Глава 50 — Не предавай меня

Я могла надавить на мелкую сошку, но не на Рейнольда, который за ними стоял. Поэтому больше не обещала найти выход. Ведь я и сама хожу по тонкому льду, что ни день рискуя нарваться на оскорбления и унижения. — У нас с тобой… до чего жалкие жизни. Меня вдруг пробило на смех. И как только меня угораздило выбрать героя, обречённого, несмотря на все старания, остаться в самом низу? Если вдуматься, виной всему моё собственное положение. Я ведь решила, что добиться доверия и привязанности того, у кого нет ничего, проще, чем у тех, кто ни в чём не нуждается. — Вот. Возьми. Преподнести ему милый сюрприз с лучезарной улыбкой, как героиня нормального режима, я при всём желании не могла. Я раскрыла ладонь с ожерельем и протянула ему. — Это… — На вид игрушка, но это всё же меч. Возьмись за рукоять и влей в неё ману. Иклис озадаченно разглядывал ожерелье, что я вдруг ему предложила. Похоже, он не верил, что это меч. — Живо. Уступив моему напору, он без особой охоты ухватил клинок большим и указательным пальцами. И в этот миг — Вспых! Его руку окутало яркое сияние, и уже через мгновение он держал длинный меч. — О-о… Он вытаращился на оружие, возникшее из ниоткуда. В отличие от прочих мечей, этот — без единого камня и украшений — выглядел просто, но лезвие его отбрасывало странные блики. «На выходе торговец клялся, что если обманул, возместит ущерб десятикратно. Неужели не врал?» Иклис был любовной целью, и в новенькой тренировочной форме, с огромным стальным клинком в руке он смотрелся ослепительно. Никто бы и не подумал, что он раб. Я кожей чувствовала взгляды прохожих, прикованные к нему. — Это… зачем?.. Безучастно спросил он, не отрывая глаз от меча. Голос его почему-то звучал подавленно. Украдкой косясь на величественный стальной клинок, я заговорила: — В Империи Инка не принято, чтобы раб из побеждённой страны владел магическим оружием. — … — Но если ты не передумаешь считать меня своей госпожой и быть моим единственным рыцарем… — … — Ты станешь исключением. Его зрачки расширились даже сильнее, чем когда ожерелье обернулось мечом. — Что выбираешь? Вообще-то я не собиралась вручать ему клинок вот так, с угрозой. Я хотела, подражая героине нормального режима, выдать что-нибудь сентиментальное вроде: «Каков бы ни был твой статус, для меня ты навсегда останешься моим рыцарем». «Ха. Вышло бы настолько слащаво, что хоть вешайся». Но после того как я завела речь о травле, вся трогательность момента улетучилась, и мне пришлось, проглотив слёзы, довести дело до конца. — Решай. Примешь меч из моих рук или продолжишь нести бремя раба? — … Он лишь молча, отрешённо смотрел на меня. Я уже почти отчаялась. Откажись он от подарка — и я подумывала отдать клинок герцогу или Дерику. И тут Иклис вдруг высоко вскинул меч. И… Хрясь! Вонзил клинок в дощатый настил моста. — Ч-что ты делаешь?.. Пока я заикалась от неожиданности, он медленно опустился передо мной на одно колено. Затем без церемоний сгрёб мою руку, мирно лежавшую на перилах, и крепко сжал в своей. — Как ваш единственный меч, я клянусь вам в вечном послушании и верности. Произнеся это, он неспешно склонился. Сухие губы коснулись тыльной стороны моей ладони. Мой первый телесный контакт с мужским персонажем вышел ни холодным, ни горячим. Потому что я его почти не почувствовала. — Как ваш единственный меч, я клянусь вам в вечном послушании и любви. «Не рановато ли для церемонии посвящения в рыцари?» Эта клятва явно отличалась от той, что Иклис давал Ивонне в нормальном режиме. Меня кольнула тревога. Но… [Интерес 40%] Поднявшийся интерес мигом унял ещё не оформившееся беспокойство. «Просто сейчас всё иначе». Успокаивая себя этой мыслью, я взглянула на Иклиса, целующего мою руку. На его опрятную серовато-коричневую макушку. — …Не предавай меня, Иклис. Я впервые заговорила искренне с тем, кого выбрала. — Предательство… Означает лишь смерть. --- Всё, что я накупила у торговца оружием, доставили в особняк на следующий день. При виде горы ящиков у ворот работники онемели. — Леди Пенелопа! Ч-что это всё такое? Я только проснулась и умылась, когда в комнату ко мне примчался дворецкий. — Что? — Вы давно никуда не выезжали, но… Дворецкий не находил слов в ответ на мой невозмутимый вопрос. — Зачем вам столько оружия? Одних только деревянных мечей больше шестидесяти ящиков! — Ну, потому что их не хватало. Я пожала плечами, вспомнив вчерашнее. Дворецкий ненадолго смолк. Посмотрел на меня, как на несмышлёное дитя, вздохнул и заговорил снова: — …У вас доброе сердце, госпожа, раз в нём нашлось место и для рыцарей. — … — Но герцог не скупится на них. Это касается и деревянных мечей. Их и так в избытке, госпоже незачем покупать новые. «Да кому какое дело?» Слушая его, я склонила голову набок. А дворецкий с сожалением прибавил: — Вы так долго не выезжали — лучше бы купили украшения. Или, скажем, платья… — Дворецкий, ты, кажется, что-то не так понял. Я нахмурилась и поправила его: — Я купила это вовсе не для рыцарей нашей семьи. — Простите? Тогда… — Это подарки моему телохранителю. Дворецкий запнулся, словно не верил, что я на такое способна. — Тогда всё это… — Дворецкий, должно быть, наслышан о вчерашних беспорядках. Его лицо, прежде смущённое, теперь потемнело. «Чтобы я покупала оружие ублюдкам, что меня оскорбили, в надежде на примирение?» Я фыркнула про себя. И на всякий случай отчеканила, разбивая его последние догадки: — Я купила всё это для Иклиса — ему, похоже, не хватало учебных принадлежностей. А что? Их негде хранить? — Нет-нет. Дворецкий поспешно замотал головой. Смешно было бы, если бы в огромном особняке не нашлось для них места. Дворецкого этим, конечно, не смутить, но я нарочно вывернула его слова так, чтобы дать понять: вопросов больше быть не должно. — Уверен, госпожа всё продумала. Вскоре он медленно кивнул, соглашаясь со мной. «Неожиданно. Я думала, он скажет что-нибудь ещё». Сколько бы раз он ни напоминал, как мне следует себя вести, я по-прежнему считала поведение Пенелопы неотёсанным. Я бросила на него — так переменившегося после тех извинений двухдневной давности — любопытный взгляд и сказала: — Моей заботы ему хватит с лихвой, так что занятому дворецкому незачем об этом печься. — Тогда… — Просто приглядывай за ним, как и раньше. И сообщай мне, если случится что-то вроде вчерашнего. — Понял. Я размещу купленные вами подарки на складе, которым сможет пользоваться лишь ваш телохранитель. — Благодарю. Я выдавила улыбку в ответ на его учтивость. От мысли, что мы наконец-то разговариваем по-человечески, на душе потеплело. Вскоре после его ухода пришла Эмили с завтраком. — Госпожа! Я слышала, всё, что доставили утром, — подарки для вашего телохранителя? Она звонко защебетала, расставляя посуду на столе. — Сарафанное радио работает быстро… и без перебоев. — Вам следовало взять меня с собой… Эмили скорчила самую горестную на свете мину. По заведённому порядку горничная при молодой госпоже от неё неотлучна. А поскольку доверие господина даёт слуге больше власти, мне было кристально ясно, почему она не так давно решила стать моей правой рукой. — Держи. Я протянула ей вещицу, припасённую заранее. — Э-это… Это был бронзовый амулет от торговца оружием. Эмили не схватила его сразу — лишь во все глаза уставилась на мою ладонь. — Не возьмёшь? — Это… Что это, госпожа? — Подарок. — Подарок?.. — Пока носишь его, он будет хранить тебя от любых напастей. Амулет, что я ей предложила, особой ценностью не отличался — вырезанные на нём заклятия были простыми и довольно расплывчатыми. Зато для близких это самый верный подарок. — У меня много врагов. Теперь ты одна из моих людей, и неизвестно, где и когда тебя подстережёт опасность. Так что носи его не снимая. Меня слегка кольнула совесть за то, что в прошлый раз я незаслуженно сорвала на ней злость. К тому же она уже однажды отказалась от дорогих украшений, которые я пыталась подарить, и настаивать, честно говоря, не хотелось. А не возьмёт даже это — значит, у неё есть какой-то тайный умысел. — Госпожа… Эмили подняла голову и взглянула на меня глазами, влажными от слёз. — З-за всё время в особняке я впервые получаю такой подарок. — Неужели? — Он такой красивый! Я буду им дорожить. — Вот и славно. — Я стану служить вам ещё усерднее, госпожа! Честное слово! Она пылко поклялась мне в верности, повторив это не раз и не два. Глядя на неё, я смутно припомнила ту, что в мой первый день здесь колола меня иглой. И тут. [Система: Вы получили 5 очков репутации за улучшение отношений со слугами особняка. (Всего: 15)] Передо мной всплыло белое системное окно, и репутация, недавно просевшая, вернулась к прежнему значению. — Спасибо, госпожа! Огромное вам спасибо! Эмили всё кланялась и кланялась, и когда её голос отодвинулся на задний план, меня посетила привычная мысль. «Хорошо бы и дальше всё шло в том же духе».