[Ты мне нравишься.]
Чханъён не мог забыть Джэин в тот момент, когда она призналась ему в чувствах. Он был так счастлив, что едва мог дышать.
Чханъён и раньше получал бесчисленное множество признаний. Его реакция всегда была одинаковой: он оставался абсолютно равнодушным.
Но с Джэин всё было иначе.
Сам Чханъён считал это естественным. С самого начала Джэин не была для него одной из многих.
Радость, которую принесло ему её признание, была того рода, что он не испытывал никогда прежде.
Чувство, которое могла подарить только она.
«Ты с ума сошел, Чу Чханъён?»
Он был безмерно благодарен ей за эти слова. Однако всё, что Чханъён мог делать в ответ — это винить и истязать себя.
Та ночь была внезапной и импульсивной.
До этого момента Чханъён даже не задумывался о чувствах Джэин. Он не ожидал, что она будет воспринимать его как мужчину.
Он полагал, что останется для неё просто удобным «старшим братом».
— Оппа, я готова. Поехали.
Прозрачная кожа без грамма косметики, короткая стрижка каре и аккуратные черты лица — в ней не было ничего некрасивого.
Столкнувшись взглядом с лицом, в которое он влюблялся каждое мгновение, Чханъён вновь почувствовал, как в груди шевелится мучившее его чувство вины.
[Моё несчастье так велико, что для счастья просто не осталось места.]
Пьяная Джэин тогда впервые долго с ним разговаривала. Когда она сказала, что её несчастье слишком огромно, он не смог подобрать слов утешения.
Ведь в истоках этого несчастья стоял сам Чханъён.
Он прекрасно понимал, что уже поздно, но ему требовалось много времени, чтобы всё исправить.
Настанет день, когда эта очаровательная девушка будет купаться в любви окружающих. И в этот день Чханъён должен будет исчезнуть, не оставив ни следа.
Это было наказание, которое Чханъён, давно хранивший Джэин в своём сердце, назначил самому себе.
Но теперь он не мог сделать даже этого. Ведь его исчезновение лишь снова ранит её.
— Оппа, что-то не так? — обеспокоенно спросила Джэин, заметив, как Чханъён погрузился в свои мысли, а на его лбу пролегла складка.
Может, что-то случилось в компании? Вспомнив, как он торопил её выйти из ванной, Джэин запереживала, не стала ли она обузой.
И неудивительно, ведь Чханъён был генеральным директором универмага JY. Для такого человека каждая секунда была на вес золота.
— На работе проблемы?
— Нет.
— Точно?
Джэин и представить не могла, что все мысли Чханъёна были заняты только ею, а вовсе не делами компании.
На её вопрос Чханъён лишь кивнул, но её беспокойство, казалось, не утихло.
— Правда, ничего не случилось.
— Так не пойдет. Я, пожалуй, доеду на такси.
— Послушай меня. Компания не развалится, если я отлучусь на утро.
— Но всё же...
Джэин продолжала смотреть на него с сомнением. Тогда Чханъён положил руку ей на плечо.
— Поехали уже. Я и так из последних сил сдерживаюсь, чтобы не затащить тебя сначала пообедать.
Сев в машину, которой управлял Чханъён, Джэин пожалела об этом ещё сильнее. Она мучительно соображала, что сказать в этой давящей тишине, но решила, что отвлекать водителя будет невежливо.
С другой стороны, просто смотреть в окно было невыносимо — воспоминания о прошлой ночи заставляли лицо гореть.
Определённо, стоило взять такси.
Джэин всё глубже погружалась в бесконечный круговорот собственных мыслей.
— Работа в кафе не слишком тяжёлая? — спросил Чханъён, не отрывая взгляда от дороги. Джэин, до этого смотревшая в окно, повернулась к нему.
Она снова невольно залюбовалась его лицом.
Можно ли назвать его скульптурным? Нет, даже этого слова было недостаточно, чтобы описать его внешность. Не будет преувеличением сказать, что такой красавец рождается раз в столетие.
— Джэин?
— А, эм... Да, не тяжёлая.
— Бодрый настрой.
— Я ведь уже не та девчонка, что была шестнадцать лет назад.
— А мне кажется, всё та же.
Опять. Эти губы, алые, как персик, изогнулись в улыбке.
— Ты сейчас дразнишь меня?
— Хм... Наверное?
Чханъён игриво ответил и мельком взглянул на неё. На мгновение Джэин увидела его открытую, свежую улыбку.
— Ну, если отвечать серьёзно... Работа трудна, потому что это работа, а раз это работа, она и должна быть трудной.
— Но разве мы работаем не потому, что за трудом следует счастье?
После этих слов, произнесенных им как нечто само собой разумеющееся, Джэин замолчала.
В памяти всплыли образы, которые она давно спрятала в глубине души. В ушах эхом отозвались громоподобные аплодисменты и крики толпы.
В груди у Джэин всё сжалось от подступившей боли.
— Бывает работа, которая приносит столько же счастья, сколько и трудностей.
Чханъён плавно остановил машину на красный свет. Он поймал взгляд Джэин, словно поджидал этого момента. Встретившись с ним глазами, она тут же отвернулась.
Она не хотела возвращаться к воспоминаниям десятилетней давности.
— Почему избегаешь моего взгляда?
— Не избегаю.
— И я же просил говорить со мной проще.
— Это... просто привычка... — пробормотала Джэин.
— Ю Джэин, ты лгунья.
— Что?
— Отворачиваешься, а говоришь, что нет. Обещала общаться неформально, а сама продолжаешь вежливничать.
— Честное слово, я отвернулась только в этот раз!
Джэин возмущенно повернулась к нему. Она уставилась на Чханъёна, словно играя в «гляделки». Прошло тридцать секунд, которые показались ей тридцатью минутами.
Хотя, скорее всего, времени прошло гораздо меньше.
Чханъён прикрыл рот кулаком, кашлянул и отвернулся.
— Вот видишь. Оппа, ты сам теперь отводишь взгляд.
— Мне нужно следить за дорогой.
Свет сменился на зеленый, и хотя Джэин прищурилась, не скрывая недовольства, возразить ей было нечего.
Снова воцарилась тишина. Снова бесконечный бег мыслей.
Чтобы вырваться из этого круга, Джэин решила заговорить. Нужно извиниться. Она напилась и поставила его в неловкое положение.
— ...Прости меня, оппа.
Чханъён мельком взглянул на Джэин, которая говорила почти шепотом.
— За что?
То, как он притворялся, что не понимает, казалось издевательством. В голове у Джэин, как мыльные пузыри, начали всплывать соблазнительные и головокружительные сцены.
Всё, о чём она думала, было написано у неё на лице. Глядя на неё, Чханъён не смог сдержать смех.
— Почему ты смеешься?
— Кхм, извини.
— Я серьезно.
— Тебе не нужно извиняться. В этом деле ответственность лежит на нас обоих.
Машина Чханъёна плавно затормозила перед кафе Джэин. Но Джэин не могла заставить себя выйти, не сводя глаз с Чханъёна, который открыто смотрел на неё.
Лучше бы он не говорил, что всё в порядке.
Они встретились спустя шестнадцать лет около месяца назад, когда дули самые холодные ветры. Чханъён тогда заглянул в кафе её младшего брата Чхэхо.
Была ли их встреча случайностью или судьбой?
Он пришел без предупреждения и с какого-то момента естественным образом влился в её жизнь. Когда она осознала это, было уже слишком поздно.
Ей нравились его теплые приветствия и улыбка, когда он заходил в кафе после поздней работы или во время обеденного перерыва.
Чханъён был единственным, кто называл её «Ю Джэин», а не «Ким Джэин».
Если бы в жизни Джэин не случилось всех тех несчастий, она бы призналась ему гораздо раньше, даже без участия алкоголя. Сказала бы, что любит его, что он — её первая любовь.
Ей всегда было дорого то утешение, которое Чханъён дарил ей в прошлом, словно щит, и его яркая улыбка при их новой встрече.
Но случившуюся трагедию нельзя было вычеркнуть. Потеряв семью и мечты, Джэин больше не хотела терять ничего ценного.
Она полностью прекратила общение с людьми. Никогда не выходила на улицу без кепки и маски. Она боялась, что кто-то узнает её, и ей придется снова пережить ту боль.
Она не выходила за рамки спокойной, размеренной рутины, не подпускала к себе ничего нового и изо дня в день повторяла одно и то же. Так Ю Джэин — талантливая фигуристка, которую называли «монстром-новичком» — а точнее, Ким Джэин, постепенно начала стираться из памяти людей.
И теперь, когда она почти исчезла, присутствие Чханъёна было ей не в радость. Он был тем, кто заставлял её снова тосковать по былым временам.
— Хм, Джэин. Мы приехали. Ты не выходишь?
— Оппа, у меня есть просьба.
— Да, говори что угодно.
— Я очень хочу, чтобы ты её выполнил.
Увидев её решительное лицо, Чханъён промолчал мгновение, а затем медленно кивнул.
Джэин любила его за то, что на любую её просьбу он всегда отвечал согласием и говорил, что всё в порядке. Но...
— Пожалуйста, не будь ко мне так добр.
Она отталкивает его, потому что он ей нравится.
Чем сильнее чувства, тем дальше нужно держаться. Это был единственный урок, который Джэин усвоила после всех своих бед: просто не позволять себе быть счастливой.
Чханъён некоторое время молчал, словно переваривая её слова. Наконец, будто считав истинный смысл в её глазах, он произнес глухим голосом:
— ...Хорошо.
— ...
— Если моё присутствие тяготит тебя и ты этого хочешь, я так и сделаю.
— Я бы хотела, чтобы ты больше не приходил.
— ...Да.
Обновлено: 09.04.2026