Комиссия по Безопасности Героев вернулась неделю спустя — на этот раз с куда более серьёзным предложением. И с ребёнком. У Какаши появились вопросы насчёт ребёнка.
— Мы хотели бы увидеть, как Такэо-кун использует свою индивидуальность, — заявила Такахаси после кратких приветствий. — Это поможет нам оценить масштаб его способностей. Она осветила улыбкой, вероятно, пытаясь успокоить родителей Какаши.
— Я тоже не прочь глянуть на твою причуду, — язвительно бросила Итика. — Он всю неделю отнекивался.
Все взгляды вновь устремились на него. Какаши понял, что настал момент сдаться и действительно продемонстрировать способность, хоть ему и не особо хотелось пускать пыль в глаза Комиссии. Он вздохнул и снял повязку-налобник, которую раздобыл, чтобы прикрывать глаз.
— Я хочу видеть тебя, Учиха Обито.
Ощутив странную тянущую пульсацию в глазу, он увидел, как Обито вновь материализовался перед ним.
Обито вскрикнул от неожиданности, отпрыгнул назад и выхватил клинок — точь-в-точь как в прошлый раз.
— БАКАСИ! ДА КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ПРОДОЛЖАЕШЬ ЭТО ДЕЛАТЬ?!
Какаши вздохнул и пожал плечами.
— На этот раз меня попросили. Неужели ты думаешь, мне снова захотелось видеть твоё неказистое лицо?
Обито наступил вперёд, вторгаясь в его личное пространство.
— Знаешь, я и забыл, какой же ты беспросветный мудак.
Какаши согласился с посылом, но решил сменить тему. Ему кое-что нужно было проверить.
— У тебя ещё есть чакра?
Обито замер.
— Да… а у тебя нет?
— Нет, — ответил Какаши.
По лицу Обито расползлась садистская ухмылка.
— То есть ты хочешь сказать, что я сейчас могу загнать тебя в асфальт, а ты ничего не сможешь с этим поделать?
— Необязательно, — промурлыкал Какаши. — В конце концов, это я решаю, существовать тебе здесь или нет.
Обито разинул рот.
— БАКАСИ, КЛЯНУСЬ МУДРЕЦАМИ, ЕСЛИ ТЫ РАССЕЕШЬ МЕНЯ...
— Исчезни, Обито.
И Обито исчез.
Его семья и агенты (плюс непонятный ребёнок) смотрели на Какаши с недоумением. Бывший хокаге почувствовал, как усталость вновь накатила на него, но на этот раз она была не так сильна, как в прошлый. Возможно, его тело начинало привыкать к индивидуальности.
— Маа, так вот кто такой Обито. Пока что он единственный, кого я призывал, но, возможно, смогу призвать и других.
— Такэо… — начала мать, перебирая пальцами. — Ты… ты знаком с этим мужчиной?
Какаши безучастно пожал плечами.
— Когда-то.
В комнате воцарилась тишина.
Сузуки прочистила горло.
— Что ж, в таком случае мы и вправду крайне заинтересованы в том, что может Такэо-кун. Если вы не против, мы хотели бы попросить рассмотреть возможность его зачисления к нам.
— Зачисления? — переспросила мать.
— Да, — сказала Сузуки и кивнула в сторону ребёнка рядом, о котором Какаши размышлял. — Знакомьтесь, Хоукс. Ему одиннадцать лет, и он уже несколько лет тренируется у нас. Хоукс, не расскажешь семье Чиба о своём опыте у нас?
Хоукс сияюще улыбнулся, его улыбка была ослепительной, напоминая Какаши о Минато и Наруто.
— Конечно! Комиссия взяла меня под крыло, — он подмигнул и приподнял одно из своих больших красных крыльев, чтобы каламбур прозвучал неотразимо. А, значит, он из таких. — И с тех пор я тренируюсь у них! Они очень добрые. У меня три полноценных приёма пищи в день, много физических нагрузок, и они учат меня большему, чем в обычной школе. Вдобавок ко всему, я могу использовать свою индивидуальность, чтобы помогать людям, и однажды я стану крутым героем!
Какаши внимательно изучил Хоукса. Тот был подтянутым, с развитой мускулатурой, без признаков недоедания. Оперение его крыльев было ярко-красным, что у птиц означало здоровье. Какаши предположил, что то же относится и к Хоуксу. В целом, скорее всего, он говорил правду об обращении Комиссии.
Затем Какаши перевёл взгляд на родителей, изучая их реакции. Мать выглядела взволнованной, по-прежнему теребя пальцы, в то время как отец, казалось, обдумывал предложение. Итика же, судя по виду, рассматривала Хоукса с нескрываемым интересом, несмотря на разницу в возрасте.
— По сути, это будет похоже на геройскую школу-интернат, — продолжила свой представительский монолог Сузуки. — С тем лишь нюансом, что мы будем платить вам за то, чтобы взять его под нашу опеку. Индивидуальность Такэо-куна представляет для нас интерес, и у нас он будет в надёжных руках.
Его родители переглянулись.
— Сколько именно вы будете платить? — нерешительно спросил отец.
— Пять миллионов иен в год, — ровно ответила Такахаси. — До его восемнадцатилетия.
Какаши быстро прикинул: к концу срока это будет семьдесят миллионов иен. Его семья могла бы зажить безбедно, обеспечив себя, Итику и близнецов.
Но мать с отцом не захотят отдать его, даже ради денег. Это он понимал.
— Я хочу поехать, — заявил он. Он знал, что его семья бедствует, знал, что им нужны деньги, особенно с близнецами на подходе. И, кроме того, он ведь больше не их настоящий сын. Он не принадлежал здесь. Всем будет лучше, если Какаши уедет с Комиссией.
— Такэо...
— Пожалуйста, я хочу это сделать. — Он умоляюще посмотрел. — Это звучит очень интересно и... — он изловчился найти удобный предлог, чтобы не оставаться. — Мне очень не хочется делить комнату с Итикой.
Отец фыркнул.
Хоукс засиял ещё ярче.
— Тебе безумно понравится! Мы даже сможем тренироваться вместе или устраивать ночёвки, или что-то в этом роде!
Сузуки тихонько рассмеялась.
— Уверена, мы сможем организовать, чтобы Такэо-кун часто встречался с Хоуксом. У него также будет много других сверстников для общения.
— Нам нужно обсудить... — начала мать. Её будет сложнее всего убедить во всей этой ситуации, но Какаши полагал, что она в конечном счёте согласится.
— Пожалуйста, не торопитесь с решением, — сказала Такахаси. — Мы будем рады принять Такэо-куна, но не хотели бы отрывать его от семьи, если вы не все готовы на это.
— Мы обдумаем и дадим вам ответ позже, — заявил отец, и на этом дискуссия завершилась. Агенты вручили визитку с номером телефона и попросили дать окончательный ответ к концу недели.
Обновлено: 23.01.2026