Вопль Ван Эрдгоу был таким истошным, будто он среди ночи призрака увидел.
Чжан Гуйхуа и Ван Дацзюнь, предававшиеся сладким грезам о внуках, вздрогнули так, что самокрутка выпала из рук на землю.
— Что такое? Что стряслось?!
Старуха переменилась в лице и, не теряя времени, принялась лихорадочно возиться с замком:
— Эрдгоу? Эрдгоу, деточка!
Засов лязгнул, дверь распахнулась настежь. Ворвавшиеся внутрь мать с сыном застыли на месте.
В сарае царил полный разгром: пол залит водой и усыпан осколками. Су Вань забилась в угол на кане, волосы всклокочены, а в руке она сжимает ножницы, приставленные к собственной шее. Взгляд ее был холодным, как лед.
А Ван Эрдгоу катался по полу, зажимая лоб обеими руками. Кровь хлестала сквозь пальцы, заливая и без того чумазую рожу, делая ее совсем уж жуткой.
— Ой, матушки светы! Это что же такое деется! — Запричитала Чжан Гуйхуа, видя окровавленного племянника. Она кинулась к нему, хватая за голову. — Эрдгоу, кто тебя так? Неужто эта дрянь малая?!
Она резко обернулась, сверкая треугольными глазами на Су Вань, и замахнулась для удара:
— Ах ты, звезда неудач! Тебе человека обслуживать велели, а ты руки распускаешь? Решила корень рода Ван под корень извести?!
Су Вань отпрянула, уклоняясь от пощечины. Несмотря на страх, в душе она чувствовала небывалое облегчение.
— Не я это! — Выкрикнула она пронзительно. — В окно камень бросили! Снаружи прилетело!
Она ткнула пальцем в сторону разбитого окна. Сквозь дыру в темноту врывался холодный ветер, гоняя сухие листья, а пламя лампы нервно плясало.
Ван Дацзюнь наконец очухался и проследил за ее жестом. На полу действительно лежал угловатый кусок гранита, запачканный кровью Эрдгоу.
— Кто-то снаружи?
У Дацзюня екнуло под ложечкой. Кто это в такую пору шастает по их задворкам? Да еще камнями в дом швыряет? Он набрался храбрости, схватил прислоненный к двери засов и подбежал к окну, осторожно выглядывая наружу.
Там стояла кромешная темень, слышался только шелест листвы. Ни души.
— Кто здесь? Выходи, кому говорю! — Крикнул он для острастки.
Ответа не последовало. Дацзюню стало не по себе. Он уже хотел было отпрянуть, как луч фонарика случайно мазнул по раскисшей земле под самым окном. Там отчетливо виднелся след.
След был глубоким – ушел в грязь пальца на два. Сразу видно: мужской, тяжелый. И размер обуви огромный – намного больше, чем у самого Дацзюня. Рисунок подошвы напоминал старые армейские кеды.
Зрачки Ван Дацзюня сузились. В их Лэйцзятуни только один человек обладал такой лапищей и такой дерзостью, чтобы среди ночи камни метать… Кто, если не «живой покойник» Лэй Дэшуй?
Перед глазами Дацзюня снова всплыла вчерашняя сцена у шалаша: охотничий нож, с которого капала вода, и это короткое «проваливай».
Неужто… неужто Лэй Дэшуй и впрямь их дом на прицел взял? От этой мысли у Дацзюня мороз пошел по коже, поджилки затряслись. Он не знал доподлинно, что связывает его жену и Лэй Дэшуя, но воровское чутье подсказывало: дело пахнет керосином.
— Дацзюнь! Чего ты там замер! Помоги давай! — Вопль матери вырвал его из оцепенения.
— У Эрдгоу кровищи море, в медпункт везти надо! Если его мамка узнает, она ж нам хату по бревнышку разнесет!
Дацзюнь опомнился, отер холодный пот со лба и, не решаясь заикнуться про след, бросил палку и кинулся помогать.
— Мам, зажми рану, зажми скорее!
Вдвоем они кое-как подняли воющего Эрдгоу. Тот продолжал рыдать, размазывая сопли и кровь по ватнику Дацзюня.
— Пошли, пошли скорее!
Чжан Гуйхуа метнула в сторону Су Вань исполненный яда и паники взгляд. Дело принимало дурной оборот – если прознают, что они дураку девку подложили, позора на всю округу не оберешься.
— Тварь, погоди у меня! Вернусь – шкуру спущу!
Брань старухи затихала по мере того, как они уводили Эрдгоу. Когда топот на переднем дворе стих, Су Вань без сил сползла по стене на пол.
Ножницы со звоном выпали из ее рук. Она жадно хватала ртом воздух, сердце все еще колотилось о ребра.
«Спасена. По-настоящему спасена».
Су Вань подняла голову, глядя на дыру в окне. Ветер был колючим, но его прикосновение приносило трезвость. Она медленно подползла и подобрала тот самый камень. Он был холодным и тяжелым. Она прижала его к груди.
Пусть никто не видел, пусть Ван Дацзюнь струсил и промолчал, но Су Вань знала наверняка.
Это он. Это точно Лэй Дэшуй.
Тот свирепый, грубый мужик не бросил слов на ветер. Сказал – будет присматривать, и сдержал обещание.
В тот миг чувство безысходности, годами гноившее ее душу, словно разбилось от удара этого камня, пропуская внутрь лучик света. В этом проклятом доме она больше не была одна.
Остаток ночи в доме Ванов прошел тихо. Чжан Гуйхуа и Дацзюнь утащили Эрдгоу в соседнюю деревню к босоногому врачу и не возвращались до утра. Су Вань спала тревожно, но это был самый спокойный сон за все три года. Потому что она знала: там, в ночной тьме Задней горы, сидит человек, который, подобно волку, стережет ее покой.
Обновлено: 20.02.2026