Глава 135 — Глава 135. Лазурное море

**Глава 135. Лазурное море** Следующие несколько дней девица Хун и Хэцзы ходили сами не свои. Пережитый ужас оставил в их душах глубокий след. Особенно досталось Хэцзы — бедолага едва не разочаровался в мироздании. На расспросы товарищей они не отвечали, храня угрюмое молчание. Но в конце концов Хэцзы не выдержал. Затащив Ли Пиньаня в укромный уголок, он зашептал, испуганно озираясь: — Я должен тебе кое-что рассказать. Только чур — не пугаться! Ли Пиньань невозмутимо кивнул: — Валяй, я не из пугливых. Хэцзы набрал в грудь побольше воздуха: — Я... я встретил демона. — О, — только и сказал Ли Пиньань. — «О»? — Хэцзы нахмурился. — И это всё? — Я хотел сказать... Какая досада, — поправился Ли Пиньань. — Досада?! Да то, что я жив остался — чудо великое! Ты хоть представляешь, какого размера была та паучиха? С твоего быка, не меньше! Ли Пиньань лишь загадочно улыбнулся, не проронив ни слова. — Она заманила нас с Хун в чащу, — продолжал Хэцзы, — обернулась чудищем и уже хотела сожрать, как вдруг — вжик! — из ниоткуда вылетает летающий меч. Боги, какой же он был красавец! Прямо загляденье! Чик-чирик — и оба демона готовы. Хэцзы внезапно осекся и подозрительно уставился на товарища: — Ты... ты ведь не думаешь, что я с ума сошел или байки тебе травлю? Ли Пиньань покачал голвой: — Вовсе нет. Хэцзы облегченно выдохнул. Расскажи он это кому другому, его бы точно за сумасшедшего приняли. — Ты и представить не можешь, на волоске от какой смерти мы висели! Ли Пиньань с улыбкой похлопал его по плечу: — Видишь ли, эта история учит нас вот чему: иметь доброе сердце — это прекрасно. Но прежде чем творить благо, нужно всё хорошенько взвесить и не лезть на рожон. Иначе и доброго дела не сделаешь, и жизнь почем зря погубишь. Хэцзы замер, глядя вслед уходящему Ли Пиньаню. Он медленно кивнул, переваривая услышанное. — Истинно так... Истинно! Эй, подожди меня! * — Пора в путь, к милой на кровать, серебро в карман, а девку — целовать!.. — Даоба затянул дорожную песню мабана. Голос у него был не то чтобы певческий, зато зычный и звенящий на всю округу. Вожак споро орудовал тесаком, расчищая путь от густого кустарника. Несколько крепких мужиков помогали ему, слаженно размахивая клинками. — Каждый год эта дрянь отрастает, и каждый год приходится рубить! — ворчал кто-то из погонщиков. Новичкам такую работу не доверяли — тут сноровка нужна, чтобы и время не терять, и товарища ненароком не задеть. Караван двигался неспешно, с частыми остановками. Ли Пиньань ехал верхом на Старине Быке, перебирая струны эрху. **[Имя: Ли Пиньань, Продолжительность жизни: 170 — 172 года]** Незаметно для него самого, срок его жизни увеличился ещё на два года. Решив, что на сегодня музыки достаточно, он убрал инструмент. Помощник вожака тем временем развлекал Хэцзы байками о северном тракте, от которых у парня лицо то бледнело, то краснело. Затем разговор зашел о заморских диковинках. — А где заканчивается северный тракт? — полюбопытствовал Ли Пиньань. — Конец тракта? Там лежит Цанхай — Лазурное море. — А что за ним? — За Цанхаем — другие земли, заморский край. — Какой именно? — Ли Пиньань засыпал его вопросами, словно любознательный ребенок. Помощник вожака замялся, потирая затылок. — Юньчжоу! — вдруг подал голос Даоба. — За Лазурным морем лежит Юньчжоу. Что, неужто намылился туда? Ли Пиньань подтвердил это коротким кивком. Окружающие посмотрели на него как на безумца. — Тебе-то в Юньчжоу зачем? — изумился помощник. — Чтобы туда попасть, нужно всё море переплыть, а на это мало кто решается. — Да так, — усмехнулся Ли Пиньань, — просто решил прогуляться. Даоба смерил его долгим взглядом: — Северный тракт — дорога не из легких. — Я и не по таким дорогам хаживал, — отозвался Ли Пиньань. Мабан держал путь в степи, чтобы торговать с вождями племен и кочевниками. Путь Ли Пиньаня лежал дальше по тракту. Их дороги неизбежно расходились. Узнав об этом, Хэцзы расстраивался два дня кряду. За время пути он привязался к Ли Пиньаню больше всех. И теперь, слыша, что тот уходит в опасную неизвестность к Лазурному морю, Хэцзы превратился в ходячую агитбригаду. Он без умолку твердил о том, как опасен северный тракт, какие чудовища водятся в Цанхае и что за каждым кустом их поджидают тигры, волки или злые духи. — Ну зачем тебе такая даль? Поехали с нами в степи! Я тебе все свои заработанные деньги отдам, еще и отреза ткани отличной подарю! — убеждал он, бия себя в грудь. Но на любые условия Ли Пиньань лишь вежливо улыбался. Он терпеливо выслушивал все стенания Хэцзы, и тот порой обманывался, думая, что его речи возымели действие. Но стоило ему спросить в лоб, как Ли Пиньань отвечал: — И всё же я хочу на это посмотреть. Как говорится: «В гору подняться легко, спуститься трудно». Чем дальше они продвигались, тем круче становились склоны. Скорость росла, а вместе с ней и риск. Хэцзы сносил уже семь пар обуви. Его одежда превратилась в лохмотья, а ноги постоянно были мокрыми от дорожной жижи. Идти становилось всё тяжелее. Погода тоже капризничала: внезапно выглянуло палящее солнце. Жара стояла невыносимая, а летящая из кустов труха забивалась под одежду, вызывая нестерпимый зуд. — Пр-роклятое мучение, — Хэцзы стер пот со лба. Его некогда белое личико теперь стало багрово-черным от загара и пыли. Он был грязен, промок насквозь, а руки покрывали царапины от колючек. Глядя на Ли Пиньаня, который выглядел подозрительно свежим, Хэцзы чувствовал себя дикарем. Даже бывалые погонщики удивлялись стойкости слепца, а тот лишь отшучивался: мол, нужно просто быть внимательнее. Заросли в этом году были особенно густыми. Люди, прорубавшие тропу, начали выбиваться из сил. Даоба глянул на Хэцзы: — Справишься? Тот, давно мечтавший проявить себя, радостно закивал. Ему вручили тяжелый тесак. Впервые взяв оружие в руки, Хэцзы от избытка чувств так махнул им, что едва не отхватил себе ногу, вызвав взрыв хохота у мужиков. — Чего ржёте?! — вспыхнул он. — Можно подумать, вы в первый раз как мастера махали! Помощник вожака, посмеиваясь, подошел к нему: — Не так это делается, парень. Смотри, здесь важен замах и угол... Вскоре Хэцзы худо-бедно освоил науку. Движения его были неуклюжими, но дело пошло. Довольный собой, он оглянулся в поисках Ли Пиньаня, словно ребенок, желающий похвастаться новой игрушкой. — Пиньань! Ли Пиньань в это время задумчиво взвешивал в руке такой же тесак. — Эй, — окликнул его Хэцзы, — ты зачем его взял? — Вожак сказал, рук не хватает, просил подсобить. — Да куда тебе с твоими-то глазами? Давай я за тебя сделаю! — Не стоит, — улыбнулся Ли Пиньань. — Слушай старших, — важно наставил Хэцзы, — тут главное — метод! *Вжик! Вжик! Вжик!* Кустарник ложился рядами, словно спелая пшеница под косой жнеца. Ли Пиньань орудовал тесаком с такой легкостью, будто резал мягкое масло. Хэцзы лишь беззвучно открыл и закрыл рот. — Э-э... ну ладно... я пойду... Даоба, наблюдавший за этой сценой, одобрительно хмыкнул: — Недурная техника. Ли Пиньань скромно улыбнулся: — Кто в цзянху живет, у того всегда пара козырей в рукаве найдется.