Глава 27 — Глава 27

**Глава 27** Цинь Пэн за занавеской, услышав эти слова, не могла избавиться от тугого комка в своем сердце. Она стала строить нереальные догадки, например, она подумала, что Цинь Шухуаю просто не нравилась ее ветреность. А потому он не стерпел и убил ее! Однако, хорошенько подумав, она признала, что эта идея слишком нелепа, Цинь Шухуай убил ее совсем по другой причине, по уже проведенному расследованию Бай Чжи стало понятно, что ее убили из-за власти. У него уже были достигнуты соглашения с семьей Цзян, и ее убийство было преднамеренным, поэтому ей не было нужды искать еще какие-то мотивы. Цинь Шухуаю упаковали все купленные вещи, ему помогли вытолкать его инвалидное кресло, Цинь Пэн на этот раз была очень осторожной и следовала за ним далеко позади. Цинь Шухуай поменял обычную свою одежду на белое платье и бирюзового цвета халат, половину волос на голове повязал белой лентой, и если бы у него не было более резких и угловатых черт лица, Цинь Пэн бы предположила, что видит перед собой шестнадцатилетнего Цинь Шухуая. Он так много лет носил одежду темных цветов и гуань, и казался из-за этого высокомерным и надменным. Но сегодня Цинь Шухуай с вещами в руках, улыбающийся, излучал всем своим телом энтузиазм, словно обычный избалованный молодой господин нес вино и кучу покупок для девушки. По пути он делал еще покупки, и Цинь Пэн обнаружила, что все эти приобретенные вещи – все это было тем, что ей нравилось. По крайней мере, все это она любила, будучи Чжао Пэн. Цинь Пэн начала смутно догадываться, для чего Цинь Шухуай это делает, она подумывала вернуться, но воспоминания о прошлом заставляли ее следовать за ним дальше. Цинь Шухуай купил кое-какие вещи, а потом направился в пригород, он прибыл в ближайший поселок, вынул ключ, распахнул большие ворота, попросил людей разойтись, а потом сам заехал в маленький домик. Этот домик был очень изящной маленькой хижиной под соломенной крышей, с наружной стороны забор был увит ипомеями и вьющийся розой, сам дворик был очень просторным, в нем еще имелась виноградная шпалера и рос клен, а также был маленький пруд и маленькая беседка. Дорожка, выложенная крупной галькой, доходила до средней комнаты, по бокам дорожки были посажены всевозможные цветы и травы, с виду казалось, что очень долгое время никто за ними не ухаживал, они заросли сорняками. Цинь Пэн залезла на большое дерево в отдалении, незаметно стала наблюдать за Цинь Шухуаем. Но когда она увидела этот дворик, она от неожиданности обомлела. Внезапно ей вспомнился один прекрасный вечер очень много лет назад: она и Цинь Шухуай уютно устроились на кровати, а после того, как они закончили заниматься тем, что обычно делали ночами, Цинь Шухуай, обняв ее, гладил по волосам и спросил: –Пэнпэн, если однажды мы будем свободны, какой бы дом ты хотела? –Дом? Какими словами она ему ответила? Она была в полусонном состоянии, но все же помнила все свои желания. Все ошибались, считая, что она страстно желает власти, однако если действительно делать выбор, то ее желания отличались скромностью. –Я хочу иметь маленький домик в том месте, где меня никто не знает. Я хочу посадить там клен, чтобы осенью я могла смотреть, как опадают с него листья. Я хочу маленький прудик, в нем будут плавать опавшие листья клена, это будет очень хорошо выглядеть, а еще я хочу разводить в нем рыбу. Я также хочу виноградную шпалеру, я буду лежать под ней наслаждаться солнечным светом и есть виноград. Ах, я еще хочу посадить за пределами дворика розы и вечерние лилии, и когда они будут цвести и цветы будут распускаться один за другим среди листвы, мне это очень понравится. –Ай, я еще хочу завести кошку, и еще нужна большая кухня. –Зачем тебе большая кухня? –Цинь Шухуай, ты очень вкусно стряпаешь, – она потерлась о его грудь как кошка и кокетливо сказала: – Я хочу, чтобы ты всю оставшуюся жизнь готовил для меня еду. Цинь Шухуай низко рассмеялся, и в то время когда он смеялся, его грудь немного подрагивала, и эта дрожь через ее тело передалась ее сердцу. Тогда она впервые признала, что на самом деле выйти за него замуж – неплохая идея. Она использовала свой самый сильный козырь, обменяв его на жизнь этого отданного в заложники юноши, она не то, чтобы не колебалась и не сомневалась, однако в тот день, когда он обнял ее и рассмеялся, она неожиданно признала, что это не так уж и важно. Цинь Пэн свесилась, устремив свой взгляд, при этом она была не в состоянии забыть, каким был в то время Цинь Шухуай. Цинь Шухуай, который сейчас находился в дворике, подталкивая свою инвалидную коляску, подметал в домике, а потом сам выносил и ставил подготовленные им продукты, и вскоре со стороны дворика до нее стал доносится аромат пищи. Цинь Пэн спокойно наблюдала за тем, чем он занимается, и неожиданно у нее возникло желание спросить у него – почему? Если его чувство настолько искреннее, почему же он посчитал, что власть важнее? Когда он вернулся с юга в Великую Ци, он и правда оказался в сложной ситуации. Имея в женах принцессу из неприятельского государства, к тому же будучи принцем, оставшимся без средств к существованию, но имеющим право на трон… Она была способна понять, насколько ему было трудно, и понимала, что ему требовалось покровительство, но жизненный путь прокладывается самим человеком, и брачное соглашение с семьей Цзян – не единственное решение, так зачем же было убивать ее? Цинь Пэн не могла понять, и если бы было такое возможно, она бы хотела спросить у него об этом. Чуть позже Цинь Шухуай приготовил еду, он расставил ее в дворике, сам открыл вино и сам же налил себе чарочку, а потом взял пустую чарку рядом и также налил вино и туда. После, выпив вино на пустой желудок, он улыбаясь сказал: –Давай, Пэнпэн, кушай. Затем он взял несколько угощений с блюд и опустил их в пустующую пиалу. Он ел и одновременно болтал сам с собой по пустякам. Его слова были в основном такие – хорошо, очень хорошо, со мной все хорошо. Прежде Цинь Пэн не понимала, какой он разговорчивый, однако сейчас он очень долго что-то рассказывал. В конце он вздохнул, как будто был очень пьян. Он подпер руками лоб и с горькой усмешкой заговорил: –Я раньше был не слишком разговорчивым, обычно это ты много говорила, но вот теперь я говорю так много слов, потому что ты не говоришь. –Можешь не говорить много – это не страшно... Его голос охрип: –Ладно, но хотя бы ответь? Не получив отклик, Цинь Шухуай посмотрел на пустую пиалу перед собой, на мгновение почувствовал некоторую растерянность. Он вдруг в ужасе понял, что этого человека уже не существует на земле, как бы он не притворялся, но человек умер, именно умер. Он запаниковал, все его тело тряслось, не удержавшись, он снова налил себе вино, чарка упала на землю. Он дрожа уже собирался поднять ее, однако кто-то, прежде остановившись перед ним, вместо него поднял чарку. Это была Цинь Пэн. Она не могла больше на это смотреть, спустившись с дерева, вместо него подобрала чарку. Цинь Шухуай поднял взгляд на нее, немного ошеломленный, Цинь Пэн сжала губы: –Возвращайся домой. Цинь Шухуай был пьян, он смотрел на нее, ничего не понимая, Цинь Пэн взяла чарку и сунула ему в руки, а потом, развернувшись, хотела уйти, однако он внезапно бросился к ней и обнял ее. –Цинь... –Молчи! Цинь Шухуай дрожал всем телом, он закрыл глаза и охрипшим голосом сказал: –Я знаю – ты не она, молчи! Мгновение. Только мгновение. Он был словно в западне в последнем мгновении гибели Чжао Пэн, он шел, но не сумел выбраться, он слишком хотел вырваться оттуда. Однако выхода не было. Всем своим сердцем, всей своей душой он любил девушку, которая держала его за руку и с трудом выговаривала слова. –Убей меня. –Цинь Шухуай… убей меня! –Если ты любишь меня, если ты действительно так хорошо ко мне относишься, почему ты отнимаешь у меня право на жизнь и смерть? Цинь Шухуай, я приказываю тебе, – она схватила его и истерично завизжала: – Убей меня! Убей меня! И он убил ее своими собственными руками. Она хотела умереть, он дал ей право на смерть. Но его право на жизнь? Похоже, он был его лишен. Он спросил ее – ты умрешь, что же делать мне? Она схватила его за руку и улыбаясь сказала: –Я разрешаю тебе снова жениться, я разрешаю тебе снова любить, я разрешаю тебе забыть меня, ведь, Цинь Шухуай... Ее улыбка была пропитана ядом: –Я никогда не любила тебя. Воспоминания внезапно нахлынули, Цинь Шухуай в панике оттолкнул от себя Цинь Пэн, закрыв голову руками. –Замолчи... Он хотел, чтобы в его голове звучал тот голос. Однако он больше ничего не сказал. Только одна фраза, и все прекратилось, но этого было достаточно, чтобы ранить его до глубины души. Его глаза были полны слез, и все его тело дрожало. Он оперся руками на подлокотники инвалидной коляски и закрыл лицо. Звук его плача не был слышен, однако Цинь Пэн уже все поняла, она бережно сказала: –Цинь Шухуай? –Почему... Цинь Шухуай хрипло сказал: –Почему… так со мной... Если ты не любишь меня, зачем меня провоцируешь? Но даже если и не любишь, не имеет значения, по крайней мере живи хорошо. Чжао Пэн. Это имя было проклятием, заполнившее весь его мозг, он, кажется, был одержим и не мог без нее жить. Цинь Пэн, видя, что Цинь Шухуай не в лучшем состоянии, осторожно приблизилась к нему, смягчив голос: –Цинь Шухуай, – убеждающе заговорила она, – кто плохо с тобой обращался? Цинь Шухуай бездумно поднял голову. Он ощутил, как будто вернулся назад – много лет тому назад, в то время над ним постоянно издевались принцы Северной Янь, и когда он встречал Чжао Пэн, Чжао Пэн всегда спрашивала у него: –Цинь Шухуай, есть ли кто-то, кто запугивает тебя? В то время он был юн, и где-то в глубине души ему нравилась эта девочка, хотя он и отрицал это, странным образом он находил множество причин испытывать к ней отвращение. Например, слишком несдержанная, слишком активная, слишком капризная. Потому он с невозмутимым видом холодно говорил: –Тебе какое дело? –Как это не мое дело? – искрилась улыбкой Чжао Пэн: – Ты вырос таким красивым, а все неженатые красивые мужчины в мире – мое дело. Он не мог не сердиться на нее, слыша такое, в то время, конечно, он еще не понимал, почему так злится, лишь сердито говорил ей: –Чжао Пэн, тебе нужно быть более сдержанной! Чжао Пэн пожимала плечами: –Я такая несдержанная, распущенная и несерьезная! И что ты мне сделаешь? Он почувствовал, что она вернулась, и на этот раз он не хотел лгать. Он схватил девушку вновь, просто посмотрел на нее и серьезно сказал. –Я тоскую по тебе. Цинь Пэн немного растерялась, она никак не думала, что Цинь Шухуай скажет, вопреки всему, такую фразу. –Чжао Пэн, пусть даже ты не любишь меня – я соглашусь с этим.