Глава 188 — Истинное лицо

Рука, рывшаяся во втором ящике, замерла после моего вопроса. Тело, застывшее от испуга, резко повернулось. — Ах… леди. Лица я не видела — оно было скрыто полностью, — но взволнованные голубые глаза не спрячешь ни за какой маской. — Я спросила, что ты делаешь, — сухо повторила я. Горничная повела плечом и призналась: — Ну, это… Эмили попросила прибраться, пока она обедает. Она вот-вот вернётся. — Да? Ничего удивительного. Эмили тяжело каждый раз убирать эту просторную комнату в одиночку. «Оправдание вполне правдоподобное…» Подумав так, я спокойно подошла ближе. — Отойди. После короткого приказа горничная отшатнулась от туалетного столика. Я опустилась на стул и осмотрела столик и открытый ящик. Ничего не пропало. Да и вряд ли ей вообще нужно было что-то из этих вещей. Всё ещё делая вид, что занята проверкой, я случайно бросила взгляд в зеркало и рефлекторно прикусила губу. Иначе, наверное, точно закричала бы. С трудом заставляя одеревеневшее тело двигаться плавно, я медленно проговорила: — Можешь больше не убираться. Ступай, мне нужно подготовиться к выходу. — А, да, хорошо, леди. За спиной послышался шорох. Похоже, служанка поклонилась и отвернулась. Я косилась в зеркало, но там не отражалось ровным счётом ничего, так что оставалось полагаться только на слух и мысленно молиться. «Уходи отсюда, пожалуйста». Ладони, лежавшие на туалетном столике, стали мокрыми от пота. Топ. Горничная сделала шаг. Я глубоко вздохнула, чувствуя облегчение. И в этот самый миг… — Кстати, леди. Служанка, которую я уже мысленно выпроводила, заговорила снова: — Почему вы всё время смотрите в зеркало? Крик я проглотила, но дрожь подавить не сумела. Страх перехватил дыхание. Я крепко зажмурилась, взяла себя в руки и медленно повернула голову. Она стояла всего в одном шаге. В комнате повисла такая тишина, что я перестала различать собственное дыхание. Наши глаза встретились, но горничная лишь молча глядела в ответ. Похоже, продолжать игру она больше не собиралась. Всё, что мне оставалось, — ответить как ни в чём не бывало: — Потому что это удивительно. Горничная склонила голову набок. — Что? — Ты же не вампир. Почему ты не отражаешься в зеркале? — Ивонна. После последнего слова глаза горничной изогнулись полумесяцами. — Так я и думала. Служанка — нет, Ивонна — подняла руку и сняла маску. — Ты знала, Пенелопа. Ивонна улыбнулась — очаровательно, в точности как на иллюстрации в игре. Я лишилась дара речи, глядя, как она гордо открывает мне лицо. — …Это ты? — Что? — Это из-за тебя отец вдруг позвал меня обедать в оранжерее? — Раз уж заметила, тебе стоило вернуться попозже, — подтвердила Ивонна с невинной улыбкой. Её кукольное личико, на котором всегда читались неуверенность и страх, теперь выглядело донельзя надменным. Я заставила голос звучать твёрже: — Решила больше не притворяться передо мной? — А ты? — весело отозвалась Ивонна. — Решила больше не делать вид, будто не знаешь, кто я? — Разве не за этим ты встала перед зеркалом? Мой ответ заставил её нахмуриться. — Это мой просчёт. Не знала, что ты вернёшься так скоро. — Жаль, что пришла раньше времени. Хотя это ничего и не меняет. Ивонна подняла руку и потёрла лоб. На мгновение замерла, словно задумавшись о чём-то, и метнула на меня быстрый взгляд. — Но, Пенелопа… — Ты тоже вернулась? «Странный вопрос». Однако не успела я ответить, как Ивонна пробормотала себе под нос: — Нет-нет. Если бы ты вернулась, ты бы что-нибудь предприняла, пока меня не было. Ты бы не сидела сложа руки, дожидаясь церемонии совершеннолетия… — Если бы ты знала, как ужасно умерла, ты бы не вела себя так глупо, верно? — вдруг спросила она, задумчиво постукивая пальцем по губам, и осыпала меня загадочными намёками. Я лишь молча наблюдала за ней. — Кто ты? Ты совсем не похожа на ту Пенелопу, которую я знаю. Ивонна снова смотрела на меня с любопытством, заинтересованно наклонив голову. — Но почему? Раньше я, конечно, не встречала тебя до возвращения в особняк, но теперь… всё иначе. — Что иначе? Когда я наконец открыла рот, Ивонна не стала тянуть с ответом: — Сейчас ты должна страшно мне завидовать, кричать и пытаться меня убить. — Даже без моей промывки мозгов ты бы не вынесла, что вся твоя семья носится со мной, Пенелопа. «Я оцепенела. Она в точности описала повадки прежней Пенелопы». «Откуда ты знаешь?» Меня окончательно сбило с толку. Какой бы двуличной ни была эта злодейка, Ивонна ведь всего лишь игровой персонаж. «Тогда… в теле Ивонны тоже заперт кто-то другой?» Но это предположение не нашло во мне отклика: иначе у неё не было бы причин спрашивать: «Ты тоже вернулась?». — Благодаря твоим вечным истерикам герцогство легко попало мне в руки. Меня резко замутило от того, как ласково, почти играя, она это произнесла. Я подняла голову и посмотрела на неё. Ивонна снова весело улыбнулась. — Они были восхитительны, твои отец и братья. По всему телу пробежал озноб. Я задержала дыхание. Покажу страх — ничего хорошего не выйдет. — Но почему? Ивонна вновь невозмутимо взглянула на меня и склонила голову набок. Только шея её не просто изогнулась — почти скрутилась. Хрусть… Хрясь… Жуткий хруст эхом разнёсся по комнате. Ивонна наклонила голову под углом больше прямого и продолжила: — Похоже, ты ничего не помнишь, а ведёшь себя так, будто всё знаешь. — И ещё: ты избегала меня и сама призналась, что это был твой спектакль… — Потому что я видела твоё истинное лицо на Солей, — поспешно ответила я, из последних сил подавляя дрожь в голосе. Казалось, иначе эта похожая на труп девушка набросится на меня и силой вырвет правду. Догадка, что в теле Ивонны тоже сидит другой человек, испарилась сама собой: будь это так, она не смогла бы столь нечеловечески сворачивать шею. — А, в прошлый раз меня и впрямь раскрыли, — моргнула Ивонна, видимо, сочтя мой ответ убедительным. Я всей душой желала, чтобы так оно и было, но надежды оказались напрасны. — Но ты ведь даже не подумала никому обо мне рассказать? Это так на тебя не похоже. — Почему, Пенелопа? — Раньше тебе нечего было бояться. Или… на этот раз ты всё-таки меня боишься? Ивонна хихикнула, будто знала обо мне всё. Я не могла оторвать глаз от её жуткой позы. Едва удалось разжать дрожащие губы: — Какое это имеет ко мне отношение? — Хм? — Я же сказала в прошлый раз. Зачем бы ты здесь ни была, меня это не касается. — Хм… — протянула Ивонна, словно взвешивая мои слова. Я заглянула в голубые глаза, где не было ни намёка на живое тепло, и попыталась её убедить: — Я всё равно отсюда ухожу, так что делай, что хочешь. Забирай герцогство себе, что угодно. Меня это не касается. — Нет. Хрусть… Хрясь… Ивонна снова с жутким хрустом принялась поднимать голову. Я не выдержала и отвела взгляд. — Ты повела себя неправильно и всё испортила. — Я ничего не делала… — Все так зациклены на тебе. Из-за этого даже моя промывка мозгов не работает, — посетовала она, вернув голову в обычное положение. Лицо у неё стало как у обиженного ребёнка, у которого отняли игрушку. — Каждый раз, когда я забирала у тебя дорогого человека, у тебя было такое забавное лицо… почему же теперь всё идёт не так, как мне хочется? — Это не от меня зависит. Я не промываю людям мозги, как ты, Ивонна, — упрямо стояла я на своём. — Я лучше буду тебя избегать, чем при каждом удобном случае ставить тебе палки в колёса, пользуясь тем, что знаю, кто ты. — Да. Верно, но… Ивонна кивнула — и вдруг переменилась. Она посмотрела на меня так, словно весь наш разговор был только шуткой. С лица сошло всё веселье. — Где осколок? — Какой осколок? — Осколок моего зеркала, который ты украла. От прямого вопроса сердце пропустило удар. «Что было бы со мной, проигнорируй я квест и оставь всё как есть?» — в глазах помутнело. Ивонна мягко предложила: — Верни мне мою вещь, Пенелопа. Тогда я тебя отпущу. — Не понимаю, о чём ты. Я всё прекрасно понимала, но отдавать осколок той, кто намерена забрать у меня всё, — затея определённо скверная. Глаза Ивонны потемнели. Вновь увидев этот хищный, змеиный взгляд, я поспешно добавила: — А. Я вроде бы что-то тогда подбирала, но, наверное, после выбросила по дороге. У меня его нет. Я пожала плечами, подняв обе руки. Поверила ли она, что осколка у меня нет? Ивонна сразу задала новый вопрос: — Как ты использовала древние чары? — Чары? — Магию, которую ты сотворила. — Это была не я, — отрезала я. Объяснить тот феномен невозможно, а значит, вызвал его кто угодно, только не я. — Не ты? — Да. Со мной тогда был волшебник. Может, ты меня с ним перепутала? — Винтер Верданди? — мгновенно отозвалась она. «Чёрт возьми. В игре говорилось, что в это время она ещё не знала, кто был тем магом». Я через силу приподняла уголки рта и улыбнулась. — Маркиз Верданди? Нет, это человек из информационного агентства, он организует благотворительные работы. — Благотворительные работы? А. Ивонна хлопнула в ладоши, будто что-то поняла. — Вот, значит, как, — проникновенно произнесла она, и волосы у меня на затылке встали дыбом. «Мне срочно нужно к Винтеру». Всё, что мне сейчас оставалось, — найти выход из этой ситуации. Я с тревогой смотрела на неё. Ивонна, ненадолго будто ушедшая в себя, улыбнулась мне, не знающей, как быть. — Тогда поговорим иначе, Пенелопа. И с чудовищной скоростью выхватила что-то из кармана. — Ди Ассум.