Кабинет главного архитектора превратился в ставку верховного главнокомандующего. Нефергали, засучив рукава своей белоснежной туники, лично возглавила работу над "исправленным и дополненным" планом "да-чи". Сененмут и его помощники бегали вокруг нее, как муравьи, подавая папирусы, угольки и стирая старые линии.
— Так, — начала она, расстелив на столе сводный чертеж, на котором Сененмут со слезами на глазах попытался объединить идеи Николая и Василича. — Это что за ужас?
Она решительно зачеркнула кривую стену.
— Стены должны быть ровными и одинаковой толщины! — провозгласила она. — И не слишком толстыми, а то комнаты будут темные, как в гробнице.
Затем ее взгляд упал на погреб Василича.
— Яма эта ваша зачем? Картошку хранить? Нет у нас картошки. Засыпать. Нет, погодите. — Она задумалась, и в ее глазах блеснул хозяйственный огонек. — Оставим. Но сделаем там прачечную. И кладовку для старых вещей. Удобно.
Проект Василича был безжалостно утилизирован. Теперь настала очередь Николая.
— Балкон, — она постучала пальцем по чертежу. — Зачем он тут торчит? Пыль собирать? Сделать его частью комнаты. Будет эркер. Красиво и света больше.
Две одинокие колонны, которые так нравились Василичу, она обвела кружком.
— А эти столбы... нелепые. Но гранит хороший. Не пропадать же добру. Поставить их у входа. Для красоты. И повесить на них горшки с цветами.
Шаг за шагом она перекраивала проект, руководствуясь не божественным откровением, не законами физики, а своим личным, непоколебимым представлением о том, что такое "красиво", "уютно" и "практично".
Плоскую крышу Николая она оставила, но с важным дополнением.
— Здесь, — она очертила пространство на крыше, — разобьем сад. Поставим скамейки, разольем дорожки. Будет место для отдыха и вечерних бесед. И никаких шезлонгов. Это вульгарно.
Гараж она тоже одобрила, но велела пристроить к нему навес.
— Для второй колесницы. Вдруг гости приедут?
К концу дня от первоначальных "божественных" планов не осталось почти ничего. Это был совершенно новый проект. Элегантный, симметричный, продуманный до мелочей. С эркером вместо балкона, с прачечной вместо погреба, с садом на крыше и колоннами у входа. Это был дом мечты любой хорошей хозяйки. Идеальный египетский коттедж.
— Вот, — с удовлетворением сказала она, протягивая итоговый свиток Сененмуту. — Стройте по этому. И чтобы через месяц я видела результат.
Архитектор смотрел на новый план с благоговением. Это было... прекрасно. Гармонично. И, что самое главное, это можно было построить, не сойдя с ума.
— Но, о Великая... — осмелился спросить он. — А как же... другие божественные указания? Воля Ра и Анубиса?
Нефергали смерила его холодным взглядом.
— Я с ними поговорю, — отрезала она. — Уверена, они согласятся, что так будет лучше.
Она еще не знала, насколько ошибалась. Объяснить Николаю, почему его балкон превратился в "эркер", а Василичу, почему в его святая святых, погребе для солений, теперь будут стирать простыни, было задачей посложнее, чем построить пирамиду.
Новый, третий фронт в строительной войне был готов открыться. Фронт эстетический.
Обновлено: 19.02.2026