Глава 26 — Глава 26

Один из жителей с недоумением посмотрел на Су Юаньбао и с издевкой произнёс: — Су Юаньбао, ты же вроде как учёный, как же ты докатился до такого постыдного дела? — Нет! Не несите чепухи, ничего я не крал! — Су Юаньбао с силой вырвался из хватки Су Эли. На его лице отразилось презрение. — Подумаешь, несколько ростков подсолнуха, кому они сдались! — Раз не сдались, чего же ты припёрся среди ночи их вырывать? — Юнь Минъюэ была остра на язык, и, видя, что пострадала Су Эли, она точно не собиралась отпускать братьев просто так. — Это... — Су Юаньбао быстро сообразил и, указав пальцем на Су Эли, заявил: — Это она сама хотела мне их отдать! Сказала, что возиться с ними слишком хлопотно, вот и велела мне забрать их себе. Су Эли нахмурилась: — Мне хлопотно? Стал бы я тогда просить их у госпожи Цао? Чуаньчуань и Нуаньнуань в восторге от этих цветов, с чего бы мне их отдавать? И вообще, кто занимается пересадкой посреди ночи? Что же ты днём не пришёл? Су Юаньбао не нашёлся что ответить, его лицо густо покраснело. Видя его замешательство, кто-то из деревенских гневно выкрикнул: — Совсем молодой, а делом заняться не хочет, только и горазд по чужим огородам лазать! Неужели в школе тебя только этому и учили?! Для жителей деревни любые саженцы, хоть и стоили гроши, имели особую ценность. Из такой кучи рассады подсолнухов выросло бы целое поле семечек. То, что он всё выдрал, было ударом по чужому тяжкому труду. Кража рассады, возможно, и не тянула на тюрьму, но в глазах деревенских это было преступление ничуть не меньшее, чем любое другое воровство! Воровать постыдно, а губить чужие всходы — постыдно вдвойне! Су Шитоу был косноязычен. Он тоже хотел как-то оправдаться, но мог лишь поддакивать брату, а раз Су Юаньбао замолчал, то и он не знал, что сказать. Видя, что народное негодование растёт, Су Шитоу в панике посмотрел на старшего брата, отчаянно подмигивая ему и делая знаки руками. Лицо Су Юаньбао то краснело, то бледнело. Наконец, его осенила идея. Он заставил себя успокоиться и обратился к толпе: — Да, признаю, мы пришли сюда копаться в земле, и это было неправильно. Но у меня была причина. — Я и не говорил, что не возмещу тебе эти подсолнухи, — с напускной важностью сказал Су Юаньбао, глядя на Су Эли. — Вот найду то, что сам спрятал, и сколько ростков испортил, столько же и верну. Су Эли с усмешкой посмотрела на него, а затем обвела взглядом собравшихся: — Хорошо. Тогда скажи, что же ты там спрятал? Если у тебя и правда была причина и ты готов возместить ущерб, тогда забудем об этом. Су Юаньбао уже всё расчитал в своей голове. Он был уверен, что Су Эли зарыла там несколько кусочков серебра, а эти подсолнухи не стоили и сотой доли этой суммы. Стоит ему первым заявить, что серебро принадлежит ему, как он сможет забрать его себе, кинув девчонке пару медяков в качестве компенсации. Поэтому он заявил с полной уверенностью: — Я спрятал там несколько кусочков серебра. Это мои личные деньги. А уж где мне их прятать — моё личное дело, никого оно не касается! Лицо Су Эли неуловимо помрачнело: — Су Юаньбао, ты бредишь. Откуда там взяться серебру? Увидев такую реакцию, Су Юаньбао окончательно убедился: серебро точно там! — Не веришь — и не надо, но я его там спрятал! Если не веришь, дай мне раскопать остальное, и сама увидишь! — он стоял на своём. — Я никогда не лгу! С этими словами он бросился выдирать оставшиеся подсолнухи, а Су Шитоу поспешил ему на помощь. — Эй! Вы что творите! — Су Эли, казалось, в панике попыталась их остановить. Су Юаньбао был непоколебим: — Это мои деньги! Я же сказал, как найду своё серебро — всё тебе возмещу! — Почему это ты решаешь, что вырывать, а что нет?! Вы... вы просто издеваетесь! — Су Эли выглядела так, будто вот-вот расплачется. — Я их с таким трудом сажала, дети их так полюбили, по какому праву вы их уничтожаете! — По праву того, что там мои деньги! — Су Юаньбао грубо оттолкнул её. — Прочь с дороги! Что ценнее: твои сорняки или моё серебро? На самом деле, он толкнул её совсем несильно, но Су Эли притворилась, что падает, и с вскриком едва не повалилась на землю. Юнь Минъюэ вовремя подхватила её. Она не могла больше на это смотреть и закричала: — Да что вы творите?! Обижаете человека на глазах у всех! Ты вообще мужчина или нет?! — Вот именно! — Госпожа Цао, которая тоже вышла на шум, поддержала дочь. — Говоришь, твоё серебро там, а доказательства есть? Кто станет прятать деньги в чужом доме? Это подсолнухи Ли-эр, и раз она не велит их трогать, значит, не смейте прикасаться! Кто-то из возмущённых жителей тоже подал голос: — Правильно! Хочешь копать — сначала получи разрешение хозяйки! Су Юаньбао засучил рукава: — Эй, вы что, издеваетесь? Су Эли, слушай меня внимательно: там мои деньги! Как выкопаю, за твои паршивые подсолнухи я заплачу! Су Эли в душе лишь холодно усмехнулась. Он даже не называет её сестрой, никакого элементарного уважения. Поистине «прекрасное» воспитание в семье Су. Она сделала серьёзное лицо: — Я не согласна. Мало того что рассада стоит денег, так я ещё время и силы на неё тратила. Как ты это возместишь? Если бы не свидетели, Су Юаньбао наверняка бы уже набросился на неё вместе с братом. Не верилось ему, что они вдвоём не справятся с одной девчонкой! Но он ведь мнил себя благородным учёным, он не мог вести себя так дико и необоснованно! Мысль о зарытом серебре не давала ему покоя. Он сделал вид, что задумался, и сказал примирительным тоном: — Давай так: ты позволишь мне доискать, а потом я возмещу тебе всё в двойном размере, идёт? И тебе даже сажать ничего не придётся, я сам приду и всё посажу своими руками! Он выставил себя крайне щедрым и уступчивым, у Су Эли как будто не осталось причин отказывать. Она будто бы поразмыслила немного и спросила: — Значит, если ты сейчас всё вырвешь, то правда заплатишь вдвойне? — Правда! Слово мужчины — закон! — Су Юаньбао, думая лишь о серебре, готов был пообещать что угодно. — Ну ладно, — неохотно кивнула Су Эли. — Ищите. Только этого он и ждал. Су Юаньбао тут же с остервенением выдернул очередной росток, Су Шитоу не отставал от него. Однако, когда последний подсолнух был вырван, улыбка на лице Су Юаньбао застыла и сменилась недоумением. Где же серебро? Разве не здесь оно должно было быть?! «Наверное, проглядел!» — подумал он и жестом велел Су Шитоу поменяться местами. Они принялись сантиметр за сантиметром перерывать землю. К тому времени как их лица были по уши в грязи, кроме пары дождевых червей, они так ничего и не нашли. Он замер в оцепенении. Как же так? Где деньги?! Су Эли усмехнулась и неспешно спросила: — Ну и где серебро? Нашёл? — Это ты его забрала! — вскрикнул Су Юаньбао, подпрыгнув на месте. — Ты точно знала, что я его там спрятал, и украла его! — Послушай-ка, Су Юаньбао, — Су Эли помрачнела и стала чеканить каждое слово. — Ты сегодня явился к моим дверям с этой нелепой выдумкой и устроил переполох. То, что я не позвала людей побить тебя, уже было проявлением уважения. Но у всякого безумия должен быть предел. Ты спрятал серебро у моего дома? Да кто в это поверит? Деревенские согласно закивали. У кого есть серебро, тот прячет его у себя дома. С какой стати тащить его к чужим воротам? — И вообще, ты только учишься и нигде не работаешь, откуда у тебя серебро? Этот вопрос окончательно сбил Су Юаньбао с толку. Но он быстро нашелся: — Мама дала! Разве мама не может меня баловать? Она копила свои личные деньги и отдала их мне, у кого-то есть возражения?! Су Эли спокойно улыбнулась: — Вот и славно. Сейчас я попрошу людей позвать вторую тётку. Как раз и староста здесь. Расскажете ему по отдельности, сколько там было серебра, и посмотрим, сойдутся ли показания. Вы ведь не можете не знать, сколько у вас было денег? Тут Су Юаньбао окончательно растерялся. Он стоял, перепачканный грязью с ног до головы, с пустыми руками, не зная, куда деться от стыда. Его вид был жалок до предела. С самого детства его все баловали, он никогда ещё не попадал в такой позор! Его самолюбие было уязвлено, и он прорычал сквозь зубы: — Су Эли, не переходи границы!