Гуль осторожно приподнял бесчувственную девушку, ловко обхватив одной рукой за плечи, другой — под колени. Несмотря на свою габаритность, нес её бережно и легко, будто крохотное, бесценное дитя. Путь до обители казался длиннее прежнего: каждый его шаг отдавался тревогой, ведь с лба девушки катились холодные капли пота, дыхание было сбивчивым и прерывистым.
Достигнув скрытого входа, он вновь нащупал пальцами заветный выступ и, услышав скрежет шестерёнок, вошёл внутрь — крутящийся механизм закрыл за ними проход. В огромной лаборатории было светло и относительно безопасно. Гуль быстро вспоминал увиденное при прошлых обходах: здесь и хирургические столы, и полки с зельями, и целые ряды журналов.
Он уложил магичку на старый хирургический стол так, чтобы её ничего не сдавливало и не мешало дышать, после принес подушку и одеяло из комнаты одного приспешника. Новая тревога захлестнула его с головой — такая, какую он не знал, пока был обычной безвольной тенью. Он внимательно осмотрел девушку: попробовал пульс, положил ухо к её губам, следя за дыханием, осторожно тронул лоб — девушка была горячей.
Вспомнив, что на полках лаборатории есть десятки флаконов с зельями, он бросился искать подходящее. Методично перебирал склянки, вспоминая все, что читал в журналах и когда-то видел в руках приспешников — зелёные и синие эликсиры должны были восстанавливать магические силы, фиолетовые снимали жар и ускоряли заживление. Гуль аккуратно поднёс разные зелья к носу девушки, выбирая по запаху и подсознательной надежде на удачу.
Он внимательно читал надписи на флаконах, сопоставлял их с картинками в найденных книгах, ищущих узнаваемые символы и формулы. Затем осторожно влил несколько капель самого безопасного по его мнению — синевато-зелёного зелья, подержал сосуд в руке, вглядываясь в лицо девушки в ожидании каких-либо признаков улучшения. После этого приложил к её лбу смоченный в воде кусочек бинта, чтобы немного снизить жар.
Почувствовав ответственность не только за её жизнь, но и за обещание, данное ей возле костра, он сел рядом, не сводя с неё взгляда и готовясь ночью следить за каждым её вздохом.
Теперь, когда он смог помочь не ради приказа, а по собственной воле, Гуль впервые почувствовал себя чем-то больше, чем просто чудищем Бездны.
Несколько часов Гуль неотступно наблюдал за магичкой, следя за каждым её вздохом. Постепенно его тревога сменилась осторожной надеждой: цвет лица девушки становился более здоровым, лоб остывал, а небольшие ссадины и порезы начинали затягиваться. Она спала беспокойно, но с каждым часом её дыхание становилось ровнее и глубже.
В какой-то момент, проходя мимо небольшого треснувшего зеркала на стене лаборатории, Гуль краем глаза уловил своё отражение. Он подошёл ближе — и впервые как-то по-человечески рассматривал себя: из зеркала на него смотрело худощавое существо с растрёпанными длинными чёрными волосами, спутанной, грязной бородой, полностью покрытой слоем угольной пыли кожей. Одет в рваные , промасленные лохмотья. “Ну и чудище…” — подумал он. — “В таком виде любому покажусь угрозой. Был бы я на её месте — тоже был настороже.”
Гуль решил, что если переоденется, то магичке будет проще его принять и бояться станет меньше. Выйдя из лаборатории, он по пути вынес из обители труп гуля в броне, скинув с обрыва, которая служила отхожим местом.
Затем направился в комнаты приспешников тёмного мага, где после недолгих поисков подобрал более-менее подходящую одежду: тёмную, с белыми узорами на плечах, просторный кардиган с капюшоном. Он выглядел куда аккуратнее своих прежних лохмотьев, даже если был когда-то чьей-то рабочей и немодной вещью.
Дальше Гуль заглянул в хранилище. Там он нашёл целые мешки с фруктами, овощами, крупами, банки с травами и специями, орехи, инструменты, а также оружие и доспехи — ничто из этого его не интересовало, кроме еды. В углу стоял сундук с серебряными монетами, наполовину пустой — в нём Гуль ничего для себя не нашёл.
Ощущая подступающий голод, он вновь удивился тому, как после встречи с магичкой впервые начал отличать вкусы и запахи. Набрал понемногу разных овощей, несколько ящиков были заполнены яблоками, он мгновенно уплетнул штук 5— их сочный аромат был приятен и непривычен, с удивлением ощущая разницу вкусов: и кислинка, и сладость, и сок вдруг показались необыкновенно яркими. В коробке рядом оказалось несколько горстей аккуратно нарезанных и засушенных фруктов, которые он тоже взял с собой — их сытный сладковатый запах был новым, почти манящим открытием.
Теперь, помимо картофеля, моркови и специй, он нёс с собой и свежие, и сушёные фрукты — чтобы угостить девушку-магичку, когда та проснётся, и, конечно, порадовать самого себя этим неожиданным разнообразием вкусов.
Обновлено: 20.02.2026