Глава 20 — Глава 20

**Глава 20** Цинь Пэн последовала за Вэй Янем в экипаж, и как только Вэй Янь занял свое место внутри, он сразу же изменил выражение своего лица, которое демонстрировал перед посторонними, и быстро сказал: –Невестка, где убийца? –О котором ты говоришь? –Разве он не один? – остолбенел Вэй Янь, что вполне очевидно, потому что он не ожидал такого, Цинь Пэн подняла сбоку лежавшую грелку, очень утомленно проговорив: – Был бы один убийца, возможно ли, что с навыками Цинь Шухуая, что-то подобное могло произойти с ним? Вэй Янь ничего не ответил, но, видя, как Цинь Пэн измотана, он сказал: –Невестка, отдохни, с остальными делами – разберемся позже. Цинь Пэн шепотом согласилась, а Вэй Янь продолжал молча смотреть на нее. Она отличается от себя прошлой, действительно очень непохожа. Может, в прошлом она утаивала собственную талантливость? Но действительно ли человек способен так хорошо всё скрывать? Так, чтобы было всё идеально? Зачем она вообще так таилась? Ее способности в боевых искусствах явно опирались на технику, но без какого-либо базиса тренировок. Если это было сделано для того, чтобы скрыть себя, почему у нее не было никакой основы, когда она явно знала, как практиковать боевые искусства? Однако, если это не Цинь Пэн, как могла ее маскировка быть такой идеальной? Вплоть до того, что она даже знала тайну о своем родимом пятне? Вдобавок, беседуя в обычное время, она вспоминает прошлое без малейшей ошибки, если бы она не испытывала это все на себе, очень трудно было бы достичь подобного результата. Вэй Янь размышлял, время от времени бросая взгляд на Цинь Пэн. Не будучи твердо уверенным, он не осмеливался что-то делать, все же Цинь Пэн сейчас не оказывала влияния на семью Вэй. Когда Цинь Пэн проснулась, Вэй Янь постарался скрыть овладевшие им эмоции. Он посмотрел на Цинь Пэн с улыбкой и сказал: –Невестка проснулась? –Да, – Цинь Пэн встала, потерла лоб и сказала: – Я пойду причешусь и умоюсь, сегодня я затруднила деверя. –Рад был помочь. Вэй Янь помог спуститься Цинь Пэн, выйдя из экипажа, Цинь Пэн увидела стоящую в нижней части улицы женщину, ее одежда была простой, юбка длинной, и похоже, что она спрашивала дорогу у прохожих. В глазах Цинь Пэна появилась улыбка. Этот человек – Бай Чжи, и пришла она довольно быстро. Она остановилась перед дверью резиденции и сказала Чун Су, подошедшей к ней: –Поставь позже на заднем дворе стол, я думаю немного поиграть. –Э? – Чун Су оцепенела, однако она вспомнила, что ее хозяйка не любила, когда посторонние о чем-то спрашивали, и потому торопливо сказала: – Да. В стороне разузнававшая дорогу Бай Чжи услышала все, что ей было нужно, и, повернувшись к человеку, с которым разговаривала, чуть поклонилась и сказала ему: –Благодарю дядю. Сказав это, она повернулась и ушла. Цинь Пэн вошла в комнату, причесалась и умылась, а затем сразу же пошла в павильон на заднем дворе, в это время в нем были опущены занавеси, внутри горел огонь в жаровне, на столике стояла цитра, рядом поставили чай и пирожные, Цинь Пэн приказала всем выйти и охранять двор, а сама начала играть. Через некоторое время появился белый силуэт, Цинь Пэн сделала вид, что ничего не заметила, человек подошел и некоторое время стоял за занавесом, смотря на находившуюся внутри Цинь Пэн. Ей было плохо видно фигуру другого человека, однако она не понимала почему, но почувствовала, что та, которая скрывалась внутри, ее поза и манера игры на цитры, все это было так похоже на ту, которая была в памяти Бай Чжи. Бай Чжи стало грустно. В прошлом они условились, что, отправляясь в царство Ци, она пробудет там несколько лет, пока положение не стабилизируется, и только после вернется. В результате та женщина ушла, но так и не вернулась. Бай Чжи закрыла глаза, слегка вздохнула, мечом приподняла занавеску и вошла вовнутрь. Звуки цитры не прекращались. Бай Чжи подошла к Цинь Пэн, опустилась на колени и отложила меч в сторону. –Исцелила рану? Как бы машинально сказала Цинь Пэн, выражение лица у Бай Чжи не дрогнуло, но тем не менее она сказала: –Ты намереваешься избавиться от Цинь Шухуая, правильно? –Разумеется. Цинь Пэн равнодушно заговорила: –Ныне мой младший брат взошел на престол, а он единолично захватил всю власть, если ничего не произойдет, ожидаю, что через несколько лет благодаря своему авторитету он постепенно возвысится, и, пожалуй, А-Мина ждет только смерть. Бай Чжи молчала, словно размышляя. Она всегда была очень здравомыслящим человеком, а убеждать Бай Чжи лучше мотивируя, по сравнению с другими доводами это намного эффективнее. Цинь Пэн была неторопливой: –Ты пришла сюда сегодня, разве все уже не выяснила? –Раз уж принцесса сама все понимает, то я не собираюсь больше ничего говорить об этом, – Бай Чжи подняла голову, выражение ее лица было решительным: – В моих руках есть доказательства, которые помогут свергнуть Цинь Шухуая. –О? Цинь Пэн подняла взгляд на Бай Чжи, Бай Чжи спокойно вытащила из-за кармана бумаги с отпечатками пальцев и невозмутимо сказала: –Цинь Шухуай в прошлом послал кое-кого, чтобы убить Цзян И – вот его признание, тогда Цзян И убили в резиденции князя Хуайяня. Я украла труп Цзян И... Услышав это, руки Цинь Пэн слегка дрогнули, и послышался резкий звук. Бай Чжи странно посмотрела на нее. Цинь Пэн перестала играть на цитре, слегка кашлянула и сказала: –Рассказывай. Оказывает, ее труп выкрала Бай Чжи. Бай Чжи взяла на заметку ее странное поведение, но продолжила говорить: –Результат осмотра тела Цзян И здесь, ее труп я спрятала, только прошло много времени, и сейчас это всего лишь кости, однако раны на костях могут подтвердить мои доводы, раны были нанесены мечом и фактически были нанесены доверенным человеком Цинь Шухуая – Чэнь Эром. Я также записала признания людей из окружения Цзян И в то время, и ключевой в этом деле человек, Чэнь Эр, также находится в моих руках. Бай Чжи посмотрела на Цинь Пэн и серьезно сказала: –Сейчас армия семьи Вэй до сих пор находится в столице, можно заставить Цинь Шухуая вывести свою армию, и после того как обе армии отойдут, то останется лишь глава нынешней дворцовой охраны Ван Гуйши, являющийся человеком Чжан Ина, а глава южной городской управы Лю Шуянь – консервативный человек, всегда следующий высочайшим указам, принцессе достаточно присматривать за министерством наказаний, чтобы те не распускали руки, и можно квалифицировать преступления Цинь Шухуая. –А после определения состава преступления? – Цинь Пэн сделала глоток чая. У Бай Чжи всегда было много коварных планов, она, зная об умении Бай Чжи всё хорошо спланировать, и могла быть спокойной, а спросила она ради того, чтобы поддержать разговор. Услышав, что сказала Цинь Пэн, Бай Чжи сама налила себе чая. Она улыбнулась и сказала: –После вынесения приговора, до тех пор достаточно его отправить в темницу, принцесса и Чжан Ин должны решить, насколько он виновен? Цинь Пэн усмехнулась. Она поняла слова Бай Чжи – попав в темницу, все свидетельства уже будут подготовлены, свидетельские показания выбиты под пытками, применят все известные жестокие наказания, Цинь Шухуаю просто достаточно согласиться с оглашенным преступлением, именно это и решит его наказание. –Пожалуй, барышня не слишком понимает князя Хуайаня, – Цинь Пэн сделала глоток чая, медленно заговорив: – Любого в этом мире можно пытками заставить признаться, но можно ли Цинь Шухуая? Ты можешь его убить, однако не можешь заставить сказать то, что хочешь услышать. Она слишком много раз сталкивалась с упрямством Цинь Шухуая. Если бы пытки были эффективными, в прошлом во дворце уже давно бы, не снеся их, он давал показания, и тогда бы у Чжао Пэн не было бы будущего, а у Цинь Шухуая не было бы настоящего. Пытки при императорском дворце Северной Янь были намного необычнее, чем в царстве Ци. Слова Цинь Пэн заставили Бай Чжи задуматься, мгновение после она неторопливо сказала: –Действительно. Цинь Шухуай не такой человек. –Однако, девушкам незачем тревожиться, – Цинь Пэн поставила чайную чашку, в ее глазах появился холодок, – обо всех этих делах я сама позабочусь. Бай Чжи как будто была удовлетворена намерениями Цинь Пэн, засмеявшись, она подняла свою кружку и сказала: –Тогда я буду со всем почтением ожидать хороших новостей от Вашего Высочества. Цинь Пэн кивнула, посмотрела на Бай Чжи и задала не относящийся к делу вопрос: –У меня есть вопрос, который меня очень интересует. –Э? –Вы были любимицей в окружении принцессы Юйян, принцесса Юйян была первой женой князя Хуайяня, почему же Вы не помогаете князю Хуайяню, и, кроме того, даже думаете убить его? Бай Чжи ничего не сказала. Она, похоже, не собиралась отвечать на вопрос, поэтому Цинь Пэн сказала: –Прошу барышню извинить *эту* за бесцеремонность... –Он убил ее. Внезапно заговорила Бай Чжи, заставив Цинь Пэн замереть. Она понимала, что ее собственных знаний не хватало, ее память сохранила только время, последние моменты перед самой смертью, однако, что происходило перед этим, было не очень ясно. Порой она даже думала, не ошибочно ли она всё понимает всё? Но ощущение отчаянной борьбы в последний момент запечатлелось в ее сознании, даже три жизни спустя она еще по-прежнему всё хорошо помнит. Цинь Пэн опустила голову, чтобы скрыть выражение лица: –Барышня имеет в виду то, что Цинь Шухуай убил принцессу Юйян? –Хм. –Принцесса Юйян была его первой женой, как он мог решиться сделать такое, своими руками? – голос Цинь Пэн звучал так, как будто ей было в это трудно поверить. – К тому же он до сих пор скучает по ней... –Кот оплакивает мышь! – холодно усмехнулась Бай Чжи: – Он убил ее, я видела это собственными глазами, как это может быть ложью?! В то время Его Величество был окружен и находился в опасности, он видел, что от принцессы нет никакого толка, а ему нужно было утвердиться в царстве Ци, и тогда он подписал соглашение с кланом Цзян из царства Ци, после чего отравил мою хозяйку. Как умирала принцесса, я видела это собственными глазами, неужели же я была слепа?! Бай Чжи, казалось, не могла контролировать свои эмоции, ее голос был полон негодования, ее рука, держащая чашку, слегка дрожала, она изо всех сил старалась сдержаться, но весь ее гнев все равно вырвался наружу в ее словах, она взволнованно сказала: –Он сейчас скучает по принцессе, вцепился в нее, это вполне естественно, они были с детства знакомы и были супругами в первом браке, так неужели он не сможет постоянно до конца своей жизни думать о ней, ведь он, ее муж, убил ее собственными руками? Однако никакие волнения не могут замаскировать, какими грязными делами он занимался! Я не прощу его...я абсолютно... Прежде чем она закончила говорить, Бай Чжи почувствовала тепло на тыльной стороне ладоней. Белые руки накрыли тыльную сторону ее ладоней, эти руки не были похожи на руки человека, обучающегося боевым искусствам, на них не было мозолей, мягкие и нежные, они согревали и успокаивали. Бай Чжи бездумно подняла голову и увидела, что Цинь Пэн смотрит на нее глазами, в которых было и умиротворение, и сожаление. Это выражение было слишком похоже на тот образ человека, который был в ее памяти. Бай Чжи не понимала, что случилось, она, и это вполне очевидно, не была сентиментальным человеком, однако в тот момент, когда они встретились взглядами, слезы вдруг полились из ее глаз. –Не думай, – ласковым голосом заговорила Цинь Пэн, она смотрела на ту, которую с детства рассматривала как собственную младшую сестру, неторопливо сказала: – Возможно… она еще жива? Эти слова заставили Бай Чжи внезапно протрезветь. Она успокоилась, и выражение ее лица постепенно стало умиротворенным. –Она мертва, я видела. Смерть это смерть, невозможно снова ожить. Бай Чжи опустила взгляд на свою талию, туда, где был прикреплен вышитый чрезвычайно уродливо мешочек для благовоний, охрипшим голосом она сказала: –Я не верю в злых и добрых духов, разве это не просто уловки, которые используют другие, чтобы надуть всех прочих, человек должен идти вперед, я не настолько безвольна. –Поскольку я все еще жива, – Бай Чжи подняла голову, ее глаза были полны решимости, – я не позволю ее смерти быть напрасной. –Я поняла, – Цинь Пэн вздохнула. – Барышне не нужно волноваться, у меня с тобой единая цель, и я сделаю всё возможное, сотрудничая с барышней, – с этими словами Цинь Пэн подняла кружку и с торжественным выражением лица произнесла: – Работаем вместе ради великого дела.