Серафолл подпрыгивала на сиденье, болтая ногами под мягким креслом в личной ложе Сатан. Со стороны она казалась воплощением жизнерадостности и профессионализма: сплошные улыбки и сияющие искорки в глазах. Но за этим ярким фасадом скрывалась Сатана — её взгляд был острым, цепко подмечающим каждую деталь проходящих внизу экзаменов на повышение до Высшего Класса.
Рядом с ней сидела Сафира Люцифер — холодная и собранная, чья красота напоминала смертоносный клинок, укутанный в шелк. С другой стороны расположился Аджука Вельзевул, который вместо наблюдения за происходящим уже возился с парящей конструкцией из меняющихся глифов.
«Ну почему он вечно так делает?!»
Им потребовались часы, чтобы вытащить Аджуку из лаборатории, как, впрочем, и каждый год. Он ворчал, как всегда, жалуясь на пустую трату времени.
И всё же он был здесь, потому что экзамены на Высший Класс были слишком важны, чтобы их мог игнорировать даже самый затворнический из Сатан.
Четверо. Таково было число на сегодня. Лишь четыре кандидата уйдут с наборами Фигур Зла. Может, дюжина или две получат статус Высшего Класса без них — в качестве утешительного приза.
Но только самые лучшие, исключительные таланты, рождающиеся раз в поколение, или же — Серафолл брезгливо сморщила носик — избалованные любимчики могущественных родословных получат в свои руки эти чудотворные инструменты.
Чудеса, растраченные впустую. Фигуры Зла были одним из драгоценнейших творений во всем Подземном мире, даром, способным переписать будущее их расы.
С их помощью демон мог завербовать что угодно и кого угодно, если только это не божество.
Дракон, герой, даже мифическое чудовище — все они могли быть связаны узами служения. И что же сделало с этим даром новое поколение аристократов? Набило гаремы... Собрало коллекции смазливых личиков.
По крайней мере, на экзаменах фигуры отдавали достойным. Тем, кто не родился с золотой ложкой во рту или с великой родословной, а пробился наверх собственной силой.
Улыбка не сходила с лица Серафолл, но внутри она раздраженно фыркнула. Было так утомительно думать о том, как отпрыски Столпов разбазаривают фигуры. По крайней мере, её Сона не такая! Для её Соны — только лучшее!
Бой внизу закончился провалом: кандидатка харкала кровью на пол, пока экзаменатор бесцеремонно её отсылал.
— Она не получит набор, — произнес Аджука ровным, совершенно незаинтересованным голосом. Он даже не взглянул на арену, сканируя глазами строки света и кода.
Сафира едва заметно склонила голову в знак согласия.
— Её контроль был слабым. Никаких сюрпризов.
Грейфия, стоявшая рядом с ней, не проронила ни слова. Она просто смотрела вперед, холодно оценивая неудачу девушки.
«Разве это не кандидатка от дома Вапула? Тогда неудивительно: просто одна неудачница, которую проталкивает другой неудачник».
Серафолл лучезарно кивнула.
Затем снова раздался голос диктора, резкий и пробивающийся сквозь защитные барьеры арены.
— Следующий участник: Зайрас!
Мелькнувшее движение привлекло её взгляд. Белые волосы, идеально сшитый костюм — очень дорогая вещь, — и красные глаза, ловящие свет.
Молодой, красивый, держится с достоинством. Даже милый. Серафолл с любопытством наклонила голову. Толпа зашумела, энергетика зала изменилась, когда парень уверенно шагнул на поле боя.
Но тут у противоположных ворот появилась другая фигура.
И улыбка Серафолл разлетелась вдребезги.
Её кресло с визгом проехалось по полу, когда она вскочила на ноги, с силой ударив ладонями по стеклу ложи.
— Что она здесь делает?!
Водопад пурпурных волос, глаза, подобные льду, и формы, ради которых целые армии готовы были переломать себе ноги. Дочь Левиафана.
Цуфааме Тереаку Левиафан.
Казалось, стадион замерз. Трещина пошла даже по безупречной маске спокойствия Сафиры. Её взгляд метнулся к директору экзамена — мелкому члену семьи Пеймон, дрожащему в тени их ложи.
Её голос звучал как холодная сталь.
— Что это значит, директор? Почему дочь Левиафана участвует в экзаменах на Высший Класс?
Директор из рода Пеймон вскинул руки, словно человек, уже молящий о пощаде. Его слова спотыкались друг о друга:
— О-она… она ворвалась! Она потребовала место именно в этом бою! Я-я не мог ей отказать…
Взгляд Сафиры полоснул по пространству, словно лезвие гильотины. Мужчина побледнел, по вискам заструился пот. Серафолл почти ждала, что он упадет в обморок прямо здесь и сейчас.
Внизу Зайрас и Цуфааме обменялись парой фраз, но ни звука не долетело до ложи. Слабое мерцание заклинания отрезало аудиопоток.
Челюсти Серафолл сжались.
— Что они говорят? Аджука, ты можешь…
— Я уже, — перебил её Аджука, прищурив глаза. Его взгляд метался между его магической конструкцией и фигурами внизу. Он читал по губам, лицо оставалось непроницаемым. Затем он заговорил спокойным, почти отстраненным голосом: — Она говорит, что Лорд Данталион потребовал уплаты долга. И она исполняет это требование.
У Серафолл всё опустилось внутри.
«Данталион…»
Они всегда поддерживали фракцию Старых Сатан.
Но Аджука ещё не закончил. Его брови слегка приподнялись — крошечная трещина в его броне безразличия.
— А парень… он говорит, что он сын Лорда Данталиона. Вероятно, от суккуба — у него характерная красота.
В ложе повисла тишина.
Вся жизнерадостность Серафолл испарилась без остатка, оставив лишь умудренную опытом женщину. Она вздохнула, и голос её прозвучал тихо и печально:
— Бедный парень…
— Теперь это не остановить, — произнесла Сафира, не отрывая глаз от поля. — Весь Подземный мир уже видит это. Если мы вмешаемся, то окажемся вовлечены напрямую. А слухи умножатся вдвое.
Серафолл прикусила губу. Ей хотелось закричать, швырнуть стул в самодовольного директора Пеймона, самой ворваться на арену. Но Сафира была права. Как только камеры зафиксировали появление Цуфааме на стадионе, история вырвалась на свободу, а ничто в Подземном мире не распространяется быстрее скандалов.
Внизу Цуфааме подняла руки.
Сила выплеснулась наружу, словно океан, прорвавший плотину. Стадион задрожал под тяжестью ауры класса Сатаны.
Даже сквозь защитные барьеры воздух в ложе стал тяжелым. Толпа ахнула, коллективная дрожь прошла по трибунам. Несколько тысяч демонов без чувств рухнули в свои кресла или упали на колени.
Пальцы Серафолл сжались в кулаки.
Цуфааме не сдерживалась.
И всё же…
Парень не упал.
Он не сжался от страха, не стал умолять и даже не пошатнулся. Он просто сцепил руки за спиной, стоя прямо под этим чудовищным давлением, и его красные глаза сохраняли ледяное спокойствие.
Рот Серафолл приоткрылся в неверии.
— Он… он всё ещё стоит.
Аджука подался вперед, забыв о своих глифах. Его интерес наконец-то был пробужден. Впервые за весь день искра любопытства зажглась в его взгляде. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.
— Что ж, — пробормотал он, когда участников начало телепортировать в подпространство, — разве это не интересно?
Свет телепортации померк, и передо мной развернулось поле битвы.
Стандартная конструкция. Квадратная арена около двадцати метров в поперечнике, выложенная гладко отполированным мрамором.
За её пределами расстилалась искусственная трава, переходящая в невысокие холмы, а над головой простиралось неестественное, бесконечное фиолетовое небо.
Это было карманное измерение, имитация Подземного мира, созданная лучшими инженерами, которых только могли выставить демоны. Я и сам экспериментировал с пространственной магией: моё кольцо с его безопасным и почти безграничным хранилищем было моим главным предметом гордости, но такой уровень сложности мне пока недоступен. Целые миры вращались на кончике чужого пальца.
Завораживающе. И пугающе. Аджука Вельзевул — это нечто совершенно иного уровня.
Но нельзя отвлекаться. Не сейчас.
Цуфааме стояла напротив, её длинные пурпурные волосы развевались на сотворенном ветру.
Вид у неё был удивленный, но острый, понимающий взгляд был прикован ко мне. Она ожидала, что я рухну в тот же миг, как она выпустит свою ауру.
Я не рухнул.
Давление, которое она излучала, раздавило бы целые армии демонов низшего и среднего класса. Даже многим демонам высшего класса было бы трудно дышать под таким напором. Но я держал спину прямой, а дыхание — спокойным. Я не доставлю ей удовольствия увидеть меня на коленях.
Цуфааме склонила голову, её губы изогнулись в опасной улыбке.
— Ты не упал. Как интересно.
«Дерьмо».
Она сильнее меня, без сомнений. И теперь мне нужно либо победить её, либо устроить достаточно яркое шоу, чтобы впечатлить Сатан, но при этом не раскрыть все свои козыри.
«Блять. Ладно... думай, Зайрас!»
Небо над нами потемнело. Тучи сгустились и закрутились в яростную спираль по её малейшему желанию.
Через секунды обрушился ливень, с ревом хлещущий по мрамору и траве.
Цуфааме подняла руку, и дождь подчинился ей, собираясь в потоки и реки прямо в воздухе, формируя вокруг неё массивную водяную сферу.
Её родословная. Морской Змей Конца. Левиафан.
— А это может быть даже весело... — Её голос, казалось, исходил из каждой капли воды вокруг меня.
Сфера распалась на потоки, которые обрушились на меня, подобно падающим крепостным стенам.
Я выставил многослойные щиты, искривляя воздух и чистую силу в тандеме.
Первый поток разбился о них, с шипением превращаясь в безвредные брызги. Второй надавил сильнее, заставив меня отступить на шаг, но я вспыхнул демонической силой и перенаправил его, разрезая воду на пласты, прошипевшие мимо.
Этого мало. Нужно переходить в наступление.
Я тянул, скручивал, сгибал. Давление воздуха сгущалось в моих руках, пока сама атмосфера не взвыла от напряжения. Резким толчком я высвободил его — секущее лезвие сжатого воздуха пронеслось по арене.
Оно с воем устремилось к Цуфааме, по невероятной траектории изгибаясь вслед за её движениями.
Она даже не дрогнула. Водяная сфера уплотнилась, превращаясь в пузырь вокруг неё, укрепленный настолько, что он засиял, как сапфир.
Мой воздушный удар врезался в него, соскользнул по дуге и раскроил землю за её спиной. Мрамор разлетелся в крошку, траву вырвало с корнем, и каньон десятиметровой глубины распорол ландшафт измерения.
Пузырь лопнул, как мыльная пленка.
Цуфааме обернулась, взглянула на глубокую рытвину позади себя, а затем снова на меня.
Она кивнула один раз, словно признавая мои усилия.
Я с трудом сглотнул. Этот кивок сказал мне всё.
Она собиралась взяться за дело всерьез.
Обновлено: 23.01.2026