Нефергали была женщиной порядка. В ее мире у каждой вещи было свое место, у каждого действия — свое время, а у каждой проблемы — свое единственно верное решение (обычно ее собственное). Она с титаническими усилиями превратила хаотичный быт фараона-пришельца в подобие цивилизованного существования. Режим дня, сбалансированное питание, регулярные прогулки — она была уверена, что держит все под контролем.
Поэтому первые слухи о том, что на берегу Нила творится нечто странное, она поначалу проигнорировала. Она была слишком занята разработкой нового рецепта "голуб-цов" с добавлением укропа (который она заставила выращивать в дворцовых садах).
Но слухи становились все настойчивее. Служанки, подметающие полы, шептались о "двух столбах, смотрящих в небо". Садовники обсуждали "гигантскую яму, ведущую в преисподнюю". Даже стражники у ворот спорили о том, "должна ли крыша быть плоской, чтобы на ней приземлялись боги, или покатой, чтобы с нее стекала божественная благодать".
Ее "Галино-Ивановский" радар начал подавать сигналы тревоги. Все это отдавало знакомой, разрушительной мужской инициативой. Это пахло "Колей". И, что еще хуже, его невыносимым сватом.
— Что за стройка у вас там на берегу? — как бы невзначай спросила она у Хети во время утреннего обхода дворца.
Хети, который последние дни выглядел еще более нервным и сутулым, чем обычно, вздрогнул.
— А-а, это... Великая Стройка, о Мать Земель! — залебезил он. — Мы возводим священную "да-чу" по божественным чертежам!
— По чертежам? — уточнила Нефергали, и в ее голосе прозвучали стальные нотки. — В каком смысле "чертежам", во множественном числе?
Хети понял, что попал в ловушку. Он начал что-то бессвязно лепетать о "диалектическом единстве", о "гармонии противоположностей" и о том, что "два божественных взгляда на архитектуру обогащают друг друга".
Нефергали слушала его молча, и ее лицо каменело. Она не поняла ни слова про диалектику, но прекрасно поняла суть. Коля и Василич опять не смогли договориться. Два упрямых барана пытаются построить один сарай, и каждый тянет в свою сторону. А эти бестолковые жрецы вместо того, чтобы выбрать один нормальный план, пытаются слепить из двух несуразиц одну гигантскую.
«Это как тогда, на даче, — пронеслось в ее голове. — Когда Коля решил пристроить веранду, а сват — сарай для инструментов. В итоге они построили нечто среднее, без окон, но с двумя дверями, ведущими в никуда. И оба были уверены, что правы!»
— Я должна это видеть, — ледяным тоном произнесла она.
— Но, о Великая, там еще не на что смотреть! — попытался возразить Хети. — Пыль, шум, рабочие...
— Я сказала. Я. Должна. Это. Видеть. — отчеканила Нефергали так, что Хети инстинктивно втянул голову в плечи. — Готовьте носилки. И захватите архитектора. У меня будут к нему вопросы.
Она развернулась и направилась в свои покои, чтобы надеть парадную накидку для инспекций. Она чувствовала, как в ней закипает праведный гнев. Гнев женщины, чей идеально организованный мир вот-вот будет испорчен безвкусной и бестолковой мужской постройкой. Она спасет Египет от архитектурной катастрофы. Даже если для этого придется взять на себя руководство еще и строительством.
Обновлено: 19.02.2026