Никаких мечей и поклонов старейшинам — переселенец воюет дневником, и одна его язвительная запись способна взбесить целый континент. Стоит ему высмеять чужого «гения», как тот от стыда и злости продирает потолок силы, а верхушка Храма Духа скрипит зубами, не находя, что возразить. Первая красавица академии уже тает от его до смешного невзрачного боевого духа — и не подозревает, что за этой скромностью прячется издёвка над всеми законами культивации. Авторитеты трещат по швам, соперники копят ненависть — а он как ни в чём не бывало пишет дальше: кто получит на орехи следующим?

Никаких мечей и поклонов старейшинам — переселенец воюет дневником, и одна его язвительная запись способна взбесить целый континент. Стоит ему высмеять чужого «гения», как тот от стыда и злости продирает потолок силы, а верхушка Храма Духа скрипит зубами, не находя, что возразить. Первая красавица академии уже тает от его до смешного невзрачного боевого духа — и не подозревает, что за этой скромностью прячется издёвка над всеми законами культивации. Авторитеты трещат по швам, соперники копят ненависть — а он как ни в чём не бывало пишет дальше: кто получит на орехи следующим?