Глава 57 — Кнут вместо пряника

До проклятых охотничьих соревнований остался всего один день. Горничные разбудили меня на рассвете, заставили принять ванну и приступили к наведению красоты. Всё из-за празднества, которое устраивали в охотничьих угодьях при дворце. На этот раз оно должно было развернуться с ещё большим размахом, чем в прошлые годы: в соревнованиях собирались участвовать многие особы королевских кровей и аристократы из других стран. После ванны, пропитываясь душистыми маслами, я сонно заныла, передав мокрые локоны в руки горничных: — Зачем мне это? Я всё равно соберу волосы и надену брюки на завтрашнюю охоту. — Поэтому вам и следует нарядиться красивее всех сегодня, чтобы получить от мужчин как можно больше подношений! — живо откликнулась Эмили. Горничные, вихрем ворвавшиеся в мою комнату с утра, поддержали её: — Безусловно, леди! — В этот раз вы точно станете королевой охоты! — Верно! В прошлом году главный приз выиграла леди Келлин, и её люди так ею гордились… Последняя фраза повисла в воздухе, и чересчур болтливая горничная резко замолчала. В зеркале отразился тяжёлый взгляд Эмили — награда служанке за пустой трёп. Атмосфера в комнате быстро накалилась. Та, что ненароком обмолвилась о тёмной истории своей хозяйки, теперь, похоже, боялась лишиться моего расположения. — Ну, так и есть, выиграла не я, — великодушно простила я горничной оговорку. И задумалась об охотничьих соревнованиях, которых все они ждали с таким нетерпением. В нормальном режиме подробности охоты не раскрывались, но это мероприятие было открыто для всех, независимо от пола. Последний день примечателен способом выбора победителя: даже если вы не охотитесь сами, можно выиграть главный приз, приняв помощь множества других людей. Разумеется, трудную добычу вроде медведей и тигров считали отдельно. Поэтому многие мужчины усердно бродили в поисках зверя и предлагали добытые трофеи своей избраннице, приближая её к победе. Это было своего рода ухаживание. «Охотничьи соревнования похожи на отоме-игру. Это для романтичной атмосферы, что ли?» Дочь графа Келлин победила в прошлогодней охоте благодаря Пенелопе, которая влипла в большие неприятности. Присутствовавшие на банкете мужчины вступили в игру из сочувствия к той, кого чуть не пристрелила бешеная псина герцога — обезьяна с арбалетом. «Кажется, герцога раньше дразнили этим…» Увы, меня не интересовало ничего, кроме сохранности моей жизни. — Ай. Тут меня дёрнули за прядь, заставив вернуться в реальность. — Ох, вам больно, леди? Простите, мне жаль. Горничная поправляла мои высохшие волосы. Услышав вскрик, она мгновенно отдёрнула руки и отступила. — Всё в порядке. Продолжай, — кивнула я, велев не останавливаться, и пробормотала себе под нос: — Не переживайте вы так. У меня тоже есть идея. — Какая?.. — Я поймаю её, если выпадет шанс. Мои внезапные слова озадачили горничных. — Кого, леди? — Даму, у которой больше всего добычи. — …? — Если в начале просто понаблюдать издалека, а в заключительный день подстрелить эту барышню из арбалета и унести её трофеи… — О боже, леди! Шутка должна была всех развеселить, но лица горничных почему-то резко потемнели. Эмили запаниковала и поспешила сменить тему: — Пожалуйста, не говорите таких ужасных вещей! Вот! Всё готово. Осталось только сделать макияж. — Вам предстоит долгий путь, — прошептала я, но послушно закрыла глаза, как меня и попросили. В любом случае быть красивой — это хорошо, поэтому с утренним макияжем не закончили до самого вечера. В итоге на мне оказались комплект украшений из белого жемчуга, подобранный горничными, и кроваво-красное платье с глубоким вырезом у ключиц. «Как и ожидалось, ей это к лицу». Зло обязано быть великолепным. Отражение Пенелопы в зеркале было опасно завораживающим — ведь её намеренно создали полной противоположностью героини нормального режима. Длинные, необычно яркие стрелки на глазах, со слегка приподнятыми, по-кошачьи, уголками. Алые губы, точно отравленное яблоко. К платью горничные принесли чёрные лакированные туфли. Я долго не могла привыкнуть к высоким каблукам, поэтому, когда окончательно потеряла равновесие, Эмили быстро подхватила меня и спросила: — Помочь вам спуститься на первый этаж? — Нет, приведи Иклиса. — Что? Зачем его?.. — Конечно же затем, что он будет меня сопровождать. — Э, да! Тогда минутку, леди. Я сейчас его позову. Эмили удалилась, кивнув мне со встревоженным лицом. Я понимала причину её беспокойства: рабам не позволялось входить во дворец. Но на самом деле он нужен был мне не для сопровождения, а чтобы узнать, не подрались ли они с Дериком, когда я ушла. Кроме того… «Теперь, когда меня основательно нарядили, настала пора поднять его интерес». Вскоре в дверь постучали и открыли её. — Леди, ваш эскорт со мной. — Входите. Следом за Эмили в комнату вошёл Иклис. — Госпожа… Он вдруг застыл, встретив мой ленивый, полусонный взгляд; я сидела, положив подбородок на стол. Серые глаза заметно дрогнули. Очевидно, причиной был мой сногсшибательный вид. [Интерес 50%] Я прогнала остатки сна и вмиг заулыбалась, увидев его подросший интерес. — Эмили, спускайся с футляром моего арбалета первой. — Вы хотите взять его сегодня? — Думаю, лучше заранее отнести его в коттедж. — Да, будет сделано, леди. Через некоторое время она вышла из комнаты с чехлом для арбалета. — Подойди ближе, Иклис, — я побарабанила пальцами по столу. Справившись с оцепенением, он взял себя в руки и медленно подошёл. Иклис остановился в нескольких шагах от стола. — Ближе. Подняв голову, он молча сократил дистанцию. — На колени. Несмотря на резкий, не терпящий возражений приказ, Иклис без промедления опустился передо мной на пол. Я протянула руку и нежно обхватила его подбородок. Последние несколько дней я даже не слышала о Дерике, так что нужно было тщательно всё осмотреть. К счастью, на гладкой коже не виднелось ран. — У тебя что-нибудь болит? В противоположность тому, как грубо я вертела его голову, осматривая, спрашивала я ласково. «Потому что, глядя на это лицо, сложно сдерживаться и не начать его тискать». Иклис, всё ещё смотревший на меня, слегка кивнул, когда я наконец закончила. — Полагаю, вы не дрались. — Госпожа ушла, и командир ушёл тоже, — заметив моё любопытство, мягко поведал он о том, что было дальше. — Вы беспокоились? Это был тот же вопрос, что и раньше. Тогда я с радостью ответила утвердительно. В прошлый раз мне это, возможно, даже чуть-чуть понравилось. Но сейчас серые глаза безучастно уставились на меня, и этот взгляд словно вынуждал немедленно согласиться со всем. Однако моё сердце заколотилось в груди, когда он неожиданно проявил агрессию, и я выбрала кнут вместо пряника. — Отныне не будь таким безрассудным, — голос мой был строгим, точно таким же, каким ругают собак за оплошность. — Ты сказал, что сможешь выполнить приказ, но хочешь, чтобы тебя выгнали ещё до того, как успели принять? — Он первый начал… — Что ты имеешь в виду? Холодно предупредив, я приподняла его подбородок. — Старший брат, тот, кто позволил тебе остаться, по-твоему, так же великодушен, как я? Глаза Иклиса опустились, словно мои слова были несправедливы. Его невыразительное лицо казалось таким же, как обычно, только чуть угрюмее. Впрочем, мне могло это просто привидеться. Я посмотрела на белые символы, парящие над его головой, и произнесла спокойным, нежным тоном: — Я хочу, чтобы ты оставался со мной как можно дольше. Иклиса не должны выгнать из особняка герцога, пока его интерес не достигнет максимума. Чтобы я смогла сбежать. — Так что тебе придётся исключить его из списка своих личных врагов. — … — Это значит, что нельзя выплёскивать на него обиду на Империю. Дело было не только в том, что Дерик и Иклис могли пострадать в бою. «Как этот жалкий дикарь учит вашу единственную леди держать арбалет». Стоило мне вспомнить эту фразу, как в памяти всплыл тот дождливый день. Он размахивал деревянным мечом с яростью, словно хотел кого-то убить, а потом приставил клинок к моему горлу. Иклис вроде бы относился ко мне с трепетом из-за того, что я привела и позаботилась о нём, но в то же время яростно ненавидел тот факт, что я — жительница Империи. Ради успешного побега подобные мысли должны были покинуть его навсегда. «Я должна быть уверена, что он в меня влюблён». Так что не мешало бы напомнить ему кое-что — пару раз. — Ты ненавидишь меня за то, что я тебя купила? Думаешь, лучше вернуться в аукционный дом, чем жить здесь, где на тебя смотрят свысока? — … — Мне нужен кто-то полезный. Если тебе это не нравится и ты чувствуешь себя принуждённым, я отдам тебе рубиновое кольцо. Можешь уходить в любой момент. Я тут же небрежно сняла украшение с указательного пальца левой руки. Риск был велик. Если он и правда решит уйти, мне придётся отступиться от своих слов и извиниться. Но, пройдя нормальный режим, я твёрдо уяснила одно: хотя ему приходилось выносить все придирки и капризы Пенелопы, он оставался в особняке до самого конца. Ведь рабам из побеждённой страны некуда податься: нигде в Империи им не найти места столь же сносного, как дом герцога. — Госпожа… Зрачки Иклиса дрогнули, когда я стянула кольцо с рубином и протянула ему. Как и предполагалось, он его не принял. Вместо этого… — Мне… Мне так жаль.