Глава 97 — Глава 48.1

В среду днем Ян Вэй взяла отгул в школе и вместе с Ци Сяоянем отправилась в Бюро гражданских дел, чтобы официально зарегистрировать повторный брак. Сотрудник, принимавший их, был тот же, что и в прошлый раз, и, похоже, узнал ее. После ошеломленной паузы он спросил: — Эй, а вы не те ли самые Гольдбахи, которые развелись недавно? Ян Вэй: «…» Улыбаясь, она сказала ему: — Гольдбах сбежал с Эйлером*. Пожалуйста, помогите нам пройти все формальности, связанные с повторным браком. П. п.: Эйлер Леонард (1707-1783) — швейцарский философ, математик, механик и физик; более 30 лет проработал в Петербургской академии наук. Не было ни одной области математики, в которую бы Эйлер не внес глубокие идеи, новый аналитический аппарат или фундаментальные формулы и соотношения. Сотрудник: «…» Собрав информацию о них, он начал выполнять все необходимые процедуры. Наблюдая за тем, как они пишут свои имена в заявлении, он не смог сдержать тяжелый вздох. — Для возникновения чувств требуется длительное взаимодействие между партнерами. Чем дольше это длится, тем глубже будут чувства. Поздравляю вас с повторным браком. Ян Вэй и Ци Сяоянь одновременно поставили свои подписи. Они вышли из Бюро гражданских дел, и свидетельство о разводе в их руках превратилось в свидетельство о браке. Ян Вэй открыла красную папку, которую держала в руках, и пролистала ее. Ничего не изменилось, кроме даты. — Поздравляю, госпожа Ци, — сказал Ци Сяоянь, наблюдая за ней с легкой улыбкой на губах. Убрав свидетельство в сумку, Ян Вэй прошептала в ответ: — Нет, это вас надо поздравить, господин сталкер Ци. Ци Сяоянь не обиделся, что его назвали преследователем, но рядом с ним Ян Вэй вдруг что-то вспомнила и остановилась. Ци Сяоянь озадаченно посмотрел на нее, спрашивая: — В чем дело? Ян Вэй презрительно поджала губы. — Кудряшка, ты так и не сделал мне предложение. Она уже дважды получала свидетельство о браке, но он ни разу не опустился перед ней на одно колено! Ци Сяоянь поднял бровь и потянул ее в сторону машины. Цветущие персиковые деревья вокруг дорог уже увяли, и остались только сочные зеленые листья на ветвях. Несколько таких листочков понеслись вслед за черной Ауди по бетонной дороге. В Бюро гражданских дел женщина подмигнула своему коллеге, напоминая: — Не забудь мое острое вяленое мясо. Ци Сяоянь, вернувшись домой, сел на диван и сказал Ян Вэй: — Я договорился с фотоателье, что в эту субботу мы снова сделаем свадебные фотографии. Ошеломленная Ян Вэй, усевшись на диван и скрестив ноги, стала возмущаться: — Зачем нам снова фотографироваться? Она бы предпочла, чтобы он встал на одно колено и сделал предложение руки и сердца! С большим букетом роз! Вместо какой-то фотографии… — Ты разрисовала нашу старую фотографию, неужели ты собираешься оставить ее висеть в таком виде? Ян Вэй вспомнила о свадебной фотографии, висевшей в их спальне, и улыбнулась. — По-моему, выглядит неплохо. Гораздо лучше, чем на самом деле. Ци Сяоянь пристально посмотрел на нее, затем на его губах тоже появилась улыбка. — Тогда я сегодня вечером нарисую для тебя свою версию. Я усердно занимался в вашем классе весь семестр, так что я очень уверен в себе. Ян Вэй: «…» Надув губы, она сказала: — А разве у нас не должно быть копии старого фото? Почему бы нам просто не распечатать ее? — Я хочу еще одну, новую, — тон Ци Сяояня был таким же капризным, как у детей, которых она учила в школе. — Хотя мы больше не будем устраивать свадьбу, я хочу, чтобы у нас было новое начало. Ян Вэй не стала сопротивляться. В конце концов какой девушке не нравится носить свадебное платье? Она наденет его два раза в жизни, и рядом с ней будет стоять один и тот же мужчина. С этим вопросом было покончено, и Ци Сяоянь отправился в кухню, чтобы нарезать ей яблоко. — Кстати, в пятницу приедут мои родители. Давай поужинаем дома. Я сам могу все приготовить. Ян Вэй взяла маленький кусочек яблока и кивнула. — Звучит отлично. Перед тем как лечь спать, Ян Вэй воспользовалась тем, что Ци Сяоянь принимал душ, и достала свой телефон, спрятанный под подушкой. Она уже давно не просматривала свои веб-романы. Вчерашняя встреча с Фан Чэнжанем напомнила ей, что она следит за несколькими романами в Интернете, и она захотела посмотреть, как там идут дела. Открыв приложение, девушка первым делом зашла на страницу [Подожди еще три минуты]. Несмотря на то, что [Подожди еще три минуты] пережила сильную бурю, она все же решила завершить свою текущую работу, прежде чем уйти на покой, и Ян Вэй была очень впечатлена этим. Однако, когда страница загрузилась, она обнаружила, что на этой неделе не было никаких обновлений. Должно быть, его предродовая депрессия очень серьезна. В верхней части страницы находился длинный пост, который Ян Вэй внимательно прочитала: [С увеличением числа лиц, жестоко обращающихся с собаками во всех слоях общества, я вижу, как появляется все больше разных способов жестокого обращения с ними. Поэтому прямо сейчас слабые одинокие собаки находятся в тяжёлом состоянии, у них кризис. Как лидер собак одиночек, я глубоко ощущаю трудность выживания в этом мире. Даже когда я просто слушаю музыку и расслабляюсь, на меня могут сыпаться незаслуженные оскорбления. Вот почему с этого момента я решила посвятить себя великому делу защиты одиноких собак. Весь мой энтузиазм и любовь будут посвящены этому делу, поэтому у меня нет времени на обновления :)] Ян Вэй: «…» Она видела многих авторов, которые бросали свои романы, но такую сильную причину перерыва видела впервые. Последние комментарии под постом выглядели крайне оживленными. [Значит ли это, что обновлений больше не будет, пока автор не влюбится? [пока-пока].] [Не смеши меня, если автор действительно влюбился, то обновления и правда больше не появятся.] [Последний раз я видел такое нетрадиционное объявление о прекращении выпуска романа в микроблоге Boiled Lemon. [пока-пока]] [Значит, последнее сообщение о любви было не пиар-ходом, а реальным делом (⊙o⊙)?] [Великий Боже, разве твой парень не Octopus Ball? Ты такая выдающаяся, что не стоит пускать все на самотек :)] Один читатель по имени [Братец Лис, собирающий цветы] написал длинное эссе в тоне теплом, как весенний ветерок, заботясь о разбитом сердце автора и надеясь, что это сердце большое, и его хватит на любовь к партнеру и читателям.