Глава 14 — Глава 14. Бывалый не так уж прост

Помолчав немного, Жун Гуан дал Юань Цюань и остальным время переварить его слова. — Мисс Юань, мне нет нужды помогать вам, как нет и нужды вредить, — наконец произнес он. — Мы не друзья, но и не враги. Я лишь хочу сказать: есть вещь куда более страшная, чем съемки в дрянном кино. И это – полное отсутствие ролей! — Через три дня в шесть утра жду вас у входа в «Дахунцзюй». Ваш гонорар – пять тысяч. Срок съемок – десять дней. Ежедневный трансфер, завтрак и обед включены, на ужин – компенсация в двадцать юаней. В случае продления срока или пересъемок – пятьсот юаней за каждый дополнительный день. — Вот мои контакты, вот сценарий на первые три дня, вот основные требования и правила поведения на съемочной площадке… Выложив перед Юань Цюань стопку бумаг, Жун Гуан с улыбкой пожал плечами и добавил: — Выбор за вами! Юань Цюань закусила губу – последние слова Жун Гуана задели ее за живое. Ей до смерти хотелось, чтобы тот воображаемый огромный крест стал настоящим и она могла бы собственноручно запустить его в лицо этому негодяю. В конце концов, она была крайне недовольна, а когда девушка злится, ей не нужны причины, чтобы ударить! Тем не менее Юань Цюань… все же взяла сценарий и документы. — Я внимательно изучу сценарий. И надеюсь, что ваша съемочная группа не будет меня тянуть назад. — Ха-ха, — Жун Гуан тут же расплылся в радушной улыбке. Если мастерство актрисы вырастет хоть на йоту, то и качество готового фильма станет выше. Зачем довольствоваться малым, если можно получить лучшее? — Надеюсь на приятное сотрудничество, мисс Юань. И вы, ребята, проголодались, небось? Давайте перекусим вместе, по-простому. Обида Юань Цюань еще не прошла, она огляделась и заметила, что однокурсники тоже слегка качают головами. Они пришли сюда вершить самосуд, но Жун Гуан полностью подавил их своим напором. На его «кривую логику» у них не нашлось ни единого достойного возражения. Чувствуя себя уязвленными, они были совсем не в настроении обедать с ним. — Не стоит, — Юань Цюань вздернула подбородок, изо всех сил стараясь сохранить гордость студентки Центральной академии драмы. — У нас дела! — Что ж, жаль. Как-нибудь в другой раз обязательно соберемся. Ха-ха, — Жун Гуан не стал их удерживать. Раз дело сделано, пусть идут на все четыре стороны! … Как только Юань Цюань с друзьями вернулись в общежитие, девушки тут же защебетали наперебой: — Эти парни совсем бесполезные. Не смогли справиться с каким-то плаксивым бывалым. — Слабее всех оказался Лю Е, а еще хвастался, что он мужик с северо-востока. В итоге даже пикнуть не посмел. — И как вы снова позволили этому типу себя одурачить? Цюаньцюань, почему ты согласилась? — Я… я сама не знаю. — Не вините Цюаньцюань. Этот парень совсем не прост. Сначала прикинулся плаксой в аудитории и обманул маму Чан. А когда встретил нас, наговорил всякой чепухи и окончательно всех запутал. — Лулу, а мне кажется, в его словах есть смысл… Цюаньцюань, как думаешь? — Не знаю я! Мне сценарий читать надо! — Хи-хи, сестренки, да наша Цюаньцюань злится. Ну-ка, дайте взглянуть, что за роль ей досталась? — Ой? Это персональный сценарий? А это еще что такое? — Не приставайте! Это просто правила поведения на площадке! — Хм, выглядит довольно солидно. Ой, девочки, слушайте вот этот пункт: «В случае наступления менструации, пожалуйста, заранее сообщите съемочной группе. Мы обеспечим надлежащий уход и скорректируем график». Ого! Как трогательно! Наш верзила-то как заботится о малышке Цюаньцюань! — Перестань молоть чепуху, немедленно верни! — Хи-хи-хи… — … … Оставшись в «Дахунцзюе», Жун Гуан не расслабился. Проводив Юань Цюань и остальных, он тут же связался со знакомым с Пекинской киностудии и выяснил, что Хань Саньпин действительно их директор, а в отделе проката и впрямь работает некий Юй Дун. Поняв, что на этот раз ошибки нет, он немного успокоился. Теперь ситуация изменилась. Раз «Чайна Филм» и «Бона» еще не набрали силу, придется искать кинопрокатные компании в провинциях. Выкупить права будет на порядок сложнее, придется договариваться с каждой по отдельности. Если совсем прижмет, «Братья Хуаи» наверняка уже основаны, разве что они сдерут с него три шкуры. Но с его нынешними связями в пекинской тусовке веса он не имеет, так что и тут будут трудности. Впрочем, выход всегда найдется. В любом случае, нужно дождаться завершения съемок. «Ладно, кривая выведет. Не буду пока об этом думать». Но этот случай стал для Жун Гуана напоминанием: его память не точна на сто процентов. Любая осечка может привести к краху. К счастью, последствия оказались несерьезными. Жун Гуан вовремя осознал, что в это время «Чайна Филм» и «Бона» еще не стали гигантами, и у него есть время все исправить. Иначе пришлось бы горько плакать в туалете. Жун Гуан твердо решил: впредь не касаться того, в чем не уверен до конца. Он хорошо знал лишь подноготную киноиндустрии, будучи в ней тертым калачом. О жизни за пределами этого круга он знал мало и уж точно не был великим бизнесменом. В любом случае, у него уже была ставка на «армию Маотай» в три миллиарда. О, кажется, он только что вспоминал про какой-то биткоин? Так что любой осколок памяти – это шанс заработать. А значит, нужно действовать наверняка! Девяти шансов из десяти мало, нужна абсолютная уверенность. Иначе лучше и вовсе не браться. С тремя миллиардами от «Маотай» и репутацией Аквамена прожить вторую жизнь можно вполне шикарно. Нельзя быть слишком жадным. Он установил для себя правило: «В делах вне индустрии – только стопроцентная уверенность, в делах кино – предельная осторожность!» … Сестра Дахун ворвалась в кабинет подобно вихрю и уселась рядом с Жун Гуаном. Она бесцеремонно спросила: — Гуанцзы, ты чего? Лица на тебе нет. Ты сегодня оккупировал мой кабинет на несколько часов, заказывал только бесплатный чай да арахис, и то я не выгляжу такой хмурой, как ты. Жун Гуан прыснул со смеху, закурил и решил, что самое время обсудить дело: — Сестра Дахун, в это воскресенье днем мне нужно на три часа одолжить ваш ресторан для съемок натуры. Помоги по-братски. Обещаю тебе экстремально крупный план в кадре… — Да ну тебя! — Пренебрежительно перебила Дахун. — Опять заведешь волынку: «Дахунцзюй» прославится на «Четыре моря», выйдет за пределы Азии и покорит мир? Не вешай мне лапшу на уши. Знаешь, сколько киношников мне это талдычат каждый месяц? Всех взашей выставила. — У меня правда кончились деньги. — Да знаю я, — она похлопала его по плечу. — Упрямый ты малый. Послушай доброго совета: не видать тебе славы. Каждый день у меня тут сидят, за каждым столом хвастаются – мол, возьмут тот приз, этот приз, станут вторым Чжан Имоу. Не проходит и года, как лица меняются. А куда деваются прежние – бог весть. Не так-то просто в этой профессии удержаться. Я обычно клиентам такого не говорю, но тебе, Гуанцзы, скажу: не швыряй деньги на ветер, подумай о родителях. Хватит гоняться за мечтой. Эх! Жун Гуан горько усмехнулся: — Сестра Дахун, в этот раз я и не думал о мечте. Я просто влип в историю. — … — помолчав, Дахун ответила: — Понял, значит, что влип? Ладно уж. Так и быть, в виде исключения, разрешаю поснимать.