Глава 90 — Глава 95

] – А есть ли отрасли, в которые сейчас вообще не стоит инвестировать? — Старший коллега. Все присутствующие, завидев человека, обратившегося к Догёну, почтительно склонили головы в приветствии. — Проходил мимо и услышал крайне любопытную беседу. Позволите и мне немного поучаствовать? — К компании подошел Кан Сонхо, который еще пару минут назад стоял на трибуне с торжественной речью. Опешив на мгновение, Юн Догён быстро пришел в себя и отвесил вежливый поклон. — Здравствуйте. Я Юн Догён. — Я знаю, — коротко ответил тот. Услышав это, Юн Догён вновь вскинул голову в изумлении. Неужели сам Кан Сонхо, которого называют крестным отцом отечественного стоимостного инвестирования, знает его лично? Догён начал заниматься акциями под влиянием Питера Брауна. Но если Питер Браун был идолом мирового уровня, то изучая внутренний рынок, Догён зачитывался книгами и статьями стоящего перед ним Кан Сонхо. — Вы… вы меня знаете? — Догён не сумел скрыть искреннего удивления, чем вызвал добрые смешки у окружающих. — Конечно. Имя менеджера Юн Догёна сейчас звучит повсюду. Как бы я мог о нем не знать? Догён всегда считал, что люди масштаба Кан Сонхо заняты в сотни раз больше него. Десятки фондов под управлением, сотни компаний в портфелях и тысячи клиентов, доверивших свои средства. Он и представить не мог, что один из столпов финансового мира Республики Корея запомнит его имя. — Впервые я услышал о вас, когда мне рассказали, что нашелся сотрудник брокерской компании, осмелившийся на перепалку с профессором Чо Хёнсоком. Тогда я подумал, что у этого парня слишком много свободного времени, — слова Кан Сонхо заставили Юна смутиться. Такие люди, как Кан Сонхо, тоже недолюбливают вечных пессимистов вроде Чо Хёнсока, но просто не считают нужным тратить на них силы. — Ох, я вовсе не хотел вас задеть… — начал было Юн. — Знаю. Так или иначе, результат этой стычки принес мне определенное удовлетворение. Догён заметил, что почти каждый, кто признавался в знакомстве с его успехами, обязательно упоминал тот эпизод с аналитиком. — К тому же ваша победа над Ли Донхёком. В мире ценных бумаг нет человека, который бы не знал старшего менеджера Ли, — добавил Кан Сонхо. И вновь это имя. Здесь все наперебой обсуждали его противостояние со звездой отрасли. Юн Догён подумал, что это, пожалуй, главная награда за инцидент с Ли Донхёком – возможность заявить о себе на самом верху. Идеальный шанс вписать имя Юн Догёна в память каждого профессионала. — Для меня это большая честь, — Догён снова склонился в поклоне, а Кан Сонхо, мягко улыбнувшись, вернулся к теме. — Так что скажете? Есть ли отрасль, которую наш менеджер Юн оценивает негативно? Он повторил свой вопрос так, будто действительно хотел услышать экспертное мнение. — Честно говоря, разве в этом году не всем придется тяжело? — Вставил кто-то из толпы полушутя, вызвав легкий смех. — Верно, год обещает быть непростым для всех. Именно поэтому вы здесь обсуждали темы для долгосрочного инвестирования, не так ли? Но такова наша работа – искать прибыль даже на таком рынке. Что нам остается? — Кан Сонхо обвел всех взглядом, и присутствующие согласно закивали. Десятки глаз, принадлежащих людям с двадцатилетним стажем, теперь были прикованы к Догёну. Они смотрели на него с тем любопытством, с каким дяди смотрят на юного племянника, ожидая, что он скажет. — Вот я и хочу послушать разные мнения. Мы-то в этой индустрии давно и примерно представляем, чего ждать, но мне любопытно, какой прогноз дает нынешняя молодежь. Под выжидающим взглядом Кан Сонхо Догён на мгновение задумался, а затем заговорил: — Я бы посоветовал проявлять осторожность в отношении косметологии и производства косметики. — Косметология… Думаете так, потому что эта отрасль слишком сильно зависит от Китая? Догён подтвердил догадку кивком: — Именно. Выйдя за пределы тесного внутреннего рынка, наши компании активно осваивали китайский сектор. Последние несколько лет они демонстрировали колоссальный рост выручки, а цена акций взлетала в десятки раз. Но, как вы верно заметили, сейчас это стало их ахиллесовой пятой. Проблема отечественной косметической отрасли заключалась в узости внутреннего потребления. Приходилось смотреть за рубеж, и в какой-то момент взоры всех компаний обратились к КНР. — Благодаря разумному соотношению цены и качества корейская косметика пользовалась в бурно развивающемся Китае огромным успехом. — Это точно. Даже туристы, приезжавшие к нам, сметали товары в дьюти-фри целыми чемоданами, — подхватил Кан Сонхо. Догён продолжил: — Однако в последнее время из-за роста китайской экономики и их агрессивного «патриотического маркетинга» наши бренды начали терять позиции, уступая место местным бюджетным маркам. Наши компании попытались ответить запуском премиальных линеек, но за последние годы у потребителя уже сформировался устойчивый образ корейского бренда как качественного, но среднего сегмента… — трансформация масс-маркета в люкс случалась в истории, но изменить имидж – задача не из легких. К тому же люкс – это торговля легендой. Даже если корейский крем объективно лучше, покупатель дорогой косметики с большой вероятностью останется верен проверенному западному бренду. — По-моему, попытки экспансии в США или Европу начались слишком поздно. Я считаю, что покупать акции стоит не раньше, чем они закрепятся там и начнут показывать реальную выручку. Слова Догёна вызвали одобрительный гул. — Здравый прогноз. Зависимость наших эстетических клиник и производителей от Китая действительно стала критической. — Как и сказал представитель, мы обязаны извлекать прибыль даже в таких условиях, но на месте инвестора я бы сейчас обходил косметологию стороной. Кан Сонхо внимательно посмотрел на Догёна и кивнул: — Наши мысли сходятся. Я и сам недавно раздумывал над тем, не исключить ли этот сектор из наших фондов. От этих слов по спине Догёна пробежал холодок. Оказалось, мастер уже пришел к таким же выводам. Если бы Догён ответил иначе, он мог бы серьезно разочаровать мэтра. — Разговоры у нас, специалистов по акциям, всегда об одном и том же, но мне было приятно увидеть молодого человека, который вносит в эту игру свежую энергию. Надеюсь, я вас не слишком стеснил своим вопросом? — Что вы, совсем нет. Для меня огромная честь обсудить такие темы лично с вами. — Надеюсь, мы еще найдем время для подобной беседы, — с этими словами Кан Сонхо достал свою визитку и протянул ее Догёну. Тот в ответ поспешно вручил свою. Глава KFSG внимательно изучил ее и убрал в бумажник. — Позволите иногда связываться с вами лично? — Конечно. Буду рад в любое время. — Ну, еще увидимся. Приятного вечера, — Кан Сонхо попрощался со всеми и направился к выходу из зала. — Всегда поражаюсь, какой он открытый человек, — заметил кто-то из толпы, и остальные согласно закивали. — В этом его сила. Он никого не принижает и готов выслушать каждого. — Неужели, чтобы достичь вершины, нужно обладать таким спокойствием? Трудно это, ох как трудно. Слушая эти пересуды, Догён долго смотрел на визитку в своей руке, а затем бережно, словно святыню, спрятал ее в кошелек и продолжил общение с гостями. — Нам тоже пора потихоньку собираться, — ближе к концу вечера обратился к нему Ха Минджэ. Догён кивнул. Попрощавшись со всеми, они вышли из банкетного зала. — Спасибо вам, глава центра. Благодаря вам я сегодня познакомился с удивительными людьми, — поблагодарил Догён. Ха Минджэ усмехнулся: — Просто я хотел похвастаться. Показать, что в моей компании есть такой выдающийся человек. И именно в моем подчинении. — Простите? — Вам ведь уже предлагали переход в Seonjin, верно? От слов Ха Минджэ Догён буквально застыл на месте. — Все в порядке. В этом нет ничего плохого. — Ха Минджэ улыбнулся. — Нет, мне стоило сказать вам об этом сразу… — Догён замялся. — Отрасль тесная, Догён. Подобные слухи разлетаются мгновенно. Хотя я, признаться, узнал об этом от старшего менеджера Ли Донхёка. — Вы знакомы со старшим менеджером Ли Донхёком? — Догён спросил с явным недоумением. Он и представить не мог, что между этими двумя есть какая-то связь. — Мы не то чтобы близки, но общаемся. В любом случае, Ли Донхёк сам рассказал мне. Сказал, что встретил первого человека, который отказался, даже не взглянув на условия. И добавил, что очень хочет узнать, как мне удалось вас так задобрить. Догён молча смотрел на Ха Минджэ. — Условия в нашей компании не лучше, чем в других брокерских фирмах, да и я, кажется, ничего особенного для вас не сделал. Почему вы остались? Мне тоже любопытно. — Ну… — Догён на мгновение задумался, а затем обратился к Ха Минджэ: — Мне понравилось, что вы ничего для меня не сделали. — Что, простите? — Мне очень понравилась атмосфера, сложившаяся в Leaders Center. То, что здесь не принято вмешиваться в работу: раз уж ты попал сюда, значит, твои навыки не подлежат сомнению. Ха Минджэ промолчал, внимательно слушая. — Конечно, перейди я в Seonjin на более выгодных условиях, мне было бы приятно, но я сомневаюсь, что там сохранится такая же обстановка. Хотя в тот момент у Догёна были и другие причины для отказа, позже, вспоминая встречу с Ли Донхёком, он лишний раз убедился, что поступил правильно, решив не менять работу. — Раз они предложили такие высокие условия, чтобы переманить меня, компания закономерно требовала бы от меня гораздо большего. — Пожалуй, вы правы. — Но сейчас мое положение в компании меня полностью устраивает. Рано или поздно придут новые сотрудники, и ожиданий от меня станет больше… Но сейчас я просто хочу еще немного насладиться своим местом. Ха Минджэ негромко рассмеялся. «Насладиться…» Мало кто по-настоящему наслаждался работой. Однако Догён действительно получал от нее удовольствие, словно человек, наконец обретший то, чего так страстно желал. — Правильный настрой. Видимо, именно благодаря ему вы и добиваетесь таких результатов. — Вы мне льстите. — Вовсе нет. Как вы и сказали, я решил, что буду возлагать на вас надежды, но не стану обременять лишним давлением. Вы ведь именно на это намекали? На эту полушутливую реплику Ха Минджэ Догён с улыбкой кивнул. — Надеюсь, вы это почувствовали. — Ха-ха-ха, отлично. Так и поступим. Вы сегодня изрядно натерпелись, общаясь с теми скверными типами. — Что вы, было даже весело. — Спасибо за такие слова. Тогда увидимся в компании послезавтра. Ступайте осторожно. — Да, до свидания. Догён вежливо поклонился. Ха Минджэ ободряюще похлопал его по спине и вышел из лобби отеля. Догён с улыбкой смотрел ему вслед. * * * – Ха-а-ам… Спустя два дня Догён, приятно проведший выходные, вернулся к своим будням. Сладко зевнув, он вошел в офис, дошел до своего места, бросил сумку на стол и откинулся на спинку кресла. Такой образ жизни он вполне мог бы назвать катастрофой, которую навлек на себя сам, но теперь ранний приход в пустой офис, чтобы привести мысли в порядок, стал его неизменным ритуалом. — И на сегодня… файтин… Шорох… Только Догён собрался подбодрить себя на новый рабочий день, как из глубины офиса донесся какой-то звук. Он поднялся и огляделся. Поскольку он всегда приходил раньше всех, в офисе никого не должно было быть. Догён недоуменно качнул головой, снова сел и включил компьютер. Шорох… Звук повторился. Догён встал и прошелся между рядами. Замерев перед одним из рабочих мест, он вскрикнул от неожиданности: — Дахён! Источником шума оказалась Хан Дахён. Неизвестно, когда она пришла, но сейчас она сидела, буквально прилипнув к экрану монитора. — Дахён… Догён позвал ее снова, но она не отреагировала. Подойдя ближе, он заметил у нее в ушах беспроводные наушники. Он невольно усмехнулся и легонько постучал по столу. — Мама! Вздрогнув от испуга, Хан Дахён вскинула взгляд на Догёна. — Ой! Господин Догён, когда вы пришли? Ну и напугали же вы меня! Догён лишь улыбнулся, глядя на ее напускное возмущение, и жестом показал, чтобы она сняла наушники. Поняв намек, Хан Дахён осознала, что все еще сидит в них. Она вытащила наушники и смущенно рассмеялась. — Простите. Совсем забыла, что они на мне. — Вы сегодня рано. Давно здесь? — Спросил Догён. Улыбка на лице девушки мгновенно увяла, сменившись выражением крайней изможденности. — Господин Догён, кажется, я сейчас умру.