Кан Унран опустила глаза и, успокоив сердце, внутренне усмехнулась.
Ён Онджон всегда отличался добрым нравом и умением ладить с людьми. Он никогда не повышал голоса ни дома, ни на людях. С чего бы ему внезапно задевать чьи-то чувства и доводить дело до такого?
Второй из трех братьев семьи Ён, Ён Онмун, всегда вел себя вкрадчиво, а за спиной плел интриги. В глазах окружающих он казался скромным и благородным мужем, но были и те, кому его притворство действовало на нервы. Возможно, это была месть кого-то, кто пострадал от рук Ён Онмуна.
А третий брат, Ён Онхэ, с юности вел себя как легкомысленный молодой господин из богатой семьи. Он не пропускал ни одной попойки, волочился за женщинами и пропадал в игорных домах. К тому же он водился со всяким отребьем и вечно влипал в неприятности.
Интересно, чьи грехи Ён Онджон искупал на этот раз?
Под постоянным давлением Кан Унран Вторая госпожа, хоть и неохотно, была вынуждена достать из кладовой укрепляющие снадобья и отправить их в Старшую ветвь. Разумеется, это был вовсе не столетний дикий женьшень, о котором говорила Кан Унран, а корень самого низкого качества. Вторая госпожа тщательно обыскала склад, чтобы отыскать именно то, что похуже.
Когда слуга принес дикий женьшень от Второй госпожи, Кан Унран лишь гневно сверкнула глазами.
Она достала из собственной кладовой хороший дикий женьшень и велела кухарке заварить его. Убедившись, что Ён Онджон под присмотром, Кан Унран, прихватив с собой корень, во главе свиты служанок решительно отправилась требовать объяснений.
Вторая госпожа, мирно беседовавшая с Ёнчхон, вздрогнула, услышав снаружи крики служанок, пытавшихся кого-то остановить.
— Первая госпожа, подождите! Ох... Вам нельзя входить!
Следом раздался голос Кан Унран:
— Не смешите меня. Неужели во дворике Второй ветви происходит что-то такое, чего нельзя видеть другим? Я должна посмотреть, чем вы тут занимаетесь средь бела дня. Почему вы меня не пускаете?
«Зачем Кан Унран снова пришла?» — сердце Второй госпожи екнуло, когда она услышала яростный голос невестки.
Лицо Ёнчхон тоже омрачилось.
— Матушка, неужели она опять пришла забирать мои украшения?..
Как говорится, обжегшись на молоке, дуешь и на воду. Внезапная перемена в характере кроткой Кан Унран заставила всех трепетать. Особенно Ёнчхон, чьи украшения уже перекочевали к Кан Унран — у нее сердце замирало от одного звука голоса тети.
Вторая госпожа возмущенно вскинула брови.
— Да как Кан Унран смеет?
Но что было терять Кан Унран, которая уже однажды переступила порог смерти?
Оттолкнув преградившую ей путь служанку, Кан Унран в сопровождении своих людей ворвалась в комнату.
Бам!
Она с грохотом швырнула шкатулку с диким женьшенем на стол и холодно усмехнулась:
— Это тот самый дикий женьшень, который ты прислала?
Вторая госпожа покосилась на шкатулку и тут же пошла в атаку:
— А на что это похоже, если не на дикий женьшень? Сестрица, вы уже и женьшень от чего-то другого отличить не можете?
— Я прекрасно вижу, что это женьшень. Но неужели ты думаешь, что я не разбираюсь в его качестве? Наш господин лежит без сознания с тяжелыми ранами. Лекарь сказал, что ему нужны лучшие укрепляющие средства, и я попросила тебя прислать дикий женьшень. А ты пытаешься отделаться этим дешевым суррогатом?
Кан Унран с издевкой продолжила:
— Неужели в нашей великой семье Ён не нашлось ни одного приличного корня? Или же Вторая невестка перерыла всю кладовую, чтобы найти это барахло, завалявшееся в самом пыльном углу?
— Старшая сестра, вы поразительны. Видимо, ваши глаза видят низкосортный товар там, где лежит вполне приличный женьшень, — вкрадчиво ответила Вторая госпожа. — Я знаю, что вы родом из семьи Кан из Ённёна. Когда ваш род процветал, наша семья Ён и в подметки ему не годилась. Должно быть, вы с детства привыкли только к самому лучшему, раз подобные вещи не удостоены вашего внимания?
— Ты хочешь сказать, что в кладовой остался только такой женьшень?
Вторая госпожа подтвердила:
— Да.
Ключи от кладовой были у нее. Если бы Кан Унран настояла на осмотре склада, она бы успела приказать слугам перепрятать хороший женьшень. Разве смогла бы Кан Унран спорить, не имея доказательств?
Однако, к ее удивлению, Кан Унран глубоко вздохнула и посмотрела на нее с притворным изумлением.
— Я и не знала, что Вторая невестка не только дочь воспитать не может, но и хозяйство вести не умеет.
— Ч-что вы сказали?
У стоявшей рядом Ёнчхон глаза полезли на лоб.
«Не может воспитать дочь? Она что, оскорбляет меня прямо мне в лицо?»
Ёнчхон хотела было что-то возразить, но Кан Унран опередила ее:
— Вторая невестка так увлеклась управлением домашними делами, что забросила воспитание Чхон-и, из-за чего она вместе с Хын-и очернила репутацию нашей Ённан. Но, учитывая, как тяжело невестке приходится с хозяйством, я не стала развивать этот спор. Однако теперь, видя, что ты и с делами дома не справляешься, я не могу не усомниться в твоих способностях.
Кан Унран принялась загибать пальцы:
— Когда я вышла замуж в семью Ён, свекор был тяжело болен, ты только вошла в дом, а кладовой заведовала Старая госпожа Ён. Матушка была занята заботой о здоровье отца и не могла отвлекаться на мелочи, поэтому я помогала ей. Так что я бывала в кладовой семьи Ён. Там было множество корней дикого женьшеня, куда лучше того, что прислала ты. После смерти свекра опора семьи исчезла, но наш господин, обладая твердым характером, добился немалых успехов. Лавки и земли продолжают приносить доход. Хоть отца больше нет с нами, если подсчитать, семья Ён живет не хуже, чем при нем.
Слова застряли в горле Второй госпожи, она не знала, что ответить.
Кан Унран добавила, глядя прямо на нее:
— По логике вещей, сейчас мы должны жить еще лучше. Так почему же в кладовой под твоим надзором не осталось ни одного достойного корня дикого женьшеня?
Пораженная Вторая госпожа не могла вымолвить ни слова.
Кан Унран со вздохом продолжила:
— Вторая невестка, если ты не справляешься с управлением, нужно было сказать об этом раньше. Хоть ты и заведуешь делами, доли Старшей, Второй и Третьей ветвей не разделены. По закону, имущество в кладовой принадлежит всем нам. И из-за твоего молчания страдают интересы нашей Старшей ветви и даже Третьей ветви.
Лишь спустя некоторое время Вторая госпожа пришла в себя. Тяжело вздохнув, она обратилась к Кан Унран:
— Старшая сестра, вы просто не знаете. Семья Ён только с виду кажется благополучной. Пока мы ухаживали за больным свекром, кладовая совсем опустела. К тому же, хоть Старший деверь и при должности, ему часто приходится принимать гостей. Все подарки, которые мы каждый год отправляем чиновникам при дворе, берутся из запасов кладовой. У Второй и Третьей ветвей нет таких способностей, как у Старшего деверя, а расходов много. Трое детей учатся в академии, дочерям каждый месяц нужны новые наряды и украшения. К тому же нужно кормить всех домочадцев в поместье Ён — на все нужны деньги! Вы никогда не управляли домом, вот и не понимаете. Цены сейчас намного выше, чем при жизни свекра. Лавки приносят доход, но он не поспевает за ростом цен. Да, выручка выросла, но и траты стали куда больше.
— Вот как?
— Именно так, — настойчиво твердила Вторая госпожа. — Старший деверь — ключевая фигура в семье Ён, и он ранен. Неужели вы думаете, что я бы пренебрегла его здоровьем без веской на то причины?
Кан Унран мельком взглянула на нее и подняла шкатулку с женьшенем. Вторая госпожа с облегчением выдохнула.
Но Кан Унран внезапно произнесла ледяным тоном:
— В моих руках тоже немало лавок, так что я прекрасно осведомлена о доходах и расходах. Как ни крути, твои слова не сходятся с действительностью. Раз уж ты так уверенно об этом заявляешь, не принести ли нам домашние книги и не показать ли их всем? Если ты не справишься, я могу позвать счетовода из моей счетной палаты. Интересно, что скажет Старая госпожа, узнав, что в доме не осталось серебряных монет?
У Второй госпожи перехватило дыхание, она едва не лишилась чувств. Судорожно вдохнув несколько раз, она с трудом пришла в себя и в ужасе уставилась на Кан Унран.
— Сестрица...
— Что? Ты сама сказала, что поместье разорено. Все здесь это слышали. Или теперь ты скажешь, что это не так?
Кан Унран продолжила холодным тоном:
— Если же ты солгала, то объясни, почему прислала нашему господину это никчемное снадобье?
Вторая госпожа округлила глаза, не в силах вымолвить ни слова. Обычно она была остра на язык и лучше всех умела втереться в доверие к Старой госпоже, но перед Кан Унран она снова спасовала.
Кан Унран, возможно, и не была столь красноречива, но всегда била в самую суть. Другие бы поддались на уговоры Второй госпожи, но не она. Сколько бы та ни болтала, Кан Унран оставалась непоколебима.
Видя замешательство соперницы, Кан Унран вытащила корень из шкатулки и небрежно бросила его обратно. Затем она скрестила руки на груди и, вздернув подбородок, посмотрела на Вторую госпожу:
— Что же ты молчишь, Вторая невестка?
Лицо Второй госпожи побледнело. Мысленно плюнув, она заставила себя улыбнуться и спокойно ответила:
— Старшая сестра, ну что вы такое говорите? Неужели вы думаете, что я сделала это нарочно?
Кан Унран ответила без обиняков:
— Именно.
Вторая госпожа потеряла дар речи, но, взяв себя в руки, предприняла новую попытку:
— Мне очень обидно слышать такие слова. Старший деверь — опора всей семьи Ён, и я желаю ему только блага. Раз он ранен, за него переживает не только его супруга, но и все домочадцы.
— Тогда почему же ты прислала моему мужу такой дрянной женьшень?
— Это... в нашей семье...
Кан Унран перебила ее:
— Я не верю, что кладовая семьи Ён пуста. Но если ты настаиваешь, давай пойдем к Старой госпоже и обсудим это вместе. Если ты плохо разбираешься в счетах, я приглашу счетовода из моей счетной палаты. Почему бы нам не сверить записи?
Лицо Второй госпожи вспыхнуло — она не могла ни согласиться, ни отказать. Обычно находчивая, перед ледяной решимостью Кан Унран она впала в ступор, и мысли в ее голове путались.
В этот момент вперед вышла Ёнчхон, заслоняя мать:
— Старшая тетушка, ну как моя мама могла так поступить? Должно быть, слуги просто ошиблись и принесли не то.
Кан Унран с издевкой посмотрела на племянницу. Ёнчхон и сама понимала, насколько жалко звучит ее оправдание, и ее ладони невольно вспотели. Но после того, как мать загнала себя в угол своими словами, другого выхода не было. В душе Ёнчхон кипела обида на тетку. Почему та стала такой беспощадной? Они ведь родственники, живут под одной крышей — неужели нельзя было проявить каплю уважения и не загонять ее мать в такую ловушку?
Обновлено: 20.02.2026