Глава 221 — Почему не я

Карета остановилась перед прекрасным дворцом. Планировку императорского дворца я знала плохо: после той охоты бывала здесь редко. В лучшем случае помнила дорогу от дворца до библиотеки. А ведь императорский дворец был в несколько раз больше герцогства. «Сбежать в любом случае будет нелегко…» Иклис собрал своих людей, и под конвоем я вошла во дворец. Незнакомое здание было пустым, и мне больше не казалось невероятным, что его захватили мятежники. Я думала, он затащит меня в подвал и запрёт, но, миновав длинный коридор, я очутилась в просторной и красивой комнате. — Пожалуйста, выложите всё из карманов. Он подошёл к столу посреди комнаты и повернулся ко мне. Человек, захвативший старинный дворец, выглядел весьма странно. Я посмотрела на него так, будто видела впервые, затем сунула руку в карман, вынула осколок и положила на стол. «Это случилось раньше, чем я думала». К тому же со мной не обращались жестоко, как непременно случилось бы, силой меня уводила Ивонна, угрожавшая заложникам, — так что я не знала, радоваться мне или плакать. Несмотря на то что осколок я выложила, он продолжал пялиться на меня. — Что? — с досадой спросила я. — Вы хотите, чтобы я сам вывернул ваши карманы? — Тебе бы хватило одного осколка. Перспектива выворачивать карманы меня не вдохновляла. Он склонил голову набок и пробормотал, словно разговаривая сам с собой: — Не уверен, что, прикоснувшись к вам, я ограничусь обыском карманов. — Сумасшедший сукин сын, — выругалась я и принялась выворачивать карманы сама. Бах! Я бросила на стол всё, что было при мне: четыре оставшихся зелья и сморщенный бутон розы. — Это всё. Решив, что ему и этого мало, я открыла карманы мантии и наглядно показала их пустоту. — Это… Взор человека, взявшего зелья для осмотра, внезапно остановился на увядшей розе. На его вопросительный взгляд я бесстрастно ответила: — Это реликвия, оставшаяся после волшебника, убитого Ивонной. — Это… дорогая вам вещь? — Он был опекуном сирот, которых она держит в заложниках. Именно он организовывал волонтёрскую работу. — … — Ты привёл меня сюда и заставляешь горевать о покойном. Он был всего лишь привязан к магическому кругу, но я в мгновение ока превратила живого человека в мёртвого. «Мне жаль». Мысленно извинившись перед Винтером с лёгким чувством вины, я попыталась изобразить серьёзность. — Отныне, пока ты меня не убьёшь, я буду сидеть в ловушке и мучиться, как сегодня. — … — Теперь ты доволен? «Сработает ли?» Затаив дыхание, я смотрела на Иклиса и вспоминала план, рассказанный Винтером полчаса назад. «Поскольку эта роза расцвела как отражение моего подсознания, её можно назвать моей кристаллизированной магией. Я отдал её вам на случай крайней необходимости, в надежде, что она вам поможет… Чтобы полностью избавиться от Лейла, мне ничего не оставалось, кроме как вернуть осколок. Однако возвращение осколка Ивонне означало, что вы можете оказаться в опасности. В критической ситуации защитная магия активируется сама. Но есть спусковой механизм. Это…» В итоге он оказался прав. Иклис действительно забрал у меня зеркальную палочку. Теперь, когда у меня отняли оружие, придётся использовать щит, чтобы сбежать. Иклис внимательно рассматривал увядшую розу, словно искал в ней что-то подозрительное. В экипаже он импульсивно заверил меня, что не тронет моих близких. Честно говоря, я не возлагала на него никаких надежд. «Отвергнутый человек с промытыми мозгами не может быть таким эмоциональным…» — Отдохните. Вы бледная. Моё предсказание явно оказалось неверным. Иклис отвернулся, не взяв ничего, кроме осколка. Он не забрал ни розу, ни магические зелья. Глядя, как он удаляется к двери, я снова почувствовала себя странно. — Иклис. Я позвала его, не отдавая себе отчёта. И тут же об этом пожалела. Мне хотелось бы, чтобы он ничего не услышал, но его рука на полпути к дверной ручке вдруг замерла. Я поколебалась и всё же решилась: — Ты… Ивонна промыла тебе мозги. — … — Я могу тебе помочь. Ещё не поздно. Так что остановись. Если бы рассудок вернулся к Иклису хотя бы сейчас, всё стало бы намного проще. При спасении заложников никто бы не погиб и не пострадал в бою с мятежниками. Если мы объединим усилия, чтобы победить Ивонну, финального босса, Винтер не повернёт время вспять снова, и эта безумная игра больше не повторится. Это был бы изящный, красивый финал. — Если ты остановишься… Правда, кажется, он был возможен только в моём воображении. Лицо Иклиса, обернувшегося ко мне, было холодным, как у каменной статуи. — Если я остановлюсь сейчас, то просто всё потеряю. Его тон был резким, будто он меня допрашивал. — Я не хочу тебя убивать, Иклис, потому что я тебя не ненавижу. — Разве вы не пытались меня убить? Он постучал пальцем по лбу. — Если бы вы тогда применили магию, вас бы здесь не было. Я неожиданно ощутила обиду от несправедливости. «Сам не знаешь, что тебя спасло». Я могла бы убить его, пока его затягивало болото, но не сделала этого. Всё из-за крохотной ответственности и сочувствия к тому, кому Ивонна промыла мозги. Я продолжила его уговаривать: — Ты ведь знаешь. Даже если тебе удастся поднять восстание, убить наследного принца и захватить Империю, я не буду тебя любить. — Но почему?! — внезапно закричал Иклис, пристально глядя на меня. — Почему не я? — Это… — Я усердно терпел рыцарей, несмотря на все их выходки. — Иклис, — выдохнула я. — Я размахивал мечом день и ночь, чтобы стать вашим рыцарем. Не было ни дня, чтобы мои руки не были стёрты в кровь. Я не нашла слов. — Но вы всё равно были так далеко, что я едва мог до вас дотянуться! Вот почему я освободился из рабства, став предателем! Я с удивлением смотрела на Иклиса, выплёскивающего на меня свои чувства. Я думала, что уже увидела все его новые стороны, но ошиблась. — Так почему вы меня отталкиваете? Почему?! Крупные капли слёз катились из серых глаз. Он плакал, как беспомощный ребёнок с конфетой в руке. Я растерянно смотрела на него. В те дни, о которых он говорил, я не могла позволить себе оглядываться на его чувства. Я отчаянно пыталась выжить изо дня в день, и его предательство едва меня не сломало. И теперь, когда всё было кончено, пришла пора сказать ему. — Потому что я люблю другого. Услышав мой ответ, Иклис вздрогнул и закричал: — Просто соврите мне, как раньше! Вы же сами говорили всякое — «ты единственный, мне плевать на наследного принца или кого-то ещё, ты самый дорогой для меня человек» и так далее! — … — Знаете что? Эти слова обманули меня, и, может, я готов бросить всё это дерьмо и умереть в ваших руках. — Я не хочу тебя убивать. Я имела в виду именно это. Я устала от всего этого и хотела закончить, чтобы двигаться дальше. И надеялась, что Иклис тоже это сделает. Он был слишком молод и незрел, чтобы впадать в безумие и горевать из-за разбитого сердца. — Пожалуйста, прости меня. Я больше не могла вытереть его слёзы, как прежде. Поэтому подошла и коснулась его руки. Однако — хлоп! — он холодно отбросил её, и я ощутила лишь тупую боль. — Вот почему я сейчас здесь. Я промолчала. — Для вас я не ровня наследному принцу. Он смотрел на меня с отвращением, словно ему была противна каждая моя реплика. — Мне не нужна ваша любовь. Мне нужны только вы. Я снова не ответила. — Потому что с того момента, как я узнал, что вы меня используете, я и не ждал, что вы меня полюбите. С этими словами он открыл дверь и вышел из комнаты. Бах! Когда дверь с грохотом захлопнулась, я осталась одна в пустой комнате. --- Меня заперли в незнакомом дворце. Выглянув в окно в поисках путей побега, я обнаружила солдат в доспехах, стоящих по всему периметру двора. «Сукин сын. Ты всё подготовил». Когда приходило время трапезы, обед и ужин приносил мне не Иклис, не императорская горничная, а солдат. Аппетита у меня не было, и я сразу ложилась спать. Я была измотана, так что не удивилась бы, если бы тут же потеряла сознание. Но заснуть не давала тупиковая ситуация, в которой я оказалась. Я ворочалась и всё время смотрела на свою руку. К счастью, заклинание слежения, которое Джин наложил утром, осталось прежним. «Ты, должно быть, очень волнуешься». Я исчезла, не сказав ни слова, так что он, наверное, был зол. Я запоздало почувствовала вину перед Каллисто. Однако этого было не избежать: мне нужно было покончить с Ивонной. «Надеюсь, ты не бросишься меня спасать и сосредоточишься на возвращении дворца». Веки медленно тяжелели, пока я думала обо всём этом. Хотя спать в незнакомом месте не хотелось, я не могла противиться нахлынувшей усталости и на мгновение прикрыла глаза. Бум! Бум! Неожиданный стук напугал меня, заставив резко проснуться. Было темно. Я думала, что закрыла глаза всего на секунду, но, кажется, незаметно для самой себя заснула. Я испуганно села. В комнате было тихо, будто все звуки мне померещились. «Что? Мне послышалось?» Бум! Бух! Бэм! В этот момент грохот раздался снова. Значит, не померещилось. Я смотрела в тёмную комнату широко раскрытыми глазами. Бам! Бум! Звук становился всё громче и ближе. Поэтому я легко определила его источник. Стук шёл из камина в центре комнаты. — Ч-что… Ивонна послала монстра? Я встала, ища себе оружие. Под руку попался подсвечник со стола у кровати. Я нервно сжала его, с тревогой глядя на камин. Бом! Бах! Кто-то выкатился из камина, весь в золе и пыли. — Кху, блядь. Чёрная фигура закашлялась и резко выругалась. Очень знакомым голосом. Моя рука, поднявшая подсвечник, медленно опустилась. — …Ваше Высочество? На мой озадаченный оклик закашлявшийся Каллисто поднял голову. — Как поживаешь, леди? — Ваше Высочество, почему… ты вылезаешь оттуда?