— …… — Линь Луань не ответил, в его глазах мелькнула тень досады.
Тянь Нунси задумалась, собралась было что-то сказать, как вдруг у неё закружилась голова, и она нечаянно ступила в грязь.
Увидев, что она вот-вот упадёт, Линь Луань не раздумывая протянул руку, чтобы поддержать её.
Кончики его пальцев коснулись чего-то мягкого и тёплого, совсем не похожего на шершавую кожу рукояти меча или страницы книги.
Девушка была так тонка в талии, что, казалось, её можно было обхватить одной рукой.
Не прошло и секунды, как Линь Луань, уже с совершенно невозмутимым лицом, отпустил Тянь Нунси, которая едва успела выпрямиться, слегка прокашлялся и только тогда спросил:
— Что ты хотела сказать?
Он опустил взгляд, скользнул им по кончикам пальцев, затем перевёл его на Тянь Нунси и, подражая ей, приподнял бровь.
Тянь Нунси, вся в своих расчётах, без тени смущения ответила:
— Я хотела сказать… эээ… да, у меня голова кружится. Сходи-ка в город купи две пары матерчатых туфель.
С этими словами она достала из-за пояса помятый кошелёк, высыпала оттуда все десять монет, затем забрала обратно четыре.
— На туфли хватит двух монет, остальные можешь потратить на что угодно, не стесняйся.
Тянь Нунси встала на краю поля, приподнялась на цыпочках, чтобы дотянуться до плеча Линь Луаня, и похлопала его по-дружески.
— Не думай лишнего, это не в счёт твоей зарплаты и не считается прогулом… эээ… отгулом.
Линь Луань тихо усмехнулся и согласился:
— Хорошо.
Затем взял из её руки несколько монет, и его холодные пальцы случайно скользнули по её тёплой ладони, оставив после себя лёгкое покалывание.
Фигура Линь Луаня растворилась среди полей.
Тянь Нунси спрятала улыбку, подняла взгляд на солнце, ещё не достигшее зенита, затем опустила его, разыскивая разбросанные по полю вёдра и черпак из тыквы.
Она поставила вёдра одно на другое и швырнула внутрь два черпака.
Пустые вёдра были лёгкими, и сейчас Тянь Нунси без труда подняла их.
Она развернулась и направилась —
к соседнему полю.
Тянь Нунси бегло осмотрела его: действительно, как и говорилось в документе, здесь было целых три му земли.
Чжуан Сюэлин не преувеличивала — это была настоящая целина.
Трава росла густо, почти по щиколотку.
Тянь Нунси закатала рукава, присела и взяла в ладонь немного земли.
Благодаря траве и дождям почва, которая, судя по всему, не обрабатывалась целый сезон, не была слишком сухой, при сжатии в пальцах чувствовалась влага.
Вероятно, это поле забросили из-за его удалённости.
До реки было далеко, поблизости не было даже ручья, чтобы установить водяное колесо.
Тянь Нунси встала, размышляя, как можно использовать эту землю.
Почва здесь подходила для выращивания риса, но рис требует много воды, а это поле находилось далеко от источника. Если решено сажать рис, придётся таскать воду вёдрами.
Она потерла уставшие руки, подняла вёдра и пошла на север, к роще камфорных деревьев.
Была весна, и семена камфоры ещё не созрели.
Жёлтые цветы росли густыми соцветиями, пышно цветя.
Стоило войти в рощу, как в воздухе разлился лёгкий аромат.
Тянь Нунси потратила всего полчаса, чтобы набрать два полных ведра листьев, и, неся по ведру в каждой руке, неторопливо вернулась домой.
Придя, она перевернула сушившиеся во дворе рисовые зёрна, затем нашла в кладовой мешок и высыпала в него все листья из вёдер.
Дома никого не было, старики Тянь ещё не вернулись.
Тянь Нунси нашла кувшин с вчерашней водой, залпом выпила его содержимое, вытерла рот, взвалила на спину корзину с серпом и граблями и вышла, закрыв за собой дверь.
На этот раз она отправилась на юг, в места, где раньше никогда не бывала, ориентируясь лишь по смутным воспоминаниям.
К счастью, у Тянь Эрнян была подруга в этих краях, да и сама Тянь Нунси хорошо ориентировалась в пространстве, так что вскоре, без особых приключений, она нашла нужный участок.
Увидев заброшенный участок в один му всего в нескольких метрах от таблички с надписью "Деревня Ли", Тянь Нунси вздохнула, достала из корзины серп и принялась выпалывать сорняки.
Закончив, она взяла грабли и тщательно перекопала всю землю.
Когда она подняла голову, прошло уже больше двух часов.
Ранней весной солнце спешило на покой и скоро должно было скрыться за горами.
Тянь Нунси вспомнила о договорённости и, мысленно молясь, чтобы Линь Луань шёл как можно медленнее, стала быстро собирать вещи.
Не теряя времени, она поспешила домой той же дорогой.
Человеку не угнаться за весенним солнцем.
Стоя перед закрытыми воротами дома Тянь при лунном свете, Тянь Нунси подумала об этом.
Она немного отдышалась после быстрой ходьбы и тихонько постучала в дверь.
Тихий разговор в доме прекратился, сменившись торопливыми шагами.
Шаги приближались и остановились прямо у двери.
Тянь Нунси приготовила заранее заученную улыбку.
Но на пороге стоял не Линь Луань, не старики Тянь и не Тянь Яоцзу.
Она растерянно смотрела на человека, который так же растерянно смотрел на неё, лихорадочно пытаясь вспомнить, кто это.
Прошло несколько мгновений, прежде чем тихий смех из глубины двора прервал этот бесконечный взгляд.
Тянь Нунси очнулась и повернулась к источнику звука.
Линь Луань, уже умывшийся и переодевшийся в новый белоснежный шёлковый халат с вышитыми узорами облаков, которые едва виднелись в лунном свете, стоял посреди двора, как сосна, и его взгляд был нечитаем.
Наконец он неспешно произнёс:
— Как долго ты шла по такой короткой дороге.
Тянь Нунси знала, что виновата, и не стала оправдываться, а просто шагнула в ворота.
Человек у двери наконец опомнился от её ослепительной улыбки и поспешно отступил в сторону.
Когда она вошла, он сказал:
— Сестрица Эрнян, давно не виделись.
Тянь Нунси обернулась и встретилась с его улыбающимся взглядом.
— Брат Хэнъань? — неуверенно произнесла она.
Обновлено: 20.01.2026