Сарана плотнее запахнула плащ с капюшоном, шагая по кварталу красных фонарей Аверлона. Этот район города и местные жители, и власти одинаково называли Ямой Живодеров. Почему такое название? Что ж, эта часть города располагалась в низине, а значит, здесь вечно стояла проблема с дренажем воды. Вдобавок близость к стене лишала это место солнечного света. В итоге Яма стала самым негостеприимным уголком столицы. Однако именно соседство со стеной превратило её в рассадник контрабанды. А где контрабанда, там преступники и беднота, за счет которой эти преступники наживаются. Слово «Яма» в названии было более чем оправданно – это и впрямь было средоточие порока и страданий.
Что же до «Живодеров» – если вы приходили сюда за удовольствием, то «сдирали» бы с кого-то одежду. Но была и другая причина: местные бандиты имели привычку заживо сдирать кожу с людей, чтобы отправить доходчивое послание своим врагам.
В общем, местечко было прескверное, но если вам требовалось нечто такое, чего не достать законным путем… Яма Живодеров – это именно то, что нужно…
Последнюю неделю Сарана пыталась организовать свой отъезд из Аверлона. Сегодня должны были напасть на деревни. Это означало, что петля на её шее затягивается. Ей нужно было выбраться отсюда как можно скорее: если новости о нападениях распространятся, ей конец. Кто знает, лорд Аверлон может даже выставить её козлом отпущения и распять на потеху толпе. В конце концов, такое уже случалось раньше…
Однако все её планы рухнули. Легальных способов покинуть город не осталось из-за перекрытых дорог. Единственным выходом были тропы контрабандистов, но, по слухам, даже они прекратили перевозки. По сути, город оказался в полной изоляции – и законной, и теневой.
Существовала лишь одна организация, способная полностью парализовать деятельность контрабандистов. Синдикат… Сарана надеялась, что ошибается, но нутро подсказывало: подозрения верны…
Не имея других вариантов, Сарана решила обратиться к старому союзнику. У неё накопилось немало должников, и она планировала использовать все свои связи, чтобы убраться из этого города к чертям собачьим…
Подойдя к неприметной двери, она постучала, и тут же открылось смотровое окошко.
— Кто там? — Раздался голос мужчины с той стороны. Его маленькие глазки сузились, вглядываясь в скрытое капюшоном лицо.
— Леди Сарана, — ответила она и приподняла капюшон ровно настолько, чтобы свет, пробивающийся сквозь щель, упал на её лицо.
Окошко с щелчком закрылось. Послышался скрежет многочисленных засовов. Наконец дверь распахнулась, и Сарана шагнула в тусклый коридор.
— Хочешь видеть босса? — Спросил мужчина. Сарана окинула его взглядом – перед ней был типичный громила. Мускулистые татуированные руки, неопрятная, полная вшей борода, вонючая одежда и шрам через всё лицо…
— Да, — кивнула Сарана.
— Иди за мной, — буркнул он, направляясь вглубь коридора.
Остановившись у ничем не примечательного участка стены, он нажал на один из камней. Сарана услышала щелчок, и часть кладки отошла, открывая дверной проем.
— Босс там, внизу… — начал было мужчина, указывая на лестницу.
— Я знаю где, — нетерпеливо оборвала его Сарана, спускаясь по ступеням.
Лестница вела к двери, из-за которой доносилась музыка. Сарана грубо толкнула её, оказавшись в просторном, ярко освещенном зале. Здесь люди предавались всем известным человечеству порокам. Справа она увидела прилично одетого дворянина со спущенными до щиколоток штанами; на его коленях скакала хорошенькая шлюха. Мужчина отхлебнул из бутылки и зарылся лицом в грудь девки.
Слева какой-то главарь местной банды вдыхал со стола красный порошок, а по обе стороны от него прильнули обнаженные женщины. Куда бы Сарана ни бросила взгляд, картина была одинаковой. Здесь было не меньше двух десятков «клиентов», проживающих лучшие моменты своей жалкой жизни.
Кем бы ни был её старый друг, предприниматель он был отменный. Один из трех криминальных авторитетов Ямы Живодеров, он обладал богатством, способным соперничать с состоянием самого лорда Аверлона. Ведь именно он был главным поставщиком того самого красного порошка. Небесная Пыль – галлюциноген, ставший настоящим хитом в преступном мире. Говорили, что он дарит чувство пребывания на небесах, прилив восторга и усиливает любое мыслимое удовольствие. Так что потребители нюхали его и продолжали пить и трахаться до самого утра.
Сарана шла мимо групп смеющихся мужчин и стонущих куртизанок. Насколько она помнила, за одну ночь такого блаженства здесь брали баснословные суммы. У её старого друга никогда не было недостатка в клиентах – здесь всегда всё забито до отказа, а за место в этом притоне удовольствий порой даже убивали.
Наконец она подошла к нужной двери, прошла мимо двух охранников и вошла внутрь. Никто не осмелился бы на такое, не зная точно, что делает, поэтому стража даже не шелохнулась.
Первое, что она увидела, – это старый друг, сидящий за столом, и шлюха, оседлавшая его со стонами.
— Кхм, — нетерпеливо кашлянула Сарана.
Девка резко обернулась, на её лице отразился шок. Она тут же соскочила и забилась в угол комнаты. Старый приятель со вздохом потянулся поправлять штаны.
— Ты слишком пугливая, — протянул мужчина. Девка заметно вздрогнула, в её глазах застыл страх.
— Корненк, — произнесла Сарана, глядя на старого друга. У него была зеленая кожа, заостренные уши, маленькие черные глазки-бусинки и два клыка, выступающие из-под нижней губы.
Корненк был полуорком. Большинство орков – тупые создания, но Корненк был наполовину человеком. Его мать захватили во время орочьего набега на земли города-государства далеко от Аверлона. Что ж, орки брали женщин не просто так, и когда мать Корненка наконец спасли, он уже был у неё в утробе. Умышленно прерывать беременность – против законов небес, так что Корненка выносили и родили. У него было тело орка, но разум – человеческий, пусть и с легким оттенком типичной орочьей жестокости.
— Сарана, что привело тебя сюда? — Спросил Корненк, оскалившись в клыкастой улыбке.
— Дело, — ответила Сарана, присаживаясь перед его столом.
— Ну конечно… — Корненк изобразил притворное разочарование. — …Знаешь, если ты когда-нибудь заглянешь ради удовольствия, я устрою тебе ночь бесплатно. Найду для тебя парочку симпатичных парней, — он рассмеялся.
— Как-нибудь в другой раз. Мне нужно обсудить с тобой кое-что срочное, — отрезала Сарана.
— Ладно, что тебе нужно? — Лицо Корненка мгновенно стало серьезным.
— Мне нужно выбраться из Аверлона, — прошептала Сарана.
При этих словах Корненк вздохнул и потер переносицу. Он на мгновение задумался, а затем взглянул на шлюху, всё еще нервно стоящую в углу.
— Эй, ты. Достань мне бутылку вина из того шкафа, — он указал на дальний конец комнаты.
Девка покорно направилась к шкафу. Стоило ей повернуться спиной, как Корненк выхватил спрятанный под столом ручной арбалет и хладнокровно выстрелил ей в спину. Шлюха ахнула и рухнула лицом вниз. Сарана увидела, как её глаза расширились от ужаса, а изо рта пошла кроваво-красная пена. Белки глаз налились кровью, лицо стало багровым.
— Яд песчаной рыси? — Спросила Сарана.
— Да, действует быстро и парализует. С такой малюткой трудно гарантировать смерть иначе, — сказал Корненк, бросая арбалет на стол.
— Я так понимаю, что-то не так? Или ты просто никого не убивал последние пару месяцев? — Сарана вскинула бровь.
— Нет-нет, на прошлой неделе я прирезал одного щенка… И да, дело дрянь. Нельзя рисковать, чтобы подробности нашего разговора ушли на сторону, — глаза Корненка ожесточились.
— Я пыталась выбраться из города по своим каналам, но безуспешно. Подумала, может, ты поможешь? — Спросила Сарана.
— Тебе по-прежнему не везет… — скривился Корненк.
— Корненк, ты мой должник. Если бы не я, лорд Аверлон уже давно снял бы твою голову, — огрызнулась она.
— Я знаю, поэтому и не могу помочь. Из этого проклятого города нет выхода, пока лорд Аверлон не позволит. Если бы я мог вытащить тебя, ты бы со мной сейчас не разговаривала – я бы сам давно отсюда смылся… — он снова поморщился.
— Ты хочешь уйти? — Удивилась Сарана. Если он уйдет, то потеряет слишком много – на создание этой криминальной империи ушло десятилетие. Бросить всё сейчас – значит перечеркнуть все прошлые усилия.
— Конечно хочу, Сарана. Две недели назад, проснувшись, я нашел это у себя на подушке, — Корненк открыл ящик и выудил золотое перо – визитную карточку Синдиката.
— Проклятье… А ты пробовал? Что мешает тебе уйти? — Сарана почувствовала, как начинает ныть голова.
— Нет, я не пробовал. Я не настолько идиот. Единственное, что меня останавливает, – страх смерти. Знаешь Борена? Босса «Белых Шрамов»?
— Да, а что? — Сарана вспомнила имя главного конкурента Корненка в Яме Живодеров.
— Он мертв, — мрачно ответил Корненк.
— Мертв? — Удивилась Сарана.
— Именно. Я слышал, другие боссы тоже подумывали о побеге. Ждал, пока кто-нибудь рискнет первым. Борен оказался достаточно глуп, и теперь остатки его туши соскребают с потолка его же спальни, — вздохнул он.
— Значит, его убили не при попытке побега? — Уточнила Сарана.
— Нет, он всё подготовил, должен был уйти на следующий день. Говорят, он приложил все усилия, чтобы сохранить это в тайне. Видимо, недостаточно… — сказал Корненк.
— Что ты слышал о Синдикате?
— Слухи, как обычно. Но все они сводятся к одному: Синдикат не хочет, чтобы кто-то покидал город. Войти можно без проблем, а вот выйти – никак. Поставки всё еще идут, но скоро поставщики поймут, что их фургоны не возвращаются… — он снова сжал переносицу.
— И это еще не самое худшее. Поговаривают, что Леди Мщение здесь, в Аверлоне, — добавил Корненк, понизив голос, словно боясь, что его подслушают в собственном кабинете.
— Корненк, мои связи говорят, что она в шести разных городах одновременно. Твой – седьмой, — ответила Сарана, цепляясь за любые крохи сомнения. Если Леди Мщение, глава Синдиката, действительно в Аверлоне, то ей конец…
— Знаю, мои говорят примерно то же самое. У меня городов было четыре, связей-то поменьше. Но нутром чую – дело плохо. Новое чудовище, погибшие авантюристы, изоляция, принцесса, выпущенная из своей магической клетки… Теперь Синдикат зашевелился: вырезает непокорные банды, убивает криминальных авторитетов, а тут еще и слухи о Леди Мщение. Слишком много совпадений, — сказал Корненк.
— Откуда ты узнал, что принцесса выбралась? Да откуда ты вообще знаешь про Колыбель? — Сарана была в шоке. Она изо всех сил старалась держать это в секрете и была уверена, что в Яме Живодеров о Колыбели не знает никто.
— Сарана, кто-то же должен был строить тот особняк. Он не вырос из-под земли, как гриб. Строители болтают – по крайней мере, болтали, пока ты их всех не перебила. Добавь к этому подозрительно своевременную весть о её якобы смерти, твои закупки эфира на черном рынке в огромных количествах, плюс слухи о магах, уходящих в лес. Не так уж трудно сложить два и два, — ответил Корненк.
— Ладно, но как ты узнал, что она сбежала? — Сарана начала гадать, сколько еще информации гуляет по городу.
— Ты перестала покупать эфир, верно? Единственная причина покупать его так много и так регулярно – это подпитывать что-то. Что-то секретное, чего нет в официальных бумагах. Раз закупки прекратились, значит, питать больше нечего.
— Но не волнуйся, насколько мне известно, больше никто об этом не знает. У меня просто были подозрения. Я навел справки еще тогда, когда помогал тебе достать тех рабочих много лет назад. Ты только что подтвердила мои догадки, — успокоил её Корненк.
— Если ты единственный, кто знает про Колыбель, почему другие боссы пытаются бежать? — Спросила Сарана.
— Потому что по ним Синдикат бьет гораздо сильнее, чем по мне. Ты же меня знаешь: я не люблю банды, я предпочитаю профессионалов, их легче контролировать. У меня есть пара банд под каблуком, но это самые организованные.
— Когда Синдикат закрыл город, некоторые банды решили, что всё равно смогут что-то вывезти. Сама знаешь этих уличных королей: пара кварталов под контролем – и они уже мнят себя всемогущими. Думают, у них хватит сил бросить вызов Цареубийцам, — пояснил Корненк.
— Полагаю, ты своих держишь на коротком поводке? — Уточнила Сарана.
— Разумеется. Я не ищу смерти, — отрезал Корненк, бросив на Сарану взгляд, безмолвно вопрошающий, неужели она считает его идиотом.
— Да, извини, — ответила она.
— Так вот, Синдикату это совсем не понравилось. Они устроили чистку. За одну ночь вырезали восемь банд. Все, кто был замешан в этой идиотской браваде, словно испарились.
— Так что нет, выхода из города нет. Синдикат превратил это место в тюрьму. Никто не выйдет. Если только не убедишь лорда Аверлона отпустить тебя, но это вряд ли.
— Если найду лазейку – дам знать, но не надейся. Сомневаюсь, что Синдикат настолько небрежен, чтобы оставить хоть один путь, — мрачно подытожил Корненк.
— Даже если найдешь, это может быть ловушкой. Удобный способ переловить самых проблемных, — вздохнула Сарана.
Дело было дрянь. Корненк прав: слишком много событий одновременно. Монстр, прорыв Колыбели, Синдикат, пришедший в движение. И этот чертов слух о Леди Мщение… Если она действительно здесь, нужно бежать из Аверлона любой ценой. Грядет что-то ужасное…
— Советую тебе затаиться. Я знаю, что это ты приказала напасть на деревни. Если станет совсем жарко, можешь спрятаться здесь, у меня. Не уверен, насколько это безопасно, когда кругом рыщет Синдикат, но всё лучше, чем сидеть во дворце, когда весь город жаждет твоей крови.
— Ты и сама это знаешь, но не делай глупостей. Помни главное правило Аверлона. Оно не в том, чтобы «не злить Небеса» или «не злить короля». Главное правило: «не зли Синдикат». Если они скажут идти – спрашивай куда, если скажут прыгать – спрашивай как высоко, — серьезно произнес Корненк.
— Спасибо, Корненк. Это не то, на что я надеялась, но я ценю твоё предложение, — сказала Сарана.
— Я буду держать ухо востро. У твоих людей всё еще есть доступ к моим ребятам? — Спросил он.
— Да. Ты знаешь, кто они?
— Кажется, да. Думаю, лучше не подтверждать имена. Просто отправь сообщение по своим каналам, и я отвечу, — сказал Корненк.
— Так и сделаю. Было приятно пообщаться, Корненк, — Сарана поднялась с места.
Корненк открыл рот, собираясь ответить, но вдруг замер. Его взгляд метнулся туда, где лежала мертвая шлюха. Он побледнел, и Сарана почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она резко обернулась, и увиденное заставило её кровь заледенеть.
Тела там не было…
Обновлено: 19.02.2026