Городская управа занимала огромный участок в самом центре Цинъюаня. За её стенами теснились павильоны и башни, а по улице перед воротами расхаживала стража в доспехах.
В таких городах, как Цинъюань, градоначальника назначала власть, и за его спиной стояла вся мощь державы Великая Шан. Недаром его называли владыкой округи. Власть и положение у него были немалые, и все влиятельные дома города держались с ним учтиво.
Лу Мин, Гао Юй и Юань Да вслед за дедом беспрепятственно миновали ворота. Провожатый привёл их во внутренний двор с искусственными горками, густыми соснами и кипарисами.
На открытой площадке стояло несколько каменных беседок, и в них уже было немало людей.
Едва Школа Громового Огня вошла, как к ним со всех сторон потянулись двусмысленные взгляды.
— Ха-ха, неужто это глава Лу из Школы Громового Огня? Слыхал, ваш драгоценный личный ученик переметнулся в школу почище? — раздался низкий смешок.
Насмешка в нём звучала откровенная и неприятная.
Лу Мин нахмурился и посмотрел в сторону голоса.
В одной из беседок стояли люди в чёрном. Во главе — худощавый мужчина средних лет с алыми прядями в волосах. Взгляд острый, в глазах будто мерцали красные искры.
Но больше всего бросались в глаза его руки — необычайно широкие, толстые ладони алого цвета. От них тянуло жаром, и воздух вокруг становился сухим и душным.
«Школа Красного Песка».
Лу Мин сразу их узнал. Это была ещё одна из четырёх школ третьего уровня в Цинъюане. А мужчина во главе — её глава, мастер сил Ши Тун по прозвищу Алая Длань, чьё имя гремело на весь город.
Школы сил учат за плату и набирают учеников, так что соперничество между ними всегда жёсткое. А у Громового Огня и Красного Песка — особенно: обе школы славились огненными силами.
За эти годы между ними случилось бессчётное число стычек, в том числе и поединки учеников насмерть. Побеждали то одни, то другие, и счёт обид вышел долгим.
Но в целом Громовой Огонь всё же был сильнее. А с тех пор как в школе поднялся Чжан Юэ, последние два года он держал Красный Песок под каблуком.
Так что уход Чжан Юэ, пожалуй, никого так не обрадовал, как Красный Песок.
За спиной Ши Туна стояли трое юнцов. Первый — худощавый и довольно смазливый, только глаза у него были беспокойные: всё время шарили по стройной фигуре Гао Юй. Двое других — крепкие, здоровенные и немного похожие друг на друга.
Все трое вызывающе ухмылялись людям Школы Громового Огня.
— Хм. Люй Сяо и братья Гун — Гун Пэн и Гун Ху, — тихо фыркнул Юань Да.
Гао Юй почувствовала наглый взгляд Люй Сяо, и её хорошенькое лицо заледенело. Она шепнула Лу Мину:
— Люй Сяо — самый сильный и одарённый из молодых учеников Красного Песка. Обе низшие силы своей школы, «Пылающую ладонь» и «Летящий песок», он довёл до большого мастерства. А ещё я слышала, что он вот-вот доведёт до малого мастерства «Железоплавящую руку красного песка».
Лу Мин прищурился. «Железоплавящая рука» — средняя сила Красного Песка. Если Люй Сяо и правда доведёт её до малого мастерства, он станет одним из самых опасных среди прошедших три закалки.
— А у меня «Пламя золотой лавы» только-только освоено, — с горькой досадой сказал Юань Да. — Кто знает, когда дотяну до малого мастерства. На Смотре в следующем месяце с Люй Сяо, наверное, придётся биться Гао Юй.
Оба прошли по три закалки, но в силах Люй Сяо его уже обогнал.
Взгляд Юань Да потух. В упорстве он не уступал никому, но низшая кость тормозила его на каждом шагу, и ему оставалось лишь смотреть, как те, кто пришёл в школу позже него, догоняют и оставляют его позади.
Лу Мин промолчал. Утешение от человека, освоившего «Огненный клинок» и «Малую молнию» до малого мастерства за три дня, прозвучало бы ещё больнее.
А глава Красного Песка всё не унимался. Он с улыбочкой продолжал:
— Глава Лу, я ведь давно говорил: даже если из курятника вылетит золотой феникс, в курятнике он не останется. Вы человек бывалый — как же вас так ослепила высшая кость, что вы бросили на неё всё, что школа копила годами?
Ши Тун покачивал головой, будто и правда сокрушался о потерях Громового Огня.
Но Лу Мин отчётливо слышал в его голосе злорадство. Хорошо ещё, что дядя не пришёл. С его-то нравом он не стерпел бы, пусть бы перед ним стоял хоть трижды мастер сил.
Лицо Лу Цзиня не дрогнуло. Насмешка его ничуть не задела.
— До Чжан Юэ наша школа тоже держала Красный Песок под каблуком, — ровно ответил он.
Улыбка Ши Туна застыла, по лицу скользнула злоба. Он холодно усмехнулся:
— Вот как? На Смотре в следующем месяце Красный Песок охотно это проверит.
Лу Цзинь больше не обращал на него внимания и повёл своих в свободную беседку.
Лу Мин огляделся. Люди были ещё в двух беседках.
В одной собрались по большей части настоящие громилы. Их кожа отливала серым, как камень, и от них веяло тяжёлой, давящей телесной мощью.
Школа Горовержцев. Их силы укрепляли тело, и те, кто доходил в них до предела, по слухам, и правда могли сдвинуть гору.
Лу Мин посмотрел на единственного сидящего в той беседке человека. Рядом со своими учениками, похожими на железные башни, он выглядел на удивление щуплым. Рука, державшая чашку, казалась костями, обтянутыми тонкой серой кожей.
Глава Школы Горовержцев, Шэнь Тай по прозвищу Горовержец.
Лу Мин перевёл взгляд на последнюю беседку. Там сидел мужчина средних лет в белом. Из четырёх глав он выглядел самым молодым, но Лу Мин не раз слышал, как дед говорил о нём с немалой опаской.
Глава Школы Золотого Меча — Линь Чанкун, прозванный Золотым Мечом.
Из четырёх школ третьего уровня в Цинъюане Школа Золотого Меча с самого основания прочно занимала первое место. Первая школа Цинъюаня — и по праву.
За спиной Линь Чанкуна стояли юноша и девушка.
Юноша — высокий, статный, в белом, с бровями вразлёт и ясными глазами, настоящий красавец. Рядом с ним — девушка в белом, гибкая и изящная. Она с улыбкой что-то негромко говорила ему, и в её взгляде светилось восхищение.
И Линь Чанкун, и эти двое лишь скользнули взглядом по людям Школы Громового Огня и тут же отвернулись, больше не удостоив их вниманием. Гордость первой школы Цинъюаня так и сквозила в каждом движении.
— Это Ван Чэнь из Золотого Меча. — Гао Юй поджала алые губы, и в её голосе прозвучали тревога и опаска. — Его кость почти высшая, на ней золотые крапины. И силы он схватывает очень быстро. Обе низшие силы своей школы довёл до большого мастерства, а среднюю, «Золотой свет», — до малого. Говорят, у него уже начал складываться первый узор силы. Может быть, через несколько месяцев он прорвёт преграду и станет великим носителем.
Преградой называли главное препятствие, что встаёт перед носителем на переходе к каждой новой ступени. Носители боялись её как огня: кому не хватало дара или удачи, тот мог всю жизнь биться о преграду и так и не подняться выше, сколько бы ни упражнялся.
— Среди всех школ Цинъюаня Ван Чэнь, наверное, сильнейший из молодых учеников. Он и с прямыми наследниками кланов Ли и Янь может потягаться.
— Почти высшая... Так ведь всё равно средняя? — заметил Лу Мин.
Гао Юй опешила, потом тихо засмеялась:
— С твоей настоящей высшей костью, конечно, не сравнить. Но она всё равно куда лучше наших. А девушка рядом с ним — Линь Чжао. Она тоже прошла три закалки. Золотой Меч вечно называет себя первой школой Цинъюаня и страшно задирает нос. На учеников остальных трёх школ они и смотреть не хотят. Но, думаю, когда они узнают о твоей высшей кости, спеси у них поубавится.
Лу Мин кивнул и мысленно прикинул свои силы. Вторая закалка пройдена только наполовину, «Огненный клинок» и «Малая молния» — лишь на малом мастерстве. До этих старших учеников ему пока далеко.
Но это пока.
Дайте ему месяц — и всё изменится. Лу Мин в этом не сомневался.
Полунебесная кость и таинственный отпечаток огненного лотоса давали ему уверенность, что он догонит лучших учеников любой школы.
Когда все четыре школы собрались, в глубине двора послышалось движение, и издалека донёсся зычный низкий смех:
— Прошу прощения, главы школ, что заставил себя ждать.
Смех рокотал, как рык тигра, как перекаты грома, и от него задрожала ци во всём дворе. На собравшихся навалилось необъяснимое давление.
Лу Мин, Гао Юй, Юань Да и молодые ученики других трёх школ переменились в лице. Всех пробрала дрожь, будто они вдруг оказались под взглядом хищного зверя.
Лу Цзинь, сидевший перед Лу Мином, поднялся. Над ним взметнулась жаркая, яростная ци громового огня и встала стеной, начисто погасив давящую тяжесть.
Лу Мин посмотрел туда, откуда исходила эта грозная сила. Из глубины двора показалась группа людей. Впереди шёл мужчина средних лет в зелёном халате. Лицо у него было мягкое, но в каждом шаге чувствовалась сила, от которой становилось не по себе.
Под настороженными, благоговейными взглядами мужчина в зелёном вышел на середину двора, и снова раздался его густой смех:
— Меня зовут Чжоу Сюань. Я назначен градоначальником Цинъюаня и надеюсь впредь на вашу поддержку и помощь. Вместе будем беречь покой нашего Цинъюаня.