Янь Цзиншуй тоже поставила поддержку для своих растений, но это был уже полуготовый каркас, который она просто купила. Ей оставалось лишь воспользоваться креплениями в нужных местах, чтобы собрать конструкцию. Несмотря на это, у неё ушло довольно много времени на сборку, и даже тогда каркас едва держался. Издалека он выглядел как большая пластиковая конструкция, неуклюже торчащая из земли и совершенно не вписывающаяся в окружающий пейзаж.
В отличие от неё, Чжао Линун использовала для своего каркаса груду гниющих веток, но он выглядел аккуратным и не выбивался из картины бескрайнего поля вокруг.
Янь Цзиншуй уже некоторое время наблюдала за ней, ожидая, что та наконец-то заметит её и спросит, зачем она здесь. Однако Чжао Линун лишь коротко кивнула и продолжила работать, словно никого вокруг вообще не было.
В конце концов, устав от игнорирования, Янь Цзиншуй заговорила:
— Говорят, ты ночью тайком пробралась на базу и украла овцу декана, но тебя поймали?
Чжао Линун, которая как раз зачерпывала воду из ведра, чтобы помыть руки, застыла и подняла голову, удивлённо посмотрев на неё.
— Что? Когда это я воровала овец декана?
— Об этом говорит вся Девятая сельскохозяйственная база. — Янь Цзиншуй говорила спокойным, но снисходительным тоном. — У тебя есть потенциал. Не позволяй Вэй Ли сбить тебя с пути. Сосредоточься на фермерстве. Ты не такая, как они.
Чжао Линун молча вытерла руки сухой тряпкой, а затем сказала:
— Спасибо за заботу, но это моё личное дело.
Янь Цзиншуй, казалось, была разочарована таким ответом. Она посмотрела на Чжао Линун с сожалением, покачала головой и, уходя, пробормотала:
— Ни к чему не стремишься!
Чжао Линун осталась в замешательстве. Почему её обвиняют в отсутствии стремления к развитию?
На обратном пути Янь Цзиншуй столкнулась с Хэ Юэшэном, Вэй Ли и Тун Тун. Бросив взгляд на то, что они несли, она тяжело вздохнула и, проходя мимо, выпалила:
— Бездельники! Ни делом не занимаетесь, ни к прогрессу не стремитесь!
Тун Тун моргнула, не понимая, что только что произошло. Хэ Юэшэн обернулся, указал на удаляющуюся фигуру Янь Цзиншуй и спросил у Вэй Ли:
— Она тебя ругала?
Вэй Ли рассмеялась:
— Она ругала... нас всех.
— Смотрите, что мы принесли! — воскликнула Вэй Ли, когда компания подошла к Чжао Линун с курами, котелком и вязанкой дров.
Чжао Линун, которая как раз закончила собирать инструменты, удивлённо посмотрела на них.
— Что вы задумали?
Вэй Ли, держа ощипанную курицу в одной руке, другой похлопала Тун Тун по плечу — та несла котелок.
— Хэ Юэшэн сказал, что его кордицепс отлично подойдёт для супа, и я решила, что куриный бульон будет идеален!
С тех пор как они в прошлый раз устроили пикник, Вэй Ли не терпелось повторить опыт.
— Старшая соученица, — вздохнула Чжао Линун, — ты не боишься, что у тебя закончатся куры?
— В моём курятнике их полно, — ухмыльнулась Вэй Ли. — Вся моя исследовательская работа посвящена эффективному разведению бройлеров*.
П.п.: Бройлеры — быстрорастущие гибриды кур, которых специально выращивают на мясо.
Животноводство развивалось чуть быстрее, чем сельское хозяйство. Хотя проблему с кормами удалось решить, уровень мутаций был не таким высоким. Однако условия всё равно отличались от прежних. Несмотря на улучшение кормов, смертность птиц возросла, а некоторые болезни больше не поддавались лечению обычными лекарствами.
Четверо друзей разожгли огонь и начали готовить куриный бульон прямо посреди поля, среди бела дня.
Вэй Ли повернулась к Чжао Линун:
— Янь Цзиншуй приходила к тебе?
— Может быть... — Чжао Линун задумалась. — Наверное, просто проходила мимо.
— Она что-нибудь сказала? — спросила Вэй Ли, явно недолюбливавшая Янь Цзиншуй после того, как та неожиданно бросила её с вещами, а теперь ещё и отругала.
Чжао Линун медленно подбросила в костёр ещё одну ветку.
— Сказала, что мы ночью тайком украли у декана овцу.
Хэ Юэшэн, который в этот момент пил воду, поперхнулся и закашлялся. Тун Тун заботливо протянула ему салфетку.
— Теперь понятно, почему сегодня на меня так странно смотрели, — сказал Хэ Юэшэн, вытирая лицо. — Кто вообще пустил этот слух?
— Не знаю, — ответила Чжао Линун. — Янь Цзиншуй услышала это от кого-то другого.
Затем она повернулась к Вэй Ли и спросила:
— Есть новости о белой стене в Восточном районе?
Вэй Ли покачала головой.
— Я спрашивала у дяди, но никаких новостей. Похоже, мы единственные, кто столкнулся с мутировавшей овцой.
Вэй Ли никак не могла отделаться от мысли, что им просто не повезло. Овца не мутировала ни до их появления, ни после — только в тот момент, когда они вошли.
К счастью, все вышли оттуда целыми и невредимыми.
Компания провела в поле целый день, оставшись до обеда, чтобы насладиться куриным бульоном.
После «пира» Хэ Юэшэн подошёл к Чжао Линун, когда они остались одни.
— Я достал трёхгранный кинжал, — сказал он, открывая на оптическом компьютере изображение. — У него сломан кончик, да и вообще он немного старый, но его можно починить. С ремонтом выйдет 9800 очков.
Чжао Линун взглянула на картинку. Трёхгранный кинжал был не больше 25 сантиметров в общей длине, причём рукоять и лезвие составляли примерно по 8 сантиметров. Само лезвие было призматическим, с канавками на трёх гранях.
— Такую трёхгранную форму легко вытащить, а ещё можно добавить яд в канавки, — пояснил Хэ Юэшэн. — Единственный минус — он чуть длиннее моего ножа, но его всё равно можно носить с собой.
— Беру, — сказала Чжао Линун, переводя очки Хэ Юэшэну. — Но что будет, если меня с ним поймают?
— Не проблема, — пожал плечами Хэ Юэшэн. — Это списанный армейский кинжал. Да, формально это контролируемое оружие, но никто не будет придираться из-за пары ножей. Это же не пистолет.
— Но раз уж у тебя теперь трёхгранный клинок, потренируйся перед тем, как пользоваться им, — предупредил он. — Такой кинжал когда-то называли «королём кровотечения». Один укол — и кровь уже не остановить.
Чжао Линун: «…»
Она просто хотела более острый нож на случай экстренной ситуации, но этот короткий кинжал оказался куда опаснее, чем ожидалось. Точно не тот инструмент, который обычно носит фермер.
Обновлено: 19.02.2026