяжелой травмой. Сегодняшняя дуэль обещала быть жаркой. Дэвид не сомневался: кто-то уедет с поля на носилках, и, скорее всего, это будет Мёрфи. Подумав об этом, тренер ободряюще похлопал Кевина по плечу: — Только аккуратнее… А то отец расстроится, если ты травмируешься. Свисток судьи возвестил о начале матча. Я тут же раскрыл ладонь. — Эй, ты чего задумал? — Спросил Хиддлстон. «Если прижмёт, я готов спустить все 83 очка». — Что? «Моя цель – захватить инициативу и разгромить Фулхэм. Так что я выжду момент, и когда у ребят начнут садиться батарейки, подпитаю их очками. А ещё хочу впервые испытать эту штуку под названием [Удача]». — Смотри, не повтори мою судьбу. «Вашу судьбу?» — Я тоже не жалел очков, из-за чего Оранжевый уровень открылся мне слишком поздно. «И когда это случилось?» — В позапрошлом году. «Ого… Сколько же вы их тратили?» — Просто наша команда была слишком слабой. А [Удача] за 50 очков – это чертовски сильное искушение. Она не раз превращала верное поражение в победу. «Ну, после таких слов я просто обязан её попробовать. К тому же, я ведь должен за вас отомстить». При слове «месть» Хиддлстон внимательно посмотрел на меня. Но я уже не следил за ним, всё моё внимание было на поле. Трибуны ревели: с первых секунд наши парни бросились в яростную атаку. Джо Мёрфи уже успел приложиться издали. Дзынь! Мяч предательски угодил в штангу. Джо в отчаянии схватился за свою лысину. Я тоже не сдержал крика: — А-а-а! — Видел? — Вставил Хиддлстон. — С [Удачей] он бы залетел. «Ну всё, я точно её использую». — Нет! Береги очки. «Вы шутите? Сами же подзуживаете!» — Это как с курением: больше всех бросить советует тот, кто сам дымит как паровоз. «Вот именно. Сами понимаете, как такие советы работают». Я продолжал следить за игрой, готовый в любой момент активировать навык. Когда Фил Эдвардс филигранно подал угловой точно на голову Мёрфи, я снова подскочил со скамейки. Но защитник Кевин прыгнул выше и помешал Джо пробить прицельно. Мяч просвистел над перекладиной. — Уф! А этот парень хорош. Ответа не последовало. Обычно Хиддлстон признаёт мастерство даже врагов, но тут он хранил гробовое молчание. Похоже, Кевин действительно был тем самым «злодеем». Я усмехнулся. Хиддлстон бывал разным: холодным, игривым, человечным, а сейчас – до смешного мелочным. Впрочем, вскоре стало не до смеха. Игра шла на встречных курсах. Едва отбив атаку Фулхэма, наши снова пошли вперед, и на острие, как всегда, был Джо Мёрфи. Но Кевин пошел в подкат слишком грязно: он намеренно выставил подошву, и бутса врезалась прямо в голень Джо. Хрусть! Этот звук эхом отозвался у меня в голове. Будь я поближе, наверняка услышал бы что-то подобное. Глядя, как Мёрфи корчится на газоне, я сорвался с места, выкрикивая все известные мне ругательства. Но судья ограничился лишь жёлтой карточкой. Я взорвался. Гнев выплеснулся на английском: — Чёртов судья! Я орал так громко, что весь наш тренерский штаб вскочил, пытаясь меня утихомирить. — Воу, воу! Чон, остынь! Ещё только начало матча! — Мы понимаем, ты переживаешь за игрока, но нельзя так! Если и тебя удалят, что мы делать будем? Коучи силой усадили меня на место, но я не сводил глаз с Джо. К нему уже бежали с носилками. — Черт! Масла в огонь подлило то, что пока Джо оказывали помощь за бровкой, Фулхэм забил. Стадион зашелся в негодующем свисте, но соперники лишь дольше праздновали гол. Кевин, отправивший нашего лидера в нокаут, прыгал от радости выше всех. Эта сцена заставила меня мгновенно остыть и сосредоточиться. За Джо было страшно, но счёт 0:1 пугал не меньше. К счастью, медики за линией поля подняли руки, скрестив пальцы в кольцо: «Окей». Джо в порядке. Ну и здоровье у него, я бы на его месте уже о завершении карьеры думал. Парень вернулся на поле и, кажется, ничуть не растерял задора. Вскоре последовал ответный фол. Кевин, видимо, испугавшись красной, на этот раз сыграл чище, но Мёрфи снова оказался на газоне. Я опять вскочил, тренеры за мной. Садясь обратно, я обратился к Хиддлстону: «Смотрите, отличная позиция для штрафного». — Да. Если дать пробить Филу, может выйти красиво. Фил Эдвардс был нашим штатным исполнителем стандартов. Пенальти, штрафные, угловые – в точности ему не было равных. Но после штанги Мёрфи я не хотел полагаться на случай. — Эй, ты что творишь? — Вскрикнул Хиддлстон. «Сегодня я ставлю всё на Фила». Я открыл окно [Удачи], выбрал Фила Эдвардса и не глядя влил 50 очков. — Ох… Ну ты и фрукт… «Вы же понимаете, как важно сейчас отыграться». — Понимаю. «Я ставлю на кон свою удачу». — Парень, учти: это не дает стопроцентной гарантии гола. «Что? В смысле? Зачем тогда нужен этот навык? Тут что, как в лотерее – можно и в пролёте остаться?» — Не совсем так… Просто иногда случаются совершенно непредвиденные вещи… Пока мы спорили, Фил уже установил мяч и отошел для разбега. Я зажмурился и мысленно взмолился: «Пусть эти 50 очков отработают по полной!» Фил рванул к мячу. Удар пришелся точно в цель: снаряд по невероятной дуге вонзился в сетку. Вратарь даже не шелохнулся. — А-а-а-а! Рёв трибун обрушился на меня подобно лавине. «Переменчивый успех», – Конец. © Филос. =======================================