— Держи.
Когда изматывающая ОФП и недельные тренировки по позициям подошли к концу, а ужин был съеден, старший тренер Сон Ён Гю протянул мне папку.
— Что это?
— Расписание тренировок и диета на ближайшее время.
График занятий был расписан плотно, с обеих сторон, и занимал больше пяти листов. План питания, явно составленный при участии специалистов, не уступал ему по объёму.
— Выполнять всё строго каждый день. Когда вернёмся в лагерь, я буду гонять тебя целый год. Чтобы ни одного прогула.
— Слушаюсь.
Сон Ён Гю указал на папку.
— Если будешь следовать инструкциям, мы нарастим массу, не убив при этом амплитуду движений. А там и скорость подачи сама собой подтянется.
— Благодарю вас.
— Да за что тут благодарить. Поел уже?
— Так точно, давно закончил.
— Тогда дуй на питчерскую горку.
Я без лишних слов последовал за тренером в крытый тренировочный зал.
— Давай глянем фор-сим.
Я сделал около десятка бросков. Сон Ён Гю подошёл ближе и принялся разбирать мою технику буквально на атомы: от хвата до точки выпуска.
— Корпус гуляет. Это потому, что опорная нога встаёт не всегда в одно и то же место. И замах рукой каждый раз немного отличается.
— Не дергай головой, когда кидаешь фор-сим. Даже такую мелкую привычку противник рано или поздно раскусит.
— Записывай всё на видео и пересматривай. Дотошно. Положение стопы, свинг, точку выпуска, момент раскрытия груди – всё до мелочей.
— В питчинге важна стабильность. Ты должен работать как безупречный механизм. Только тогда контроль мяча будет идеальным.
Тук!
Тренер слегка пнул мою опорную ногу.
— Шаг. Можешь делать его шире. Ещё! Ещё! Ещё! Вот так. Бросай.
Бам!
149.3 км/ч.
Стоило лишь немного увеличить шаг, как скорость подачи чуть подросла.
— Видишь? Получается же. Всё дело в технике, парень, только в ней.
— Чего это вы улыбаетесь? — Спросил продюсер Чан, вернувшийся в тренировочный лагерь в Чеджу после срочных дел на телеканале.
— Да уж больно парень любопытный, — ответил Сон Ён Гю.
— В каком смысле?
— Выносливость отличная, старания хоть отбавляй. Но главное – схватывает на лету. Посмотри на его технику.
— Сколько ни смотрю, всё равно ничего не понимаю.
Тык.
Тренер взял планшет со стола, прищурился, настраивая масштаб, и запустил видео недельной давности.
— Есть разница?
Продюсер Чан внимательно сравнил два ролика.
— О? Кажется, движения стали увереннее.
— А теперь глянь на это живьём. Ган! Фор-сим.
Чхэ Ган, стоя на горке, по команде тренера запустил мяч.
Ба-а-ам!
149.5 км/ч.
У продюсера Чана глаза на лоб полезли, когда он увидел, что скорость за неделю ещё выросла.
— Такими темпами он и за 150 перевалит?
— Это уж от него самого зависит.
Хлоп!
Сон Ён Гю усмехнулся и хлопнул в ладоши.
— Шаг! Лопатка, помнишь? Как будто патрон в патронник досылаешь. Сжатие – взрыв! И тазом работай, резче крути!
— Есть.
Ба-а-а-ам!
149.6 км/ч.
Ли Хён Сук перекладывала свежепожаренную курицу из фритюрницы на блюдо, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
— Ты чего? Плохо себя чувствуешь? — Чхэ Вон Тэк, подставив кружку под кран пивного диспенсера, с тревогой посмотрел на жену.
— Да нет же. Просто как подумаю, что наш Ган прошёл отбор, так сердце прямо выпрыгивает.
Вон Тэк поставил полную кружку на поднос и подставил следующую.
— Я и сам вчера глаз не сомкнул.
— Мы оба ворочались. От радости. А помнишь, как его в армию забрали? Я полгода спать не могла, так за него переживала.
— Да уж… — Чхэ Вон Тэк шмыгнул носом и принялся промакивать глаза краем фартука. — Наш Ган там одиннадцать лет на одном характере продержался.
— Ты что, плачешь?
— В последнее время совсем слезливый стал. Стыдобища.
— Говорят, с возрастом у мужчин женских гормонов больше становится.
— Пиво-то дадите?!
— Иду!
Поторопленный клиентами, Вон Тэк мигом разнёс заказы. Когда он вернулся на кухню, Ли Хён Сук уже листала в телефоне новости о сыне.
— Кажется, дела у него пошли в гору.
— Он пахал как проклятый, заслужил белую полосу. А нам остаётся только тихонько его поддерживать.
— И то верно.
Вон Тэк приобнял жену за плечи и легонько похлопал, успокаивая.
В то же самое время зять Чхэ Гана, Ким Дон У, угощал коллег кофе из «Старбакса», сияя ярче обычного.
— Господин Ким, с чего такая щедрость?
— Праздник какой-то?
— Надо же, неужели солнце на западе взошло? Сам Ким Дон У нас кофе поит.
Дон У с довольным видом смотрел на коллег, едва сдерживая желание похвастаться.
— У меня шурин в одно крутое место пробился.
— Крутое? Это куда?
— Тот самый, который в спецназе служил?
Щёлк!
Дон У лихо щелкнул пальцами.
— В «Романтичный бейсбол».
— Чего?!
— Да ладно!
— Не свисти.
— Он туда стажёром пошёл? Бросил армию ради ТВ?
В каждом коллективе найдётся пара бестактных личностей. Дон У покосился на новичка Пён Бён Су и победно усмехнулся.
— Вы же все знаете Чхэ Гана?
— Да ну, не может быть.
— Врёшь.
— О-о!
Реакция коллег была именно такой, на которую он рассчитывал.
— Ган – мой чхонам, смотрите сами! — Дон У отыскал в галерее совместное фото.
— О! И правда он!
— Обалдеть!
— Повезло вам, Ким Гваджан!
— Так вы теперь и билеты на матчи достать сможете?
Дон У распирало от гордости. Мало того что он раззвонил всем на работе, так ещё и в Инстаграм выложил пост, хвастаясь родством:
Романтичный_бейсбол_отбор_пройден #Любимый_шурин_Чхэ_Ган #Душа_поёт #Где_бы_найти_приличную_девушку_для_нашего_Гана?
Многие легендарные игроки не могли надолго задерживаться в тренировочном лагере из-за работы комментаторами, собственного бизнеса или съёмок в других шоу. Поэтому костяк команды составляли молодые про-игроки на вылете, уступавшие ветеранам в классе, а также любители из университетских и независимых лиг.
— Бросай стабильно. Как робот.
— Одинаковый шаг, одинаковый поворот таза, одинаковый взмах рукой – это всегда даёт одинаковый результат.
Я безропотно принимал доктрину Сон Ён Гю: стабильная форма рождает стабильный контроль мяча, что в итоге и делает тебя мастером. У меня и впрямь частенько мяч летел в центр зоны, а с точностью были проблемы.
— Вот здесь и вот здесь.
Тренер кончиком биты коснулся края дома, а затем – ближней к нему границы бэттер-бокса.
— Ты должен уметь класть мяч в этот промежуток. В центр-то любой дурак попадёт.
— Вы хотите, чтобы я бросал болы?
— Именно.
Сон Ён Гю указал на линию между домом и бэттер-боксом.
— Настоящий питчер – тот, кто может всадить мяч ровно туда, куда задумал.
— Попробую.
Бам!
Бам!
Это оказалось непросто. Мяч то и дело залетал в середину страйк-зоны или уходил в явный бол.
— Рю Гён Джина знаешь?
— Который из «Лос-Анджелес Доджерс»?
— Ага, он самый.
На самом деле, наряду с моим кумиром детства Пак Хо Чханом, мне очень нравился и Рю Гён Джин. Питчер с железными нервами и филигранным контролем, он прошёл путь от «вечного спасателя» в «Дэджон Гриффинс» до признанной звезды Мейджор-лиги.
— Вот он так и бросает.
Сон Ён Гю показал битой на три точки вдоль бордерлайна: верх, низ и середину.
— Захочет – положит мяч по вкусу: хоть выше, хоть ниже. Может подать на миллиметр в зону, может – на миллиметр из неё.
Это звучало невероятно.
— И даже такой ас, как он, там ни разу не стал первым.
Путь, который мне предстояло пройти, внезапно показался бесконечным. То, что мне пару раз повезло выдать фастбол под 150, ещё не значило, что я смогу усадить на лавку любого бьющего. Монстры из МЛБ частенько выбивают за пределы стадиона и подачи скоростью за 160.
— На сегодня хватит, иди отдыхай.
— Уже?
— Завтра тренировочный матч, нужно подготовиться.
— Я не знал.
— Соперники сначала отказались из-за графика, но внезапно передумали и вышли на связь.
— И с кем играем?
— Бейсбольный клуб Университета промышленности Чеджу.
— Хм…
Я открыл окно автобуса, впуская соленый морской бриз. Традиционные домики Чеджу, низкие каменные ограды, лазурное небо и густая синева океана вдалеке дарили странное умиротворение.
«Штурм! Штурм!»
Грохот взрыва, вылетающая с петель дверь, ослепительный свет светошумовых гранат и свист пуль, кромсающих тишину комнаты…
Эти воспоминания внезапно наложились на мирный пейзаж. Кажется, та деревушка тоже была у моря. Почему эти мысли лезут в голову именно сейчас? Неужели ПТСР?
— Совсем другой мир.
Я безжалостно удалил из галереи телефона все фото с тактическим снаряжением и оружием.
Щёлк! Щёлк!
Вместо них я начал снимать красоты Чеджу.
— Отныне буду заполнять память только этим.
— Приветствую, тренер.
— Ничего хорошего, — буркнул Сон Ён Гю.
Мун Ик Сан, тренер команды Университета промышленности Чеджу, недоуменно поднял брови.
— Что-то случилось?
— Да основа вся разбежалась.
— Это куда же?
— Кто в отпуск, кто на съёмки, кто на рекламу… Дозвониться ни до кого не могу. Чёрт знает что.
Мун Ик Сан не смог сдержать улыбки, глядя на надувшегося коллегу.
— Ну, раз матч тренировочный, мы будем играть вполсилы.
— Цыц! — Сон Ён Гю недовольно цыкнул. — Какой ещё «вполсилы» в бейсболе? Играйте как обычно! Пусть эти лоботрясы получат по первое число, может, в чувство придут.
— Хорошо, раз вы так просите, мы выложимся на полную.
Вернувшись в дагаут своей команды, Мун Ик Сан собрал игроков.
— У них сегодня нет основы. Один второй состав, да ещё этот выскочка-самоучка. Покажем им наш уровень, вкатаем их в газон так, чтобы надолго запомнили!
После традиционного выкрика игроки Чеджу выстроились на поле. Приветствуя соперников из «Романтичного бейсбола», они буквально горели жаждой битвы.
— Терпите до конца, смотрите мяч внимательно. У Гён Су сегодня с контролем беда.
Ким Гён Су, попавший в проект через триаут четвёртого сезона, но так и не получивший приглашения в KPO, был головной болью Сон Ён Гю. Питчер из Университета Чжунхан обладал талантом, но его нестабильность и плохой контроль сводили тренера с ума.
— Уок! Бьющий на первую базу!
Ситуация развивалась именно так, как предсказывал Мун Ик Сан, и он внутренне ликовал.
Шлеп!
— Бьющий на первую базу!
Сегодня Ким Гён Су превзошёл сам себя в плане плохой точности.
Тюк!
— Далеко пошёл!
— Есть! Улетел!
Пропустив семь очков за три иннинга, Ким Гён Су передал мяч Шину Вон Джуну – единственному из профи, кто остался в лагере и пахал наравне со всеми. Во втором сезоне он блистал как «номер два» в ротации стартовых питчеров. Вон Джун блестяще отработал пять иннингов, пропустив лишь четыре хита без единого очка.
— Хорош. На сегодня достаточно.
— Спасибо.
При счёте 15:7 в пользу «Романтичного бейсбола» Шин Вон Джун вернул мяч Сон Ён Гю.
— Зови того парня.
— Кого? Чхэ Гана?
— Его.
Чхэ Ган, который уже давно разминался, вышел на горку.
— Бросай как хочешь. Расслабься.
Поскольку исход этого товарищеского матча никак не влиял на судьбу шоу, тренер Сон решил дать шанс всем, кто остался в лагере.
— Плей-бол!
Несмотря на скудный бейсбольный опыт, Чхэ Ган, закончив разминочные броски в девятом иннинге, выдал такое, что все ахнули.
Бам!
— Страйк!
148.9 км/ч.
Самый быстрый мяч за всю сегодняшнюю игру среди обеих команд.
— Прямо в край бордерлайна положил? — Продюсер Чан, наблюдавший за игрой рядом с тренером, ошарашенно уставился на ловушку кэтчера.
— Он сообразительный. Видимо, тренировался на совесть – контроль стал заметно лучше. Хотя с регулировкой силы у него всё ещё беда.
Бам!
— Страйк!
149.7 км/ч.
Хрусть!
— Свинг! Страйк-аут!
Третий мяч Чхэ Гана резко нырнул перед самым домом – это был сплиттер, ушедший в землю.
— Ого! Плечо у него просто золотое. И какая выдержка! Первый матч, а он ни капли не мандражирует… — Продюсер Чан кивнул на спокойного, как скала, питчера.
Сон Ён Гю лишь усмехнулся.
— Он с самого начала такой. Стальные нервы, никаких эмоций.
— Постойте! Это же идеальные качества для клоузера? Покерфейс и бесстрашие.
Ба-а-ам!
— Свинг! Страйк-аут!
150 км/ч.
В конце зимы, да ещё и под занавес игры, такая мощная подача стала для бьющих Чеджу полной неожиданностью – они только и успевали махать битами по воздуху.
— Ого…
— Ничего себе!
— Это реально?
— 150 в обычном тренировочном матче?
— И это выдал самоучка?!
В дагаутах обеих команд одновременно вспыхнули восхищение и стоны разочарования. Продюсер Чан не выдержал и вскинул руки вверх, будто празднуя победу.
— Есть 150!
Обновлено: 23.01.2026