Глава 243 — [Экстра] Связанные

— Маркиз. Я оглянулась на него, слегка опешив от внезапных слов. Винтер спокойно смотрел на меня. — Даже когда вы не плачете, лицо у вас всё равно грустное. — … — Поэтому… с первого взгляда я не мог отвести от вас глаз — даже когда подозревал, что вы можете быть связаны с Лейлой. На его исхудавшем лице проступила светлая грусть. — Но… теперь вы выглядите иначе. Я чуть расширила глаза и медленно спросила: — А что вы видите теперь? — Вы выглядите умиротворённой, — без колебаний ответил он. Неужели это так заметно? Я удивилась про себя. Уловив мою реакцию, Винтер горько усмехнулся. — Пока я был здесь, в ловушке, многое переменилось. И верно — я ведь совсем забыла, что Винтера заперли тут из-за Ивонны. В этом он был прав: переменилось многое. Вот только, в отличие от меня, бросившей всё и понемногу идущей вперёд, он всё это время оставался на месте. — Я знаю, что должен быть благодарен вам, миледи, — за то, что вы одолели Лейлу и даже освободили душу настоящей Ивонны. Но… — … — Скорее всего, вы пришли спасти меня, и… — … — Я этому так рад. Когда он это произнёс, в его синих глазах мелькнула боль. — Если я скажу, что хочу, чтобы это мгновение длилось вечно, вы, наверное, назовёте меня жалким ублюдком. Только тогда я поняла, что он всё ещё питает ко мне чувства. Забавно было осознать, что я до сих пор нравлюсь одному из главных героев — даже после того, как игра окончена. «Теперь это реальность». Наконец осознав это, я вспомнила, что была с Винтером довольно резка. Я так пеклась о себе, что и не задумывалась, что у него на душе. А Винтер задавил собственные чувства и без колебаний отправился сюда. Пора ему перестать тянуться ко мне и двигаться дальше. — Маркиз, — медленно начала я. — М-мне нравится наследный принц. — … — Сильнее, чем я думала. Настолько, что я отказалась от попыток сбежать от Лейлы. — … — Мне очень жаль, что я не сказала вам этого раньше. Его взгляд дрогнул. Я не была уверена, что смогу спокойно смотреть на его искажённое болью лицо, и медленно опустила глаза, вдруг пожалев о сказанном. Откажи я ему тогда напрямую — ему было бы легче меня забыть. — Почему вы сказали, что я вас заинтересовала? — Мне очень жаль, но принять этого я не могу. В тот раз я и впрямь хотела причинить Винтеру боль. Он сомневался, что Лейла — злодейка, пытавшаяся убить Ивонну. Мне было смешно, когда он признался, что я нравлюсь ему настолько, что он готов поступиться собственной верой. Однако теперь я не чувствовала ни отвращения, ни веселья. Хотя я и извинилась, отказывать мне было ничуть не жаль. Просто… Винтера тоже следовало освободить от его ноши. — Понятно, — после долгой паузы ответил он. — Не то чтобы я этого не ожидал. Ещё тогда он сказал, что едет на север — туда же, куда отправились вы. И… — … — Когда вы сбежали из дома, наследный принц трижды наведывался в мой особняк. — Что? С чего бы ему являться к маркизу… В этот миг в памяти вдруг ожил голос разъярённого наследного принца. — Когда я узнал, что ты пропала из герцогства, я как сумасшедший помчался в столицу и поднял на ноги волшебников императорского дворца. — Я был уверен, что ты с этим одержимым злым духом, и когда я его увидел…! Я…! Это было, когда мы воссоединились на корабле, шедшем к островам Арчина. «Боже. Так вот, значит…» Я мрачно посмотрела на Винтера. Пусть он учтиво назвал это «визитом», мне стало не по себе, стоило представить, что на самом деле творилось, когда Каллисто врывался к нему домой в поисках меня. — Простите за доставленные неудобства, маркиз. Этот псих не… То есть прошу прощения от имени его высочества… Я поспешно перед ним извинилась. — Я только рад это слышать, — тихо усмехнулся он. — Теперь рядом с вами есть тот, кто способен вас развеселить. Я медленно подняла голову. Так он на самом деле думал или нет — но Винтер смотрел на меня тёплыми глазами и улыбался. Я замялась на мгновение, а затем мой взгляд скользнул по его щеке и упал на его руку — на обкусанные ногти. Похоже, жестокость Каллисто всё-таки его не отпускала, но я чувствовала, что лицо его расслабилось. Я смущённо отвернулась на миг и снова взглянула на Винтера. — Теперь я вам доверяю. Так что… вам больше не нужно чувствовать себя виноватым. Винтер долго молчал. Стараясь не замечать, как краснеют его синие глаза, я ждала, пока он успокоится. Наконец, после долгого молчания, он заговорил: — Если мы отсюда выберемся, контракт будет исполнен в точности, без единой поправки. Передо мной вдруг протянулась большая рука. — Уверен, я смогу наложить на украшения чистейшую магию. — … — Вы доверились лучшему агентству. Секундой позже я поняла, что он протягивает руку уже как владелец агентства. — Само собой, — улыбнулась я и пожала её. — Теперь вы должны мне жизнь. Вы же знаете, что я тщательно подсчитываю все долги, верно? — О боже… — разочарованно простонал Винтер. Я торжественно изрекла, глядя на него: — Так что готовьтесь выплатить мне всё до последней монеты, — потребовала я в ответ на рукопожатие. В моём воображении изумруды и бриллианты уже расходились по всему свету, вплоть до королевства Байен. Винтер ответил так, словно признал поражение перед моей алчной душонкой: — Хорошо. — Тогда идёмте. Недолго думая, я повернулась и высвободила ладонь. Я чувствовала на себе взгляд Винтера, но, не задерживаясь на этом, подошла к зеркалу истины. И лишь встав перед ним — невредимым, в отличие от разбитой глади по ту сторону времени и пространства, — я осознала охватившее меня чувство. Чувство, что в этом проклятом зеркале я больше никогда ничего не увижу. «Премерзкое было знакомство — давайте больше никогда друг друга не вспомним», — пробормотала я про себя, обращаясь к древним магам, которые наверняка только обрадуются. — На выходе нас может разбросать по разным временам и местам. Это неудобно, но всё же, прошу, возьмите меня за руку, — тут он внезапно шагнул ко мне и снова протянул ладонь. Я без колебаний взяла её. И мы разом прыгнули в зеркало. Перед глазами вспыхнул белый свет. Когда я снова открыла глаза, то увидела на рабочей площадке толпу вооружённых рыцарей. — Ой… — Ваше высочество? А в самом центре стоял наследный принц с искажённым яростью лицом. Он держал меч, который я прятала в спальне, занесённым над головой, словно готовый разнести зеркало вдребезги, — но медленно опустил его. По его лбу стекал холодный пот. «Тебе плохо, что ли?» В тот миг, когда я, вдруг забеспокоившись, собралась к нему подойти, его взгляд скользнул куда-то вниз. — Пенелопа Эккарт. Он окликнул меня очень низким голосом. И его красные глаза недобро блеснули. «Мне крышка». Меня пробрал озноб: прищуренные глаза Каллисто были прикованы к нашим с Винтером сцепленным рукам. — А, ваше высочество. Это, э… немного неловко вышло… — попыталась объясниться я, стряхивая чужую руку. — Связать. Однако тяжёлый голос меня опередил. Императорская гвардия без промедления бросилась исполнять приказ. Винтера тут же окружили и связали ему руки тонкой верёвкой. Точь-в-точь как когда-то меня. — Мар-маркиз! Винтер не сопротивлялся, и его молча увели. Я ошеломлённо наблюдала за этой сценой, а потом повернулась к Каллисто. — Что вы творите? За что вы так с человеком, который только-только выбрался наружу?! — А что творишь ты? Леди Эккарт, ты весьма забавна. Он холодно оборвал меня и заставил идти за ним. — Ваше высочество. «А меня-то за что?» Меня мгновенно обступили трясущиеся стражники. Озадаченно моргая, я уставилась на верёвку, которой вдруг обвязали мою руку. — Этого нарушителя спокойствия я уведу лично, — тихо бросил Каллисто, горделиво забрав конец верёвки у одного из рыцарей. Так наследный принц собственноручно схватил меня и препроводил во дворец.