— Что с ним случилось?
Услышав вопрос Тэн Вэйфэна, сердце Шу Луна екнуло.
Если судить только по интенсивности репортажей внутри страны, автоспорт действительно не вызывал ни малейшего всплеска интереса. Будь то двойное чемпионство Чжоу Гуаньюя в прошлом году или два подряд титула самого Шу Луна — об этом лишь вскользь упомянули несколько автомобильных журналов на задворках своих страниц.
Если в один прекрасный день имя кого-то из них слетало с уст человека, далекого от гонок, это могло означать только то, что произошло нечто из ряда вон выходящее.
Шу Лун опустил взгляд. На экране телефона красовалось лицо с глубокими темными кругами под глазами — это определенно был Чжоу Гуаньюй. Шу Лун принялся лихорадочно листать экран.
К счастью, тревога оказалась ложной: никаких смертельно опасных аварий не случилось. Просто Чжоу Гуаньюй подписал контракт с молодежной академией Феррари.
— Твою мать, погоди! Феррари?!
Шу Лун едва не вскрикнул прямо на уроке английского, который вела классная руководительница. Только когда весь класс обернулся на него, он запоздало притворился, что просто очень картинно и шумно потягивается.
Тэн Вэйфэн был парнем толстокожим и ни капли не смутился под предостерегающим взглядом учительницы. Он лишь чисто символически спрятался за широкую спину впереди сидящего одноклассника и продолжил шептаться:
— А я о чем! Это же Феррари! Вот я и спрашиваю, ты его реально знаешь?
— Знаю! Да я не просто его знаю, я с ним гонялся!
— И что, он правда такой крутой? Если с тобой сравнивать?
— Очень крутой. Раньше круче был я, но теперь, похоже, круче он.
В этой фразе не было ни грамма иронии. Шу Лун временами действительно искренне восхищался Чжоу Гуаньюем.
На пути по этой бесконечной дороге автоспорта уверенность Шу Луна подкреплялась не только собственным упорством и поддержкой семьи, но и тем самым видимым только ему интерфейсом таланта.
Что такое «теоретический предел человеческих возможностей»? Это гарантия того, что ты априори не проиграешь никому! Какова бы ни была текущая ситуация, в твоих глазах всегда есть надежда.
В схожих условиях у Чжоу Гуаньюя не было никакой системы. Можно сказать, он опирался исключительно на собственные усилия и страсть, чтобы противостоять страху быть поглощенным бездонной ямой под названием «безнадежность». И в итоге на европейской арене он своим мастерством добился признания от самого знакового бренда в мире F1.
Феррари. В Китае для большинства это имя — синоним суперкара. В сознании людей Феррари = суперкар = символ богатства.
И, разумеется, так оно и было на самом деле.
Возможно, под влиянием Шу Сюна, Шу Лун с детства предпочитал пафосным суперкарам более приземленные, но дающие огромную свободу для тюнинга машины JDM.
И дело было не в каком-то духе противоречия, а в том, что, как говаривал Шу Сюн, в этом есть особая радость «выращивания идеальной спутницы» своими руками.
Можно сказать, Шу Лун никогда не питал особого трепета перед именем Феррари.
Но когда речь заходила о Формуле-1, эти семь букв для соотечественников значили ярко-красный цвет на вершине подиума в день первого Гран-при Китая. В мировом масштабе это имя означало целую династию, кусок истории.
За все годы взлетов и падений в паддоке, пожалуй, только Феррари имела право заявить: «Я и есть Формула-1».
В день победы Шу Луна Чжоу Гуаньюй специально приходил поздравить его. Он тоже был там в тот день, но выступал в другой категории.
Они проболтали больше часа обо всем на свете, но Шу Лун так и не услышал от Чжоу Гуаньюя ни малейшего намека на грядущие перемены.
Впрочем, это было понятно. В день финала контракт еще не был подписан, и если бы что-то сорвалось, хвастаться заранее было бы просто унизительно.
Неделю спустя в QQ наконец пришло сообщение...
С тех пор как в 2011 году Чжоу уехал в Шеффилд, он впервые за долгое время вернулся на родину. Сейчас он находился на шанхайском автодроме, участвуя в «Ferrari Racing Days 2014».
Гуаньюй извинился за то, что скрывал информацию... На самом деле Шу Лун считал, что извиняться не за что.
По правилам, только сейчас наступил день официального объявления о подписании. То, что Тэн Вэйфэн видел на форумах, было лишь чьим-то преждевременным сливом.
Да и если рассуждать здраво: если бы Шу Лун сам первым подписал контракт с какой-нибудь академией, как бы он сообщил об этом боевому товарищу, с которым бок о бок сражался на чужбине?
Такой огромной радостью хочется поделиться с другом, но вот незадача... Расскажешь — могут принять за хвастовство, скроешь — покажется, что не доверяешь. В любом случае возникла бы неловкость.
Шу Лун признавал, что почувствовал определенное давление. Гоночный календарь Чжоу Гуаньюя в команде Strawberry был забит до отказа, шансов проявить себя было хоть отбавля, а Шу Луну оставалось лишь гарантировать, что в каждой своей следующей гонке он выложится на все сто.
14 июля в испанской Суэре по расписанию прошел третий этап Rotax Max Euro Challenge.
Эта трасса сочетала в себе множество технических поворотов, но в ней также было несколько длинных прямых, позволяющих двигателю раскрыть весь потенциал оборотов. Именно там Шу Лун впервые серьезно пострадал из-за явной нехватки мощности мотора.
В этот раз вины Георга не было, просто двигатель, стоявший на карте Шу Луна, был лучшим из того, что имелось на складе, но этого было мало.
В квалификации Шу Лун едва не проломил пол педалью газа. Он изо всех сил старался компенсировать время в поворотах и использовал V-образные траектории с поздним торможением, чтобы обеспечить лучший разгон на прямых. И все же он показал лишь пятое время в группе.
Болид явно уступал в характеристиках. Казалось, победа на этом этапе ускользает из рук. Но это было не совсем так.
Абсолютная скорость не всегда определяет исход гонки, иначе в самих заездах не было бы смысла — награждали бы просто по результатам квалификации.
Если в первых двух гонках Шу Лун демонстрировал запредельный темп, стабильность и хирургически точные обгоны, то в Испании он показал этим «лаоваям», что такое «бетонная» оборона.
Стартовав в финале с третьего ряда, Шу Лун после шести кругов ожесточенной борьбы сумел захватить лидерство. А затем, на явно более слабой машине, он в течение десяти кругов удерживал за собой троих соперников, которые атаковали его по очереди.
— У этого парня точно есть глаза на затылке! Он словно видел одновременно троих или четверых из нас. Честно говоря, я сам запутался, сколько машин в тот момент боролись за позицию, но чувствовал, что он всё контролирует от начала до конца.
Так ответил журналистам после гонки Дэвид Вуд из британской команды Dan Holland Racing.
В этой затяжной осаде Шу Луна именно он пострадал больше всех.
Стартовав со второго места на первой линии, он сначала попал под давление траекторий Шу Луна, затем на предпоследнем круге в тисках двух преследователей получил толчок, развернулся и в итоге финишировал лишь седьмым.
Причем, поскольку вся гонка записывалась на видео, было практически невозможно обвинить Шу Луна в «грязной» защите.
В скоростной и яростной борьбе обычному человеку трудно уследить за действиями даже двух соперников. В гонках сплошь и рядом случается, что пилот, слишком увлекшись дуэлью, пропускает атаку того, кто шел третьим.
Но в этой гонке Шу Лун внушал им лишь одно чувство — отчаяние. Бессильное отчаяние...
Словно кукловод на сцене, он легкими движениями нитей заставлял преследователей сцепляться друг с другом.
После гонки Шу Лун не вернулся в Китай, а остался вместе с Шу Сюном в Австрии, в клубе «Рейка».
Несмотря на то что его колоссальный отрыв в очках практически гарантировал титул чемпиона года, он стремился заранее подготовить и обкатать болид, который был бы идеально настроен под конфигурацию трассы последнего этапа.
Благодаря магическим выступлениям Шу Луна, Георг сумел привлечь несколько небольших спонсоров. Денег было немного, но достаточно, чтобы вечно стесненный в средствах владелец наконец решился и закупил новую партию двигателей.
1 сентября, французский Сальбри.
Шу Лун, который должен был вернуться в школу еще 23 августа, взял отпуск на полмесяца. Всё ради того, чтобы в лучшей форме встретить финальную битву Euro Challenge этого года.
Лучший пилот, лучшая машина — исход был предрешен.
— Послушайте этот рев трибун, друзья! Как это неожиданно, и в то же время — как предсказуемо!
— Я даже не знаю, что сказать. Если бы полгода назад вы спросили меня: «Может ли безвестный пилот из безвестного клуба стоять на высшей ступени подиума?», мой ответ не был бы таким твердым. Но сегодня я скажу: «Да!». Проделав путь от «возможно ли это?» до «поражение невозможно!», китайская скорость переписывает историю Rotax. Этот восточный дракон сжег все предубеждения дотла!
— Эй, напарник, я понимаю твой восторг, но, насколько мне известно, в китайской культуре их драконы не извергают пламя.
— Прости, просто мне показалось, что так звучит круче. Я долго готовил эту речь для такого дня.
Когда ты сам погружен в свои фантазии — это подростковое «чунибё», но если ты заставляешь других фантазировать ради тебя — это триумф.
Став чемпионом года, Шу Лун автоматически получил право на участие в Чемпионате мира.
Но для чемпиона, который катком прошел по сильнейшему региону мира, победа над соперниками из других стран и своими прежними жертвами казалась чем-то само собой разумеющимся. Даже комментаторы, казалось, утратили прежний азарт свидетелей чуда.
Когда Шу Лун стоял на подиуме, сжимая кубок чемпиона мира, Георг, стоявший внизу и судорожно сжимавший телефон, наконец почувствовал уверенность. Стиснув зубы, он нажал на кнопку вызова.
— Господин, возможно, вы уже видели новости, но у меня здесь вырос действительно интересный талант. Думаю, он может вас заинтересовать.
— Кто? А, тот китайский мальчик?
— Да. Что вы о нем думаете?
— У меня сейчас хватает перспективной молодежи, но... дайте-ка посмотреть...
При первых словах сердце Георга ушло в пятки. Как опытный делец, он понял, что это сигнал к сбиванию цены, но последующее «но» дало ему крохотную надежду.
— Он действительно неплох. Но за плечами маловато гонок. Это из-за нехватки средств?
— Да. Однако...
— А что на следующий год?
— В следующем году он планирует сосредоточиться на категории KZ2. По возрасту не хватает пары месяцев, но благодаря результатам этого года мы уже добились исключения от организаторов.
— Понял. Я буду следить.
— А насчет спонсорства, о котором мы говорили...
— Я пришлю людей для оценки.
Старик на том конце провода сухо повесил трубку. Обливавшийся потом Георг долго стоял в оцепенении, прежде чем смог выдохнуть.
Иметь дело с этими «небожителями» невероятно изматывающе. Ты никогда не знаешь, что у них в голове. Порой ты выкладываешь все свои козыри, но этого хватает лишь на то, чтобы они лениво приоткрыли веки.
Сотрудничество в этом году было удачным. К тому же Георг гарантировал на следующий год серьезное спонсорство для поддержания конкурентоспособности болида и еще больше снизил цену на свои услуги. Семья Шу без долгих раздумий продлила контракт еще на год.
Благодаря феноменальным успехам Шу Луна, из внесенных ранее двухсот тысяч евро даже осталась сдача. В итоге за новый сезон заплатили ровную сумму в сто восемьдесят тысяч.
Вообще-то многие топ-команды пытались связаться с Шу Луном до конца сезона, некоторые предлагали заманчивые условия, но Шу Сюн и Чжан Синь вежливо отказались.
Ограничение свободы — это один момент. За льготы пришлось бы платить выполнением жестких нормативов, которые, если разобраться, были куда суровее условий Георга.
К тому же существовало множество других турниров и кубков в высших категориях. Шу Лун хотел попробовать свои силы в разных сериях на отдельных этапах, а полный календарь в топ-команде съел бы весь бюджет.
В европейском чемпионате KZ2 всего три этапа, четыре — если выйдешь в финал. Хоть стоимость одного этапа и выше, общие годовые затраты выходили меньше, чем в этом году.
Кроме того, клуб «Рейка» был единственным, кто пошел навстречу семье Шу в самый трудный момент выбора. За год они выросли вместе, и сказать, что между ними не возникло привязанности, было нельзя.
Георг в душе был дельцом и преследовал свою выгоду, что нормально, но в то же время он был истинным фанатом гонок. Его восторженные крики и празднования после каждой победы Шу Луна были абсолютно искренними.
Есть поговорка: «Лучше уголь в метель, чем цветы в ясный день». А еще есть такое понятие, как верность до конца.
После относительно спокойного первого полугодия девятого класса для Шу Луна наступил крайне напряженный 2015 год.
Дело было не только в гонках. 2015-й стал ключевым узлом, где сплелись учеба и спорт, определяя дальнейшую судьбу Шу Луна.
Первым делом в начале марта наступил самый выматывающий этап — спортивный зачет для выпускников средней школы.
Физические показатели:
Прочность костей и тканей: 69%
Выносливость и терпимость: 85%
Нервные рефлексы и скорость мобилизации: 97%
Физическая подготовка Шу Луна была на высоте. За полтора года естественного роста и упорных тренировок все его показатели стабильно росли, а рост вытянулся до 177 сантиметров.
Почти все нормативы зачета Шу Лун сдавал на максимум без специальной подготовки, кроме одного — наклона вперед из положения сидя!
Будь проклята эта панель, почему в описании костей и мышц есть только «прочность»? Добавить пункт «гибкость» было бы не судьба?!
Тут стоит упомянуть особенности телосложения Шу Луна: широкие плечи, узкая талия, классические «ноги от ушей», но была одна досадная деталь — коротковатые руки.
Обычно размах рук человека примерно равен его росту, а у многих он даже больше.
У Шу Луна всё было иначе: при росте 177 см размах рук составлял всего 169 см. Он чувствовал себя каким-то тираннозавром.
Шу Сюн, правда, нахваливал его, говоря, что такие руки созданы для вождения: мол, это дает преимущество в чувствительности обратной связи руля и тонкости управления. Но это «врожденное преимущество» чуть не стоило Шу Луну жизни на зачете по гибкости.
Чтобы дотянуться до заветных 15 сантиметров на оценку «отлично», Шу Лун так стиснул зубы и потянул связки, что потом на дистанции в тысячу метров его ноги буквально дрожали.
(Конец главы)
Обновлено: 01.02.2026