Разрушенный город теперь был свободен, но свобода принесла с собой пустоту. Местные жители, едва оправившись от страха, выходили из своих укрытий. Их лица отражали смесь горя и отчаяния: кто-то молча разбирал завалы, кто-то обхватывал голову руками, не зная, как справиться с обломками верхнего города, чья масса казалась неподъёмной.
Сора наблюдала за этой сценой с непроницаемым выражением, скрестив руки на груди.
— Смирение — единственное, что остаётся в таких случаях, — произнесла она, не отрывая взгляда от разрушенного горизонта. Затем обернулась к нам, её глаза сияли, словно в них горел огонь надежды. — Вы отлично справились. Предотвратить захват власти — нешуточное достижение. Кронен, твои действия... вызывают уважение.
СиДи, стоявшая рядом, явно была другого мнения. Она покачала головой.
— Уважение? Он только что два города стёр с лица земли, — пробормотала себе под нос, но без осуждения.
Тем временем команда начала подтягиваться к нашему "улиточному" замку. Морадор, видимо, посчитав момент подходящим, открыл проход, выпуская учёных Джаджа и раненых богов наружу. Толпа выглядела растерянной, но Сора сразу взяла инициативу в свои руки.
— Дальше вы справитесь сами? — поинтересовался я, наблюдая за тем, как девушка отдаёт инструкции людям.
— Думаю, да, — кивнула она, уперев руки в бока. — Течения иногда ведут даже в другие моря. Мы найдём путь, чтобы доставить их в безопасное место.
В её голосе звучала уверенность, и эта решительность внушала доверие. Но я не мог избавиться от мысли, что без неё Джадж не протянет и недели. Он явно зависел от неё больше, чем осознавал. Поэтому, несмотря на тот факт, что она нам сильно помогла в этом бою и смогла бы помочь в будущем, я не мог её завербовать, просто не был готов поступить так с остальными.
А никто кроме неё, не был достаточно силен, чтобы пополнить мою несчастную команду.
— Думаю, перед отплытием стоит помочь местным хотя бы с обломками, — сказала Сора, кивая в сторону гор завалов.
Она обратилась с просьбой к Лунарианцам, и те, подумав, согласились. Сора подошла к массивному булыжнику весом в несколько тысяч тонн, напряглась и, приложив усилия, отбросила его в сторону, словно это был всего лишь камушек. А остальные стали ей в этом деле помогать.
— …У меня появилось дело, — сухо выразился Морадор, и, поспешив вперёд, без лишних приказов начал помогать дамочке разбирать завалы. У него это получалось лучше всех остальных, так как было достаточно просто поглотить обломки и людей под ними в болото, а потом вытащить наружу только людей. По взгляду было видно, что он сожалеет о том, что случилось с городом.
Оставив пока команду закупать припасы и просто готовится к отплытию в следующее место, к хозяину самого Империала, я подошёл к молчаливо работающему рыбочеловеку. Тот превратил всю площадь в болото, спасая своих знакомых и даже тех, кому всё ещё должен был денег.
— Я думал, тебе плевать на них, — держа руки за спиной, я уменьшился в размерах. Большая форма была нужна, чтобы использовать рокоуган, который зависел от напряжения в мышцах. Чем их больше и чем сильнее они напряжены, тем мощнее выходила ударная волна. Но после боя мои мышцы были чересчур напряжены.
Морадор выпрямился, сдержанно усмехнувшись:
— Нужно же, в конце концов, оставаться человечным, — сдержанно ответил парень. — К тому же я не бесплатно этим занимаюсь. Деньги и кошельки людей переходят мне в ответ на помощь. Не смотри на меня так, без меня они бы померли.
Я едва заметно улыбнулся. Несмотря на его пессимизм, он оказался довольно неплохим парнем. Но его угрюмость имела причину. Если слухи о том, что Маргарин уничтожила его родной дом, подтвердятся, конфликт неизбежен. Я должен был это остановить, но как?
Я не отец, чтобы разнимать драки своей семьи, мордобой среди пиратов — это аксиома. Возможно, стоило пойти как раз от обратного. Чего бы не дать этим не убиваемым машинам разрешение на битьё морды?
— Смириться с человеком, который разрушил твою жизнь, невозможно, — медленно начал я, встретившись с его взглядом. — Если узнаешь, кто это сделал, выбей из него дурь. Может, это принесёт тебе хоть немного облегчения.
Морадор кивнул, коротко и без эмоций.
— Именно это я и собираюсь сделать.
Мы задержались на острове ещё на один день, чтобы убедиться, что никто не попытается захватить его, пока жители восстанавливают свои дома. Оставшиеся силы Хаппо или Бога Леса могли всё ещё скрываться в округе. Поэтому перед отплытием мы договорились с Сорой, что остров перейдёт под защиту Дозора. Она связалась со своими бывшими союзниками, чтобы передать информацию, но, скорее всего, шпионы уже всё и так выяснили.
Утром мы вывели улитку на остров и приготовились уходить. На расспросы о том, зачем нам, дебилам, вообще лезть к такому опасному пирату, мы отвечали достаточно сдержанно. Нужно дерево Адама и как можно больше припасов для скорого расширения личного флота. Где, как не на территории Бога Леса искать растения для новых корабельных ден-ден муши?
— Тогда берегите себя, — сказала помахавшая рукой Сора. — Вам может показаться, что на этом острове много снега только потому, что тут такой суровый климат, но на самом деле снег укутывает вообще все ближайшие острова. Так дозор сражается с деревьями Бога Леса. Ведь на холоде выживает очень мало растений.
Предупреждение звучало странно, но мы с СиДи прекрасно поняли о чём она говорила. Кивнув, развернулись и на улитке поехали через ухабистую и покрытую трещинами местность в сторону моря и следующего острова.
— О чём она говорила? Почему стоит опасаться снега? — невинно спросил вставший у стола с картой Ягнёнок. Пока Маргарин прокладывала маршрут к самому большому острову этой части моря, где, как известно, жил Бог Леса, все остальные пристально сосредоточились на нас, чтобы узнать ответ.
— Есть среди дозора люди, которые сдерживают пиратов от глупостей, — начала СиДи, поправив очки с толстой оправой. — Если не считать Адмирала-Флота, то тремя другими можно считать Адмиралов. Третьего называют Саблезубой Виверной, Адмирал Бореалис, владеющий логией снега. Как я понимаю, он уничтожает растительность Бога Леса и не позволяет ей захватить вообще всё море. А она, думаю, смогла бы.
Встретить Адмирала в новом свете можно было с повышенным шансом, так что мы все напряглись, взяли уши востро, но уверенно поплыли к горизонту. К нашей неприязни вскоре за окном начало становиться холодно.
— Б-р-р, холодрыга, — СиДи укуталась в два плаща и глянув в окно, с прищуром попыталась что-то разглядеть через снежную бурю. На расстоянии вытянутой руки не видно уже ни черта, мы ориентировались лишь благодаря компасам. — Слушай, Кронен, а ты уверен, что лезть на этого Бога Леса… безопасно? Нас Империал сильно напряг, откуда ты знаешь, что это существо не сильнее его в сто крат?
Меня вполне обоснованно хотели защитить от глупого поступка. В конце концов, это даже звучало опасно — нападать на человека, создающего материал, который никто из нас не может уничтожить.
— …Я тебе скажу по секрету, но я не планирую лезть сразу на него, — сев в удобное кресло, заставил девушку приоткрыть глаза. — Я не считаю, что мы достаточно сильны. Нам бы всем взять какой-нибудь перерыв, чтобы серьёзно взяться за самообучение.
— Тогда зачем мы плывём к нему?! — совершенно растерялась смертная девушка. Если хочешь жить, умей избегать опасностей, такого очевидного правила она придерживалась.
— Узнать границу сил, — улыбнулся во все зубы. — Серьёзно, не всегда надо приходить на остров и бить рыла, в конце концов, найти нас на гигантском куске земли будет очень непросто. Особенно учитывая, что там, как я понимаю, должно быть сразу несколько городов. Подготовимся, поймём, как уничтожать дерево Адама, и только потом нападём. А быть может, я вообще решу проблему словом… хотя это навряд ли, всё же наш Ягнёнок хочет крови.
И тут я посмотрел на окно системы. После победы над Империалом и флотом Хаппо я, конечно же, получил не мало плюшек, наиважнейшей из которых стал одиннадцатый уровень. На нём удалось получить полную глубину в познании рокусики, собственно, и сам Рокоуган открылся именно на нём. Только умея правильно сжимать мышцы, контролировать давление внутри себя, можно было наносить удары, без замахов. Сила, собственно, тоже получалась немалой, в Рокоуган вкладывалась энергия со всех мышц в теле. Так что я теперь мог придумать с ним что-нибудь интересное.
Еще, за использование Империала в своих целях, удалось заполучить черту и для королевской хаки:
Королевский гнев. Редкая черта:
Противники в области действия вашей Королевской Хаки становятся более уязвимыми к вашим атакам. Их защита ослабевает, и каждое ваше попадание причиняет значительно больший урон, словно вы бьёте прямо в самые слабые точки их тела.
Противники с высокой волей или Хаки могут частично сопротивляться воздействию, но даже они чувствуют эффект гнёта, теряя концентрацию и допуская ошибки»
В подробностях описания было заявлено, что противник должен пройти проверку на выносливость, так что использовать эту силу надо было грамотно, когда враг ослаблен, чтобы его было проще добить. Но главное, что эта способность была главным требованием к открытию продвинутой королевской хаки.
Как только моя воля научится атаковать ментальное состояние, бить по телу и ещё по мелочи, тогда можно с уверенностью сказать, что я открыл способность, которая считалась один на миллион даже среди пользователей самой королевской хаки.
— Эй, ребят, — но тут дверь в комнату со скрипом приоткрылась, и в проёме показалась окоченевшая Маргарин, её лицо было наполовину скрыто инеем. — Вам не кажется, что пора сменить курс? На улице такой мороз, что, кажется, воздух режет.
Я поднял глаза, махнув ей рукой, словно отгонял сомнения.
— Да что ты преувеличиваешь, — бросил я, поднимаясь с места. — Погода прекрасная! Почти что штиль. Да и нам осталось плыть всего несколько дней.
Она с прищуром посмотрела на меня, но промолчала. Я с самодовольной уверенностью направился к двери и вышел в коридор. Стоило сделать пару шагов, как в лицо мне ударил леденящий ветер, а вместе с ним в коридор ворвался снежный вихрь. Секунда — и метель в замкнутом пространстве сбила меня с ног.
— Еба-а-а-а…! — вырвалось из меня, когда меня словно тряпичную куклу подхватило и потащило вдоль коридора, вынеся в ближайшее окно.
Снежный буран усиливался с каждой секундой. Узкие проходы корабля, не рассчитанные на такую стихию, превратились в ловушку. Снег заполнял пространство, ледяные порывы ветра били по стенам, а герметичность оказалась не такой уж герметичной.
Корабельная ден-ден-муши начала медленно, но неумолимо вращаться вокруг своей оси. Казалось, что сам ветер решил поиграть с нашей улиточной подругой, превращая её в игрушечную карусель. Животное издавало беспокойные, низкие звуки, словно жалуясь на несправедливость происходящего.
— Держитесь за что-нибудь! — закричал я, в попытках оттолкнуться от воздуха, но голос тут же утонул в оглушительном рёве ветра.
Корабль завибрировал. Команду засосало в хаотичные вихри: Маргарин успела схватиться за поручень, но её длинные волосы развевались так, что напоминали парус. СиДи, не удержавшись, со звонким визгом исчезла где-то в снежной круговерти — я мгновенно пронёсся сквозь снег и оказавшись перед девушкой, крепко её обнял.
— Да как это вообще возможно?! — воскликнул вжимающийся в одну из комнат Морадор, но его мощная фигура, несмотря на все усилия, тоже не выдержала: внезапный порыв ветра швырнул его в сторону Маргарин. Он сшиб цепляющуюся девушку, уничтожив столб, за который она держалась, и вместе полетели куда-то за горизонт.
Метель проникала в каждую щель, она выхватила Ягнёнка из личной каюты и тоже отправила в далёкую даль. Я же, вскоре перестав видеть из-за метели корабль, посмотрел на мгновенно промерзающую СиДи. Маленькое тельце стало синеть, так что я прикрыл её от холода критической массой своей плоти, и побежал по воздуху вперёд, пытаясь отыскать корабль.
Но ничего найти не смог. Снег стал таким плотным, что даже держать глаза открытыми было невозможно. Первое время мне помогал сориентироваться ментальный голос Гэрри, но и он вскоре исчез, словно унесённый призраками.
— Никак не могу найти… придётся покинуть эту метель, — я быстро уставился наверх и стал нестись выше облаков. Холод буквально резал меня на части, пока всё резко не прекратилось. В уши ударил только сильный ветер, и я увидел полуденное солнце, возвышающееся над абсолютно густой метелью, которая, как я видел, покрыла собой весь горизонт. — Неужели это сила Адмирала?
Я с трудом в это верил. Складывалось впечатление, что остров Бога Леса был отделён снежным барьером, что никто и ничто не могло его пройти.
— Если команду выбросит в море, им конец… — я пытался мыслить трезво, призывая себя покинуть эту территорию и не дать умереть хотя бы той же СиДи. — Нет, — выдохнул я, словно убеждая себя, — У каждого есть шанс выбраться. Мы должны выжить. И когда всё утихнет, мы снова встретимся…
Ощутив себя обычным смертным на фоне остаточной силы какого-то Адмирала, я побежал вдаль. Пытаясь найти остров, где можно было бы помочь СиДи.
***
Дрожащие тела выбрались на сушу, под ногами раздался звук влажной земли, напоминающий хлюпанье размякшего торфа. Земля была странной: белёсая, мшистая, порой пружинистая, словно под ней скрывалось что-то живое.
— Ах… — девушка с худощавым телом сделала последний шаг по воде, которая под её ногами упруго колыхалась, словно отталкивая её к берегу. Она рухнула лицом вниз, окутавшись плотным воздухом, пахнущим прелой листвой и грибами.
С её плеч тут же соскользнул мужчина, кашляя и выплёвывая морскую воду, скопившуюся внутри. Его руки дрожали, а кожа посинела от холода. Вокруг них раздавалось лишь тяжёлое дыхание, разбавленное пронзительным шёпотом ветра.
— Спасибо, — прошептал Морадор, медленно сжимая онемевшие пальцы.
— Просто заткнись. Это ты меня сбил, — хрипло отозвалась Маргарин, приподнявшись на колени. Её лицо перекосило раздражение, и она без лишних раздумий ударила рыбочеловека по плечу. — Какого вообще хрена? — рявкнула она, тяжело дыша. — Я о таких бурях в Гранд Лайне и не слышала! Что за природа такая?!
Морадор поднял голову, встряхнув с лица прилипшие капли воды. Его глаза сузились, оглядывая странную, пугающе чуждую окружающую обстановку.
— Пользователи логии не просто становятся стихией. Они меняют сам климат вокруг себя, — его голос звучал приглушённо, как будто слепящая тишина острова поглощала звуки.
— Тогда какого хрена ты так не можешь?! — прошипела Маргарин, гневно сверля его взглядом.
Её возмущение внезапно сменилось тревогой, когда по ногам что-то скользнуло. Она резко отдёрнула ступни, увидев крохотные белёсые корни, похожие на тончайшие нити. Они ползли вверх, будто прощупывая новую добычу.
— Чёрт, — Маргарин тут же пустила по телу слабый разряд электричества. Тонкие корни мгновенно обуглились, превращаясь в пепел, а девушка принялась осматривать странный берег.
Остров был словно с другой планеты. Вместо деревьев здесь росли гигантские грибы, их ножки уходили глубоко в землю, словно огромные колонны, поддерживающие купола с неровными краями. Шляпки светились мягким биолюминесцентным светом — желтоватым, зелёным, а иногда даже фиолетовым, озаряя всё вокруг приглушённым светом.
Земля была странной, податливой, будто живая. Мицелий оплетал всё вокруг, а в некоторых местах выступали из земли, создавая маленькие кустики нитей, похожие на пучки травы. Откуда-то доносился звук капель, словно дождевая вода капала в лужи.
В воздухе витал густой аромат сырости, грибов и чего-то сладковатого, будто от разлагающихся фруктов.
Они подняли глаза и увидели, что "леса" из грибов тянулись бесконечной стеной, теряясь в низко висящем тумане. Свет от шляпок искривлялся, создавая ощущение движущихся теней. Всё вокруг казалось одновременно красивым и пугающим.
— Мы прошли снежный барьер и оказались на островах Бога Леса, — у Морадора сжались зрачки. Услышав эти слова, Маргарин сразу нахмурила свои брови.
— Ты уверен?
— Где ты ещё видела грибные острова, которые хотят тебя сожрать? — Морадор подавил разрастающиеся споры силой своей стихией, превратил небольшую область вокруг себя в болото. Грибы быстро умерли, но сама земля стала немного в себя затягивать. Лицо Маргарин скривилось ещё сильнее.
Не имея других вариантов, они двинулись вперёд, чтобы изучить местность, но узнали неутешительные факты. Вокруг была жизнь: простые овцы, летающие насекомые, даже в воде находилась рыба, но каждое тело было заражено грибками. Прямо из их плоти росли большие мухоморы, изо рта текли слюни, а когда заражённые грибами существа видели их двоих, то быстро сходили с ума и пытались напасть.
Единственное, что им мешало, так это болото, в котором они начинали вязнуть и быстро исчезали во внутреннем пространстве.
— Это место выглядит как зона страшных экспериментов Бога Леса. Теперь я понимаю, почему дозор сдерживает их, я даже не знаю, какой ещё фрукт может создавать живую жизнь… в таких количествах, — взобравшись на высокий холм, который со стороны выглядел, как просто аномальных размеров гриб с очень большой шляпкой, команда застыла от удивления. На горизонте им двоим предстал целый город, с крупными каменными стенами и возвышающимися зданиями, даже замками! Однако всё успело прорасти и разрушится.
А самое ужасное, что оттуда доносились громкие щелчки и страшный шум, словно некогда жившие там существа тоже могли быть заражены.
— …У меня идея, — Морадор моргнул, словно осенённый мыслью, и из своего пространства извлёк ден-ден муши.
Маргарин мгновенно оживилась, будто хватаясь за спасительную соломинку. Они быстро набрали номер Гэрри и замерли в напряжённом ожидании. К их огромному облегчению, спустя несколько томительных секунд раздался ответ.
— Да… — усталый голос Гэрри пробился сквозь треск связи.
— Эй, улитка, вы там как? — Маргарин тут же наклонилась ближе к средству связи, её глаза загорелись надеждой.
— Маргарин… — голос на другом конце мгновенно устал. — Мы с Ферумом на нашем корабле. Нас выбросило за пределы снежной бури. Ты последняя, кто мне позвонил. Не связался только Морадор.
— Этот со мной, — она махнула рукой, не скрывая раздражения, но уловила в ответе Гэрри явное облегчение, будто кто-то рядом с ним тоже вздохнул спокойнее. — Однако я сама не знаю, где мы находимся! — продолжила Маргарин, нахмурившись. — Ты можешь определить наше местоположение через ден-ден муши? Нам нужно срочно собраться, чтобы избавиться от этого Бога Леса. Такая тварь не должна существовать!
На том конце связи воцарилась тишина.
— Насчёт этого… — голос Гэрри стал осторожным, почти приглушённым. — Кронен передал мне кое-что для вас всех.
— А? — Маргарин и Морадор переглянулись.
— Я записал его слова, могу включить запись, — ответил Гэрри и прочистил горло.
Внезапно голос ден-ден муши стал ниже и твёрже, его выражение лица, передаваемое улиткой, стало суровым и холодным. Маргарин невольно сжала кулаки, узнавая пронизывающий взгляд Кронена.
— Гэрри, если тебе кто-то ещё позвонит, передай им это, — голос Кронена звучал твёрдо, как бетон. — Мы с СиДи чудом вырвались из снежной завесы. Сейчас я нашёл остров на безопасном расстоянии, но это не повод для радости. Очевидно, что мы все недостаточно сильны, чтобы идти дальше.
Кронен сделал паузу, позволяя весу своих слов осесть в сознании слушателей.
— Это море ясно даёт понять: спешка нас убьёт. Каждому из нас нужно время, чтобы развить хаки, закалить волю и понять свои пределы. Без этого мы всего лишь мясо для океана. Я предлагаю разбежаться на пять-шесть месяцев. За это время мы не станем непобедимыми, но достаточно укрепимся, чтобы выжить в новом бою.
Голос Кронена стал ещё жёстче, а его тон — обжигающе прямолинейным:
— Я не знаю более талантливых людей, чем вы. Я не расформировываю команду. Это шаг назад, чтобы потом прыгнуть вперёд. Надеюсь, вы все используете это время, чтобы доказать мне и себе, что мы способны сражаться бок о бок. Созвонимся через полгода.
Маргарин нахмурилась, стиснув зубы.
— Чёрт возьми… — она выдохнула. — Этот ублюдок всегда знает, как встряхнуть.
— Но он прав, — глухо отозвался Морадор. — Местные пираты безумно сильны. Чтобы встряхнуть это место, нужны усилия, которые нам недоступны.
— Он сказал, что многие из нас максимум среднего уровня, — Гэрри продолжил, заставив команду нахмуриться. — Вы и сами знаете, что вам нужно развивать. Добейтесь успехов, иначе наши цели можно отправить в помойку. Я не могу на такое пойти, поэтому готов подождать и углубиться в своих силах. Удачи вам.
И сурово бросил трубку. Маргарин с Морадором переглянулись, сжали скулы и посмотрели в город, который они изначально хотели проигнорировать.
Но раз, как оказалось, времени у них освободилось ума, они смирились и пошли проверить. Пробравшись через опасный лес, побеждая постоянно нападающих зверей, они оказались посреди захваченного грибами средневекового города. Дороги были разрушены, реки укрыты морскими грибами, а стоящие на них корабли уже давно стали перегноем для странных растений.
По всему городу бродили слепые создания, сильно походящие на гуманоидов. Их головы разделились на части, давая прорасти толстым грибам, изо рта выходили трещащие звуки. Как только Маргарин или Морадор что-то говорили, те быстро реагировали и мгновенно неслись в атаку.
— Да с этим надо бороться не снегом, а огнём, — выразилась девушка. — Этот остров нужно сравнять с морем. Нет, накрыть его магмой.
— Нам бы корабль целый найти… Пошли сходим в тот замок, может там есть хотя бы материалы, из которых можно было бы соорудить плот, — не веря в положительный исход, они побрели вверх по улицам, стараясь бить по грибам ответной стихией.
Но, как оказалось, в пределах замка дела обстояли даже хуже. Всё скопление мицелия было собранно именно в этом месте, грибов на квадратный метр было в тысячу раз больше, а живые создания, даже заражённые такими же грибами, просто врастали в стены и перерабатывались на питательное вещество.
У одной такой стены, в которую вросло одно гуманоидное существо, некогда бывалый человеком, они заметили иссохшую и сильно испортившуюся картину. Морадор протёр её и поглотил большую часть грязи, явив жившую тут королевскую семью. Высокий мужчина с жёсткими чертами лица и осанкой, выдававшей величественное происхождение, стоял неподвижно, словно каменная статуя. Рядом с ним застыла измождённая женщина в простом белом платье. Её лицо выражало усталость, а тело, казалось, едва удерживалось на ногах. Между ними стояла грустная девочка с длинными золотыми волосами. Её платье, украшенное мелкими цветочками, оживляло композицию, а в волосах ярко выделялся алый мак, создавая резкий контраст с общей мрачностью.
Рядом висели другие изображения, все в разной степени разрушения. На некоторых краска слезла полностью, оставляя лишь размытые тени. Но с каждой новой картиной девочка становилась старше. Её лицо удлинялось, черты становились более выразительными, а одежда — более утончённой.
Со временем женщина в белом платье исчезла с картин. На новых полотнах рядом с суровым мужчиной стояла только девочка, которая постепенно превращалась в юную леди. Её позы становились всё более уверенными, а взгляд — холодным и отстранённым, отражая, кажется, ту же суровость, что прежде принадлежала её отцу.
— Куда делась мать? — спросила Маргарин, проводя рукой по краю очередного изображения, на котором девочка впервые была изображена одна.
— Видимо, пропала. Или была устранена, — предположил Морадор, чуть нахмурившись. Он остановился у последней картины, где взрослая женщина уже стояла одна, глядя прямо вперёд с холодной, непроницаемой улыбкой.
Они двигались медленно, внимательно осматривая окружение, пока Морадор не остановился, уловив странный, приторно кислый запах.
— Ты это чувствуешь?
— Ещё бы, — откликнулась Маргарин, поморщившись. — Идёт оттуда.
Запах тянулся из одной комнаты. Они осторожно приоткрыли дверь и, войдя внутрь, застали необычную картину. В помещении стояли полупустые стеклянные контейнеры, на поверхности которых были выгравированы названия различных грибов. Воздух был густо насыщен зелёными спорами, они медленно кружились, заполняя пространство.
Морадор нахмурился и резко поднял руку, уничтожая основу, на которую оседали споры. Маргарин тут же поддержала его разрядами электричества, уничтожая оставшиеся клубы.
— Какая дрянь… — проворчала она, разглядывая интерьер.
В центре комнаты находился массивный стол, хотя его состояние оставляло желать лучшего: дерево потемнело и потрескалось, а кое-где обуглилось. На столе стояла небольшая свинцовая шкатулка, едва державшаяся на своих ножках.
Маргарин, проходя мимо, привычным движением выжигала остатки спор со стен и поверхностей, пока её рука не остановилась на шкатулке. Она замерла, чувствуя что-то странное. Внутри оказалась ветхая книжечка, её страницы были потемневшими от времени, а края обгрызены плесенью.
— Дневник, — проговорила она, открывая первую страницу. Её взгляд скользнул по неровным, торопливым строчкам. — "Страница первая… говорят, дерево Адама было первым деревом в мире, корни которого распространились на весь мир. По крайней мере, в это верят гиганты. На их острове растёт самое большое дерево Адама в истории, дерево мира. Этими словами отец объясняет причину, по которой гиганты нападают на наш остров…"
Она на миг замолкла, пробежав глазами дальше, прежде чем продолжить вслух:
— "Они считают, что здесь скрыта логия Леса, которая способна подчинить это дерево. Король Локи требует отдать им фрукт или… заберёт мою матушку. Клянусь, я хочу его убить."
Последние слова словно прожгли воздух. На страницах дневника был рисунок почти что дьявола. Яростного существа, с гневными глазами, из шлема которого росли огромные рога. Маргарин медленно опустила книгу, её взгляд был суровым и задумчивым.
— Похоже, мы попали в клубок старых конфликтов, — тихо сказал Морадор. — Не ожидал услышать тут имя принца Эльбафа.
— Гиганты всегда с кем-то воюют, в истории нет моментов, когда у них не было врагов, — Маргарин с прищуром посмотрела через проломленную стену. — Видимо, и те гиганты на живых острова-растениях с этим как-то связаны. Что ж, мне плевать на мотивы Бога Леса. Давай просто уничтожим это место.
— А стоит? — нахмурился Морадор. — Если это дневник Бога Леса, то я её понимаю. Если у неё такие мотивы, быть может, мы могли бы сотрудничать?
— Она наш враг. Я всегда уничтожаю своих врагов, вместе с их семьями, домами и целыми кланами. Просто чтобы не было никого, кто мог вернуться и снова мне отомстить, — отвернувшись, она и не заметила сузившиеся зрачки Морадора.
— И много ты уничтожила?
— Пару деревень минков и рыболюдей.
— …
Пространство пронзил резкий свист. Почувствовавшая угрозу Маргарин сразу выставила перед собой руки и остановила приближение хлыста из болота в паре сантиметрах от своего тела. Люди переглянулись, застав чистый холод в глазах друг друга.
— У меня была догадка, что ты могла быть той мразью, которая это сделала. Значит, вот к чему были те слова капитана.
— Тебе то, какое дело, кому я мщу? — крепко сжав руки, она сдавила болото.
— Просто у меня есть небольшая мечта. Убить тебя.
***
— Вай, как темно-о… — протянул маленький минк с наигранным ужасом, стоя на краю мрачного леса. Перед ним раскинулась дикая чаща, чьи деревья будто тянулись к нему своими искривлёнными ветвями. Чёрные стволы вздымались вверх в зловещих позах, напоминая скрюченные фигуры. Листва была настолько плотной, что полностью скрывала небо, оставляя пространство под ней в вечном полумраке. — Хорошо, что я вижу в темноте, — добавил Ягнёнок с улыбкой, даже не попытавшись скрыть своего легкомысленного отношения к происходящему.
Под ногами мягко похрустывал мох, а чуть поодаль в траве блестел ряд блёклых глаз, которые мигом исчезли, стоило ему взглянуть в их сторону. Посмотрев назад на едва бушующее море и едва различимый рисунок грифона, который доставил его на неизвестный остров, минк шагнул вперёд, словно входя в пасть чего-то огромного и зловещего.
— Интересно, есть ли тут чего покушать? — спросил он вполголоса, как будто обращаясь к самому лесу. В этот момент тени деревьев будто шелохнулись, — Или, может, кто живёт?
Тишина леса отвечала ему лишь тихим скрипом ветвей. Деревья здесь выглядели так, будто они никогда не знали солнечного света: их кора казалась обугленной, а стволы были испещрены узорами, напоминающими человеческие лица. Одни словно кричали от боли, другие смотрели с пугающим спокойствием.
— Крутяк, — весело прокомментировал Ягнёнок, проходя мимо одного из таких стволов. Он даже остановился, чтобы постучать по коре. — Эй, шеф, живой?
В ответ раздался глухой звук, словно что-то глубоко внутри дерева вздохнуло. Минк засмеялся и пошёл дальше, с лёгкостью перепрыгивая через корни, которые тянулись из земли, как когти.
Тени между деревьями шевелились, складываясь в странные фигуры: одна напоминала длиннорукого призрака, другая — сгорбленную ведьму. Они плавно кружились, пересекались и исчезали, как только он пытался разглядеть их получше. Но вместо страха он испытывал настоящее любопытство, будто был в детской сказке.
Сорвав веточку и раскручивая её в руке, словно бой скаут, вприпрыжку шёл на странные звуки. Даже без факела он обходил странные ямы с кольями внизу, с улыбкой озирался черепа разных существ, вполне себе походящих на людей, и даже не сворачивал, когда ощутил на своём плече какую-то руку.
— Поддержать меня хочешь? — невинно спросил минк, обернувшись. Но никого не увидел, — Улетел… эх.
Преодолев густой лес и каждый раз поворачиваясь на странные звуки, он, наконец, увидел на горизонте странный свет. Факела, свет от которых, казалось, бегал. На странных каменных сооружениях и маленьких башенках кто-то отбивал звуки барабанов. Люди, на головах которых были надеты черепа животных. За спинами были деревянные тотемы с изображением барашков, в руках — посохи из позвоночников и черепов людей. Вышедший к ним минк с завистью посмотрел на предметы их быта.
— А где взять такой же посох? Их продают? — звук барабанов усилился вместе с чувством, что вокруг творился чудовищный ритуал, словно тут жил целый культ. И вот, с вершины плато, куда вела каменная лестница, скатилась человеческая голова. Глаза и рот её были зашиты, а на пучке длинных волос висела кость.
Минк странно проморгался, пока голова не вскочила и не “встала”, “посмотрев” ему в глаза.
— Новый гость в этой тюрьме? — нити на губах немного ослабились, позволив голове заговорить. — Добро пожаловать, меня зовут бабуля Чиё. Культ всегда рад принять тех, кто пробрался через ЛЕС СМЕРТИ! К-хя-хахя, — странно посмеялось уже, вроде, мёртвое существо.
— Тюрьма? — не видя в этом существе чего-то подозрительного и странного, минк задал самый важный вопрос.
— А люди Бога Леса разве не рассказали тебе, когда сбрасывали на берегу? — удивилась голова.
— Я сам сюда прилетел, — невинно ответил минк, заставив голову замолкнуть. Застыли даже люди на башнях, перестав бить по своим барабанам.
— Да ла-а-адно? Видимо, день настал, ты тот, чьё появление мы предсказывали. Ступай за мной, я всё поясню, — голова развернулась на месте, и явно показывая, что ей неудобно, начала прыгать по ступенькам наверх. — Во-первых, это место, куда Бог Леса ссылает побеждённых людей. Тех, кого хотела бы завербовать, здесь люди ломаются… если, конечно, выживают.
Поднявшись на плато и двинувшись в сторону полуразвалившегося замка, минк увидел множество исхудавших людей, которые рисовали кровавые пентаграммы, под их ногами бегали буквально живые тени. Мимо пролетали призраки. Заметив, как минк всеми ими заинтересовали, голова пояснила.
— Тебе, наверное, интересно, как я живу?
— Нет.
— Дело в том, что я владею фруктом вуду, и бессмертна в своей сути. Призраки, которых ты видишь, тоже не иллюзия, это сила Синей Бороды, каждая не отправившаяся в рай душа — женщины, на которых он женился и которые в скором времени погибали под его тесаком. А тени, которые с тобой играются… — голова услышала тихий смешок, когда одна из теней поползла по телу минка и окутала его шею. — Это сила моей правой руки. Мои глаза и мои уши, он пояснит тебе подробности, хе-хе-хе…
Бабуля Чиё провела гостя внутрь замка, который походил на настоящую свалку. В углу были свалены гамаки, на которых спали практически мёртвые люди, у которых было очевидное недомогание. Под развалившимся потолком гигантские пауки вили свои сети, куда уже успели угодить страшные насекомые с несколькими головами или брюхами.
Пройдя через коридоры, голова остановилась в большом зале, где множество призраков крутились в ужасающем вихре, издающим горестный стон. Минк взирал на них с раскрытым ртом, как на некое представление, пока призраки резко не улетели в небо. А на месте, где они извивались, показался мужчина в чёрных брюках и синем плаще, внутренняя часть которого, казалось, светилась эктоплазмой.
Борода человека была синей, можно была даже сказать, светящейся, как нечто призрачное. А у него на плечах, вися словно тяжкий груз, было несколько голых призраков с длинными волосами. Они с наслаждением лапали гигантские мускулы мужчины, трогали друг друга за интимные места и хихикали.
— Кого ты привела, старая карга? — будто бы депрессивным голосом спросил мужчина, посмотрев на мёртвую голову так, словно собирался её раздавить своей огромной лапой.
— Не смей говорить со мной так, будто я твоя прислуга! — взвилась Чиё. — Я привела того, кого видела в своих предсказаниях. Дитя тьмы, которое прибудет на остров своими силами, тот, кто станет отцом всех культов.
— …Этот ребенок? — Синяя Борода моргнул. — Кто ты вообще? Мальчик? Девочка? Что-то мне с трудом верится, что ребёнок, пол которого ещё трудно отличить, может стать главой всех культистов. Ты ошиблась, старуха
Мужчина поднял руку, и в этот момент из земли выскочил призрак, прошедший через минка насквозь. Смотрящая на это Чиё сразу охнула, ожидая увидеть, как только что пришедшее существо свалится на колени, в отчаянии станет корить себя и покончит жизнь самоубийством. Ибо такова была сила Синей Бороды. Но нахмурив на одну секунду брови, минк моргнул и снова улыбнулся.
— …Не понял, — Синяя Борода снова поднял руку и в этот момент все висящие на его плечах женщины сорвались вперёд. Они прошли сквозь тело минка, отравив его душу отчаянием, которое ощущали сами. Пожрали эмоции.
Снова моргнул и снова улыбнулся.
— Как это… я первые такое вижу, — раскрыл глаза мужчина, и в этот же момент минк поднял свою руку. Показав на ней некий рисунок.
— Я всегда весёлый, потому что так хочу. Мне не нравится грустить, — проговорил словно ребёнок, и в этот момент глаза Синей Бороды сжались. Он сам свалился на колени, схватившись за голову, словно от дисперсии. Из глаз скатились слёзы, он быстро запричитал себе под нос, насколько же жалеет, что убил своих жён.
— Воистину, твой фрукт способен на многое… я знала об этом, — удивившись, Чиё не сумела сдержать восторга. В голосе послышался трепет. — Ладно, оставь этого придурка, он ещё не знает, кто ты такой. Я покажу тебя Эребу.
И допрыгав до единственной деревянной двери в этом зале, попросила минка её открыть. Деревянная дверь со скрипом отворилась, будто издавая предупреждающий стон. За ней открылась кромешная тьма, настолько густая, что казалось, она сжалась вокруг порога, не позволяя свету проникнуть внутрь.
В этой тьме не ориентировался даже Синяя Борода, но Чиё спокойно туда вошла, потому что и так ничего не видела. А Минк чувствовал себя вполне нормально. Он вошёл, осмотрелся и сразу заметил странности помещения.
Комната напоминала гигантский старый ангар, где стены из грубого чёрного дерева уходили в высоту, теряясь где-то наверху. Потолок был невидим, а откуда-то сверху доносился скрип, словно кто-то прятался в глубине этой черноты. Пол был неровным. На одной из стен виднелись ряды древних свечных канделябров, но ни одна свеча не горела. Вместо этого по всей комнате тянулись тонкие нити мха.
В центре комнаты стоял массивный каменный стол с глубокими трещинами и затейливой резьбой, напоминающей сложные символы. На нём валялись куски грибов странной формы — одни были мясистыми, с тёмными полосами, другие сухими и тонкими, будто их обглодали. Между ними хаотично лежали стеклянные сосуды, из которых тянулся слабый пар, и несколько пергаментов, исписанных острыми, угловатыми знаками.
И тут, с потолка потянулось несколько щупалец, сотканных из теней. Минк даже не шелохнулся, когда они стали дотрагиваться до него, словно ощупывая. С тихим стуком с потолка спрыгнуло какое-то существо, с лицом, которое испещрялось множеством теневых щупалец, из которых росли яркие глаза. Глазастые руки держали небольшую трость, а подол длинного плаща, казалось, жил собственной жизнью.
— Значит, вот кого я чувствовал в лесу… чаю? — это непонятное и даже странное существо элегантно село за столик и достало из тумбочки разогретый чайник.
— Слушайте, а здесь уютно, — минк быстро согласился, и все трое расселись за столом. Несмотря на отсутствие света, они преспокойно смотрели друг на друга и словно улыбались. В этот же момент в дверь раздался стук.
— Я принёс к чаю, — Синяя Борода прищурился, в попытках что-либо высмотреть, после чего чертыхнулся. — Тьфу ты. На, отнеси, — передав блюдце с печеньем своим призраком, просто расстроенно развернулся и побрёл к себе.
— Прошу его простить, — заговорил покачавший “головой” Эреб. — Он наш верный спутник, но после того как нас победили и схватили, нормальных помощников кроме него мы больше не видели. А ему эта роль не сильно-то нравится.
— Так вы какие-то знаменитые культисты? Я о вас раньше не слышал.
— И это прискорбно, — покачала головой Чиё. — Мы творили такие злодейства, которые многим и не слышались. Нас боялись все… к сожалению, эта вредная тварь, которая управляет растениями, услышала о моей способности предсказывать будущее благодаря картам таро.
В этот момент несколько длинных соломинок вытащили из ближайшего ящика колоду карт, которые подвисли перед Чиё и разложились в некой комбинации. Она кивнула Эребу и тот продолжил.
— Бог Леса хотела узнать, как истребить гигантов, для чего были нужны силы бабули, — продолжил Эреб, глотнув чая. — Мы были практически бессмертными. Силой своих теней я подчинял армии, мой верный напарник с логией дыма окутывал гигантские площади своим дымом, позволяя теням не подвергаться слабости в виде солнечного света. Скажи, ты слышал хотя бы про Флорианский треугольник, который мы создали?
— Неа, — наивно покачал головой минк, держа двумя ручками печеньку и громко ею хрустя.
— …Кхм, главное, что бабуля Чиё была нашим бессмертным капитаном. Её куклы вуду находились в моих бессмертных зомби, делая её буквально непобедимой. Так мы думали. Богиня Леса сумела нас победить и отрезала бабушке голову, в отместку за отказ помогать и сослала гнить сюда. Бабуля чудом сумела сохранить в себе жизнь, и теперь я помогаю ей содержать культ, в ожидании того дня, когда нам помогут вернуться.
— Это ты нам поможешь! — выкрикнула голова, и на секунду встала тишина. Минк задумался, посмотрел на печеньку и сунул ей в рот старухе. — Эй, кха. М-м-м-м…
— А как вы узнали обо мне?
— Карты таро, — покачав на это зрелище головой, Эреб указал на колоду перед бабушкой. — Владелец силы вуду умеет предсказывать вероятности разного будущего. Правильно заданные вопросы позволяют побеждать в любой битве.
— Что же вы не победили Бога Леса?
— Это была неудача, — прокашлялась и ответила старуха. — Дело в том, что наши силы… ничтожны перед ней. Однако я сумела предсказать, что появится тот, кто сумеет пожрать Бога Леса, ты тот, кто вернёт нашу славу, поэтому мы так цепляемся за тебя. Конечно, это просто вероятность, но зато какая. К тому же ты только что сам показал, что сила твоего фрукта значительно превосходит всё, что доступно другим людям. Ты можешь научиться чему угодно… а потому ответь мне, двуликий Ягнёнок, хочешь ли ты стать моим учеником? Хочешь познать секрет карт таро?
— …Только если вы согласны стать членами моего культа!
— …Конечно, — странно ответила голова.
— Ура-а-а-а-а!
Обновлено: 01.02.2026