Е Пин вдруг кое-что вспомнил.
Вьющаяся лоза этих растений – штука чертовски полезная. Выглядят они как обычные ползучие стебли, но если приспособить их для ловли всякой живности, то может выйти отличный капкан.
Обычные стебли, конечно, порвались бы от первого же рывка. Но тут-то у нас растения, щедро сдобренные духовной энергией. Человеку из такой петли выбраться будет задачей не из легких, а что уж говорить про обычного зверя?
Е Пин прикинул и так, и эдак, решив, что арбузные и огуречные плети подойдут для этого дела лучше всего. Особая убойная сила ему была ни к чему, главное – чтобы эти зеленые путы могли намертво скрутить любого обнаглевшего волка, решившего спуститься с гор и покуситься на его хозяйство.
Но тут, как назло, возникла другая проблема: как, собственно, управлять всей этой ботаникой? Не силой же мысли.
«Ладно, попытка не пытка, денег за это все равно не берут.»
— Эй, лоза! Чудо-трава, а ну-ка изобрази атаку, покажи класс, чтобы я прям зауважал!
Ноль эмоций. На грядках царило гробовое молчание, ни единого листика не дрогнуло.
— Не то. Наверное, заклинание неправильное. Попробуем еще раз. О, великая лоза, яви свою мощь, сокруши врагов и заставь их трепетать перед твоим величием!
Опять мимо. Может, зайти с другой стороны?
— Именем небесного владыки, лоза, слушай мою команду!
«Да чтоб тебя! Снова мимо. Какое же кодовое слово тут нужно?»
Е Пин уже начинал закипать.
— Ах вы паразиты! Если сейчас же не начнете подчиняться, я вас всех к чертям собачьим выжгу!
Чтобы уж точно исключить любые досадные осечки, Е Пин уселся на землю, скрестив ноги, прикрыл глаза и погрузился в медитацию. Ему нужно было привести мысли в порядок и тщательно воспроизвести в памяти все те магические пассы и вербальные формулы, которыми он пользовался в мире культиваторов. Каждый жест, каждый слог должен быть выверен до миллиметра.
Минут через десять, когда в голове все окончательно разложилось по полочкам, Е Пин открыл глаза и поднялся на ноги.
Его пальцы замелькали в воздухе с невероятной ловкостью. Он сплетал одну печать за другой, плавно проходя через все сорок девять комбинаций так естественно, будто занимался этим всю жизнь. Скорость была такой, что в воздухе оставались лишь размытые очертания его рук.
Одновременно с этим впечатляющим зрелищем Е Пин с самым серьезным видом затянул речитатив:
— Извечная сила, питающая все живое, призываю тебя, пусти духовную энергию неба и земли мне на службу…
Крупица накопленной силы послушно потекла по каналам и сконцентрировалась на самом кончике его пальца.
Нежное белое свечение запульсировало чистой энергией, которая казалась бесконечной. Растущие на грядках посадки тут же ощутили эту живительную подпитку, мгновенно взбодрились, а их листья налились сочным, почти изумрудным цветом.
Теперь Е Пин перевел суровый взгляд на ближайшую плеть арбуза и резко, властно скомандовал:
— Плеть! Фас!
Стоило этому приказу сорваться с его губ, как листва на грядке пришла в движение без всякого ветра. Собравшийся на пальце свет сорвался и плавной дугой полетел прямо к арбузному кусту, оставив в воздухе тающий светящийся след.
Под воздействием этого импульса плеть арбуза заметно вздрогнула.
— Ну вот, я же говорил! Обязательно нужно было доводить до угроз? По-хорошему мы вообще не понимаем, да?
Под чутким контролем Е Пина сам куст не увеличился в размерах, но от самых корней поползло мягкое свечение, быстро добравшееся до кончиков побегов.
И тут раздался резкий свист.
Трава перед кустом вздыбилась, и несколько плетей молниеносно взметнулись вверх, прочертив в воздухе темно-зеленые полосы. Парочка побегов едва не задела самого Е Пина, закручиваясь по спирали, и намертво вцепилась в сухую ветку, которую он держал в руке.
Пальцы парня были расслаблены, так что он даже сообразить ничего не успел, как ветку буквально вырвало у него из ладони.
Когда он пришел в себя, ветки уже не было видно. На ее месте копошился плотный темно-зеленый кокон из переплетенных стеблей. Эти побеги, словно живые змеи, продолжали стягиваться все туже и туже.
Окажись на месте этой деревяшки какой-нибудь лесной зверь, его бы уже давно задушило насмерть.
Вот она, скрытая способность обычного арбуза – настоящая боевая плеть!
И попадание, надо признать, стопроцентное.
Е Пин от удивления даже рот приоткрыл.
Правда, поразила его не столько сама атака – к подобным фокусам он уже успел привыкнуть, – сколько изменившиеся габариты растения.
Когда он только заходил в огород, самые длинные побеги едва достигали двух метров. Сейчас же эта плеть вымахала больше чем на четыре метра, а толщиной стала напоминать приличную человеческую руку!
«Неужели это так подействовала моя подкормка?»
Примерно через минуту стебли немного побледнели, сжались до прежних двух метров и снова превратились в обычные тонкие веточки толщиной с палец.
Еще секунд тридцать – и растение внешне ничем не отличалось от своих собратьев, разве что цвет листьев стал чуть более насыщенным. А еще от него отчетливо веяло какой-то детской радостью и искренней привязанностью к хозяину.
Е Пин довольно ухмыльнулся. Дело сделано, эксперимент прошел успешно!
Он уже собирался закрепить результат и потренироваться еще, как вдруг его обострившийся слух уловил торопливые шаги за пределами огорода. Кто-то спешил прямо сюда.
Слух-то у парня был отличный, но шагов было так много и звучали они так сумбурно, что разобрать точное количество гостей не представлялось возможным.
— Пинь-пинь, ты живой там? Держись, второй дядя идет на выручку, я людей привел!
Голос Е Жуньфэна разносился по всей округе. Сам он уже вовсю бежал в сторону участка племянника.
Е Пин спокойно, даже лениво отозвался:
— Да здесь я, второй дядя, все нормально! Не надо меня спасать, я уже приручил этого зверя. Идите сюда, сами посмотрите. Я в полной безопасности, да и белый волк теперь тише воды, ниже травы.
Услышав этот крик, Е Жуньфэн засомневался, но голос племянника звучал так бодро и уверенно, что мужчина невольно поверил ему процентов на восемьдесят.
— Ну вы даете… Ребят, вы что, на крупного зверя собрались?
Е Пин с усмешкой оглядел толпу. За вторым дядей шла целая делегация крепких деревенских мужиков. Более того, у пары активистов на поводке сидела охотничья собака, а за плечами висело охотничье ружье.
— Фух… — второй дядя шумно выдохнул, увидев целого и невредимого племянника. — Ну слава богу, живой. У меня аж от сердца отлегло. Оставить тебя тут одного было худшей моей идеей, я чуть с ума не сошел от страха!
Убежав отсюда в прошлый раз, Е Жуньфэн поднял на уши всю деревню, крича так, что уши закладывало.
Появление хищника у самых границ поселения не на шутку напугало местных. Но лезть на рожон никто не хотел, поэтому второй дядя отобрал только опытных охотников, и они всей толпой поспешили назад.
Е Пин лишь покачал головой, силясь скрыть ироничную улыбку:
— Да не стоило так паниковать. На самом деле этот белый волк и не думал ни на кого нападать. Бедняга просто проголодался. Я угостил его парой плодов с грядки, и он теперь ручной, как домашняя болонка.
— И где же этот твой ручной хищник? Убежал, что ли? — второй дядя с подозрением заозирался по сторонам, но серого гостя нигде не было видно.
В этот момент охотничья собака, пришедшая с мужиками, внезапно зашлась неистовым лаем. Шерсть на ее загривке встала дыбом, и она принялась бешено рваться с поводка, глядя строго в глубь огорода.
Обновлено: 10.07.2026