Площадка для тренировок сил в Школе Громового Огня была огромной, под открытым небом. Здесь стоял гомон, то и дело взрывались мощные всплески ци.
Когда Лу Мин вслед за отцом вошёл внутрь, в глаза ударили яркие вспышки пламени, а в уши — раскаты грома. Школа учила огненным и громовым силам, так что тренировки здесь выглядели весьма бурно.
— Второй глава!
Завидев Лу Цинъяня, ученики почтительно кланялись.
Лу Мин оглядел площадку. Здесь собралось около сотни человек — все, кто поступил в школу учиться божественным силам.
Каждый ученик школы сил ежегодно платил за обучение. С годами и ростом мастерства плата снижалась, а набравшись опыта и сил, можно было войти в руководство школы — и тогда уже не платить, а получать немалый доход.
Бывали, конечно, и исключения. Например, если глава школы брал тебя в личные ученики. Такие не платили вовсе, получали горы ресурсов, и положение их было несравнимо выше, чем у обычных учеников. Правда, взамен их связывали с главой настоящие узы учителя и ученика, и просто так уйти и сменить наставника было уже нельзя.
«Что-то здесь не так».
Лу Мин окинул взглядом площадку. Он смутно чувствовал, что многие ученики не в своей тарелке и тренируются вполсилы.
Ясное дело почему. Из-за Чжан Юэ.
Благодаря стараниям Цзян Лин весь Цинъюань уже наверняка знал: близорукая Школа Громового Огня за горсть ресурсов «продала» обладателя высшей кости Чжан Юэ Золотому Ворону.
Самое смешное, что вся эта «горсть» — одна пилюля закалки кости высшего качества.
Надменная барышня даже не потрудилась хоть для вида дать побольше. В её глазах школе третьего уровня и так была оказана великая честь — сама пожаловала.
А обиднее всего было то, что оправдаться они не могли. Оставалось молча нести на себе чужую вину. Иначе благородная дочь Золотого Ворона не постеснялась бы пустить в ход что-нибудь жестокое.
Когда у тебя нет силы, у тебя нет даже права возразить.
Кто-то поумнее, может, и чуял в этой истории неладное. Но кого волнует маленькая школа третьего уровня, когда против неё стоит школа пятого уровня с великим мастером во главе?
— Второй глава.
Из толпы вышел крепко сбитый молодой человек и сложил руки в поклоне.
— А, Юань, — с улыбкой кивнул Лу Цинъянь.
Юань Да было около двадцати. Густые брови, большие глаза. В школе он провёл три года, по здешним меркам считался старожилом и уже проходил третью закалку кости. Надёжный, прямодушный, его уважали, и дед его ценил. Единственный изъян — низшая кость.
— Молодой хозяин. — Юань Да простодушно улыбнулся и кивнул Лу Мину.
Раньше, ещё до пробуждения кости, Лу Мина в шутку прозвали в школе «молодым хозяином» — дед ведь глава школы, а отец второй глава.
— Брат Юань.
Юань Да нравился Лу Мину куда больше, чем Чжан Юэ. Жаль только, что с низшей костью оправдать надежды деда тот не мог.
— Юань, как там последний набор? Сколько пробудили кости? — спросил Лу Цинъянь.
— Второй глава, кость пробудили десять учеников. У девятерых низшая, у одного средняя.
— Вот как? Средняя? Кто? Это хорошая новость. — На лице Лу Цинъяня мелькнула радость.
Из всех, кто пробуждает кость, у семи-восьми из десяти она низшая. Со средней тебя уже считают опорой многих школ. А высшая — удача, которую не отыщешь: она сама выбирает, к кому прийти.
Среди сотни с лишним учеников Школы Громового Огня средняя кость была у считаных единиц.
— У младшего брата Фан Лана.
Юань Да замялся.
— Что такое? — Лу Цинъянь заметил перемену в его лице.
Юань Да пошевелил губами и криво улыбнулся:
— Младший брат Фан Лан, как пробудил среднюю кость, сильно возгордился. А тут ещё узнал, что четвёртый глава... то есть Чжан Юэ ушёл из школы. Вот он и говорит, что хочет, чтобы вы, второй глава, взяли его в личные ученики.
Лу Мин скривился. Дело было вовсе не в ученичестве: этот Фан Лан просто позарился на то, как жил раньше Чжан Юэ, и решил тоже подкормиться за счёт школы.
Средняя кость, конечно, заслуживает внимания. Но беда в том, что Чжан Юэ уже объел их школу подчистую.
— В личные ученики?
Лицо Лу Цинъяня ничего не выражало. После Чжан Юэ от этих слов его, считай, передёргивало.
К тому же он прекрасно понимал, чего добивается этот Фан Лан. Воспользоваться шатанием, начавшимся после ухода Чжан Юэ, и урвать себе местечко получше.
Уж слишком сладко живётся личному ученику: плату не вносишь, ресурсы школы получаешь даром, да ещё и сам глава тебя лично наставляет.
Только род Лу держит школу, а не богадельню.
На Чжан Юэ они поставили когда-то, потому что их загнало в угол проклятие. Пришлось рискнуть. А итог... ресурсы потеряли и опозорились.
Тогда выбора не было. А теперь у них есть свой, родной Лу Мин с полунебесной костью. С какой стати снова ставить на чужака?
Но и отказывать напрямую было бы неразумно. Вдруг Фан Лан сгоряча уйдёт в другую школу? Тогда и плату за обучение потеряют, и хлопот у школы прибавится. Средняя кость — это всё-таки талант.
Немного подумав, Лу Цинъянь сказал:
— Собери весь новый набор. Сегодня я сам обучу их силе школы.
Юань Да кивнул и ушёл.
Лу Цинъянь повёл Лу Мина в правую часть площадки. Вскоре Юань Да привёл группу юношей и девушек в алой форме школы, ещё совсем зелёных.
Впереди шагал сияющий юноша лет шестнадцати. Даже ученики постарше и поопытнее сами подходили поздороваться и любезно ему улыбались.
От такого внимания улыбка юноши становилась всё самоувереннее.
Ещё бы: со средней костью можно смотреть свысока на большинство людей.
Это, очевидно, и был Фан Лан, новичок со средней костью.
Десять новичков подошли и поклонились.
Фан Лан, увидев Лу Цинъяня, сразу заговорил:
— Второй глава, по поводу моего дела...
Фан Лан был малый неглупый. В обычное время за среднюю кость ему бы никто из глав не пообещал личного ученичества. Но сейчас время было особое: школу штормило, и ей срочно требовался кто-то, на кого можно равняться, чтобы успокоить людей. И лучше всего на эту роль подходил он, только что пробудивший среднюю кость.
Так что просить об ученичестве следовало именно сейчас, пока момент удачный.
Но договорить Лу Цинъянь ему не дал, махнув рукой:
— Сначала закончим сегодняшнее занятие.
Фан Лану пришлось замолчать. Про себя он решил: «Ладно. С моей средней костью я сначала покажу себя, тогда и другие ученики меня поддержат».
— Мин вчера тоже пробудил кость. Теперь будет заниматься вместе с вами. — Лу Цинъянь кивнул на сына.
Фан Лан мельком глянул на Лу Мина. «Молодой хозяин» был на два года младше, и всерьёз его Фан Лан не принимал.
— Кость у вас только-только пробудилась, ци пока немного, — раскатисто зазвучал голос Лу Цинъяня. — Поэтому первая сила, которую вы освоите, — низшая сила нашей школы, «Огненный клинок».
Своё имя школа получила не случайно: все её силы были громовыми и огненными. «Огненный клинок» хоть и считался низшей силой, по разрушительности заметно выделялся среди прочих.
Лу Цинъянь взмахнул рукой, и Юань Да с помощниками поставили перед новичками десять глиняных горшков.
Лу Мин заглянул внутрь. Горшок был полон огненно-красной мази, от которой несло жаром. Над ней порой даже проскакивали язычки пламени.
Как «молодой хозяин», Лу Мин, конечно, знал, что это. Огненная мазь — особый материал для освоения «Огненного клинка».
Для любой силы мало одного способа. Нужен ещё подходящий материал. Способ и материал вместе дают двойной результат, и только тогда наследие силы считается полным. Даже для низшего «Огненного клинка».
— Все вытяните ладони.
По команде Лу Цинъяня новички, и Лу Мин с Фан Ланом в том числе, поспешно подняли руки.
Лу Цинъянь сложил два пальца. Кончики быстро раскалились докрасна и вспыхнули алым пламенем. Он резко встряхнул рукой, пламя рассыпалось и упало каждому на ладонь.
Пш-ш.
Кожу слегка обожгло. На ладонях осталась бледная огненная метка.
— Покройте ладонь мазью. Слейте ци с жаром мази и подчините его себе. Ведите его по пути, который указывает оставленная мной метка, и прокладывайте русло силы. Если сумеете оставить хотя бы крупицу этой силы отпечатком на кости — значит, «Огненный клинок» освоен.
Едва отец договорил, Лу Мин первым сунул правую руку в горшок, позволив обжигающей мази покрыть её целиком.
Ш-ш-ш!
Ладонь обдало нестерпимым жаром, и лицо Лу Мина исказилось.
Другие новички и вовсе не выдержали — заорали и принялись бешено трясти руками. От этого зрелища старые ученики, собравшиеся поглазеть, покатились со смеху. Видно, вспомнили, как сами позорились, осваивая «Огненный клинок».
Лу Мин глубоко дышал. В правой ладони метался раскалённый жар. Медлить было нельзя: он сделал всё, как учил отец, мысленно позвал — и из кости силы хлынула струйка ци.
В следующий миг ци столкнулась с жаром мази.
— А-а!
Один из новичков вскрикнул. Едва его ци коснулась жара, как тот её смял и прорвался наружу через поры на руке. Рука занялась огнём.
Лу Цинъянь не успел и слова сказать, как Юань Да окатил парня из заранее приготовленного таза с ледяной водой.
— Продолжайте, — невозмутимо бросил Лу Цинъянь. Видно, такое ему было не впервой.
Он обвёл взглядом новичков. Большинство мучились и почти не продвигались. А вот Фан Лан держался неплохо. Поначалу и он растерялся, но благодаря средней кости ци у него было побольше, чем у остальных, и он быстро обуздал жар и начал прокладывать русло силы.
Наконец Лу Цинъянь посмотрел на сына, и глаза его невольно вспыхнули.
В отличие от остальных, Лу Мин был совершенно спокоен. Ладонь его покрывала мазь, но по оставленной метке Лу Цинъянь ясно чувствовал: сын прокладывает русло «Огненного клинка» с поразительной скоростью.
Бешеный жар мази в руках Лу Мина вёл себя на удивление смирно.
Лу Цинъянь довольно усмехнулся. Полунебесная кость и правда творила чудеса. К тому же Лу Мин уже прошёл первую закалку, и ци в его кости было куда больше, чем у Фан Лана и остальных. «Огненный клинок» не должен был доставить ему особых хлопот.
Следующие два часа одиннадцать новичков раз за разом черпали жар огненной мази и отрабатывали «Огненный клинок».
К концу большинство выбилось из сил. Все с горечью разглядывали покрасневшие ладони, у кого-то кожа уже облезала лоскутами.
— О?
Кто-то из зевак удивлённо ахнул.
Все обернулись. Фан Лан протянул руку, и на его ладони проступило бледное алое сияние — язычок пламени сантиметра в полтора-два.
Повеяло жаром. Глаза Фан Лана вспыхнули восторгом. Он рубанул ладонью по деревянному столбу, и крохотный огонёк, как огненный нож, в один миг разрубил его. Срез почернел.
— Ого! Пламя в пару сантиметров! Фан Лан освоил «Огненный клинок»! — зашумели старые ученики.
— Здорово! Я до этого пять дней добирался, а он за два часа управился. Недаром средняя кость.
— Хуже, чем у четвёртого главы... у Чжан Юэ. Помню, Чжан Юэ в первый же день выдал пламя сантиметров на тринадцать. Вот это было сильно.
— Не мели чепухи, у того высшая кость. Для Фан Лана это отличный результат.
Шум привлёк ещё больше народу. Узнав, что Фан Лан за два часа выдал огненный клинок, все уважительно загалдели.
Под восхищёнными взглядами улыбка Фан Лана становилась всё шире. Собой он был очень доволен. Он повернулся к Лу Цинъяню, сияя, — пора было ковать железо, пока горячо, и просить личного ученичества.
Раз Чжан Юэ кормился за счёт школы, почему бы и ему не попробовать?
— Второй гла... — звонко и уверенно начал он.
Гу-у-ум!
Не успел он договорить, как сквозь гам площадки прорезался странный гул пламени, и многие головы невольно повернулись на звук.
В том числе и голова Фан Лана.
В следующий миг шум начал стихать. Тишина, словно круги по воде, расходилась от центра к краям, пока не смолкла вся площадка.
Все глаза округлились, в них волной поднимались потрясение и ужас.
В этих глазах отражался юноша, прямой, как древко копья. Он медленно поднял правую ладонь, и из неё полилось алое пламя.
Густое, с проступающей острой кромкой.
А главное...
Длиной оно было в треть метра.