Глава 184 — Я больше не твоя госпожа

Серо-карие глаза потрясённо расширились и наполнились слезами. — Э-это… Иклис перестал дышать; время для него словно остановилось. Смотреть вживую на болезненно бледное лицо, всегда невозмутимое, точно у восковой фигуры, оказалось довольно занятно. — Ах, ты же этого не видел, верно? Как я умирала. Я чувствовала, как долго сдерживаемый гнев срывается с цепи. Наклонившись, я приблизила своё лицо к его лицу — так, что ощутила его дыхание. — Гос-госпожа… Дрожащие плечи, ошеломлённый взгляд. Любуясь этой картиной, я нежно прошептала: — Кстати, ты ведь никогда не пробовал яда? — … — Знаешь, когда я выпила тот бокал вина, моё сердце на пару мгновений будто загорелось. Вспыхнуло, словно его подожгли. Я лишь на миг приоткрыла рот, задыхаясь, и тут же кровь хлынула фонтаном. — … — Мне сказали, это яд, разрушающий сосуды и снижающий свёртываемость, поэтому кровь не останавливалась. Я потеряла целое ведро уже после того, как лишилась чувств. — … — Перед обмороком я испытала чудовищную боль, Иклис. Ты знаешь, каково это? — А… Г-госпожа… Я изобразила скорбь, чувствуя себя актрисой на сцене, и не могла не заметить, как лицо Иклиса исказилось от боли — словно отраву выпил он сам. Не думаю, что его слова о любви ко мне были пустым звуком. Отчаяние, разочарование, чувство потери — всё, что я испытала, когда он привёл Ивонну перед церемонией совершеннолетия. «Прочувствуй это и ты». Я стёрла с лица страдальческое выражение и процедила сквозь зубы: — Но всё это из-за тебя. Понимаешь? — А… госпожа. Госпожа… — Это было невыносимо. Знай я, что снова увижу твоё лицо, — лучше бы умерла. Подобранные мной слова, конечно, стали для него сокрушительным ударом. Лицо Иклиса, никогда не выдававшего мне своих чувств, исказилось смятением. Его потерянные глаза выглядели забавно. Он запинался, с трудом хватая воздух, будто утопающий: — Почему, г… госпожа. Почему вы хотели умереть? — Почему? Я истерически рассмеялась. Хотя, быть может, это был плач. — Ты ведь знал, что у моей теплоты к тебе была причина. — … — Ты привёл Ивонну, чтобы сорвать мои планы, и втоптал меня в грязь. Как думаешь, что бывает с неудачницей, не достигшей своей цели? — … — Мой жалкий конец будет таким же, какой настиг твоих соплеменников, которых ты предал. — … — Только смерть. Я медленно выпрямилась и посмотрела поверх его головы. Шкала интереса оставалась на месте. Тёмно-красная, как венозная кровь. Иклис, любящий меня до смерти. Может, причина моего провала в сложном режиме — в нём? «Нет». Главную роль тут явно сыграли мой неверный ход мыслей и неправильный выбор. Возможно, Иклис и не виноват. Не выбери я его тем, кто поможет мне выбраться, он не зашёл бы так далеко. Но я слишком устала, чтобы жалеть того, кем сама же воспользовалась, и оглядываться на каждый собственный промах. Сил противостоять сюжету игры у меня не осталось, поэтому я просто закрывала глаза на жуткую Ивонну и Иклиса с промытыми мозгами. «Я ничего не могу с этим поделать». Единственное, что остаётся проигравшему, не желающему умирать, — бежать. И в этот миг… — …Я думал, что приведу настоящую дочь герцога — и госпожу сразу же вышвырнут. — … — Думал, тогда вы станете доверять только мне и полагаться лишь на меня. Иклис, без устали дрожавший с остекленевшим взглядом, вдруг мрачно заговорил. — …Нет. Я просто убью Ивонну, и всё станет как пре… — Убьёшь? Умереть должен ты, Иклис, — холодно оборвала я его, оправдывающегося, будто ребёнок. — Ты привёл её сюда и всё испортил. — Я не хочу умирать. — Почему? Он запнулся и пробормотал слабым голосом: — Иначе… я больше никогда вас не увижу. — Ха. — Когда меня временами сжигала эта жажда, от одной мысли, что после моей смерти рядом с вами будет стоять кто-то другой, всё внутри переворачивалось. — … — Я не хочу умирать, госпожа. Тут он поднял опущенную голову. — Поэтому скажите мне. — Что? — Как вернуться на вашу сторону. Раскаяние мелькнуло лишь на мгновение. Его ожившие глаза ярко засияли. — Я сделаю всё, что вы скажете. Он принялся шарить в заднем кармане, вымаливая прощение. Затем что-то вынул и прижал к моей кисти. Я ощутила на указательном пальце холод металла и запоздало поняла — это было кольцо с крупным рубином. — Я буду валяться на земле, как пёс. Дрожащий Иклис, вернувший мне рубиновое кольцо, которое я вышвырнула несколько дней назад, умолял: — Если вам не по душе, я больше никогда не скажу, что люблю вас. — … — Прошу, не бросайте меня, госпожа. Покрасневшие, тусклые, полные слёз глаза смотрели на меня. На мгновение в сердце что-то дрогнуло. Однако фигура, появившаяся за спиной Иклиса, привела меня в чувство. — Иклис. Я медленно высвободила руку. Он попытался снова её схватить, но я не позволила. Выдернув ладонь из его хватки, я медленно погладила его по взъерошенным седым волосам. Скользнув на затылок, рука коснулась чего-то твёрдого. Не отводя глаз от лица перед собой, я произнесла: — Я больше не твоя госпожа. Раздался щелчок — рубин вошёл в углубление. Чёрно-серебряный ошейник на его шее, которого коснулся камень, соскользнул вниз. Магический ошейник, всегда душивший Иклиса и напоминавший о рабской доле, наконец-то снят. — Госпожа? Почувствовав на шее прохладу, Иклис опустил взгляд, проверяя, что случилось, а затем ошеломлённо уставился на меня. Это было последнее, что мне оставалось сделать для моего единственного рыцаря, который меня предал. — Проси об этом своего нового хозяина. — Что… Что вы… — Прощай, — тихо сказала я. — …Иклис! Над мусоросжигательной печью раздался другой голос, звавший Иклиса. Услышав его, тот медленно обернулся. Ивонна переводила взгляд то на меня, то на человека, стоящего передо мной на коленях. — Здравствуйте… Я услышала, что Иклис сбежал, и… и искала его… Глядя на нас двоих, она тряслась и оправдывалась, чуть не плача. Стиснув покрепче кулак с зеркальцем, я как ни в чём не бывало пожала плечами: — Поиски твои увенчались успехом. И прошла мимо Иклиса. «Надо ведь уступать сцену главным героям шоу». — Госпожа. Госпожа… Иклис, не сводивший глаз с Ивонны, попытался схватить меня, когда я проходила мимо. Но я отступила прежде, чем его рука дотянулась. — Пен-пенелопа… — Приятно тебе провести время, — с самым безобидным выражением лица пожелала я Ивонне на прощание. — Г-госпожа! — отчаянно выкрикнул Иклис, поднимаясь на ноги. — Иклис, подожди! — Отцепись! Госпожа! — Мне нужно кое-что сказать, пока тебя не нашли. По-послушай меня! Однако благодаря вмешательству его новой хозяйки моему побегу больше ничто не препятствовало. Я быстро покинула это место. --- У мусоросжигательной печи стало тихо, как на кладбище. Ивонна торопливо подошла к Иклису, неподвижно смотревшему вслед исчезающей Пенелопе. — Иклис. На зов он не повернул головы. Ивонна поспешно схватила его за руку. — Иклис! А как же осколок артефакта? Лишь тогда взгляд пустых серо-карих глаз сместился. — Осколок? — … — Я помогла тебе выбраться, чтобы ты нашёл осколок, а не занимался тем, что я только что видела! Поняв, что план провалился, Ивонна тоскливо поморщилась. Не обращая на неё внимания, Иклис посмотрел туда, куда ушла Пенелопа, и обречённо произнёс: — …Всё кончено. — Что? — Моя госпожа велела мне умереть. — Что… — Я должен умереть прямо сейчас. Чтобы она поняла, как сильно я её люблю. С совершенно безумным видом Иклис поспешно зашагал прочь от печи. — Даже если Пенелопа и наследный принц собираются обручиться? — … — Даже если через несколько лет они поженятся, и его супруга Пенелопа станет наследной принцессой, и заживёт счастливо, родив ребёнка от другого мужчины? — … — Ты всё равно готов умереть? Тихий голос Ивонны заставил Иклиса остановиться. — Ты говорил, что хочешь помешать помолвке, даже если придётся убить его. Ивонна лихорадочно продолжала, глядя ему в спину. — Я… Я сделала всё, как ты хотел. Отправила его на север, чтобы отложить помолвку. — … — Но при таком раскладе он скоро вернётся и продолжит готовиться к обручению. В конце концов, он герой войны. — … — Ты всё ещё хочешь умереть? Сжатые кулаки Иклиса дрожали. Его выводила из себя одна лишь мысль о подобном исходе. Иклис безнадёжно пробормотал: — …Я хочу Пенелопу. — … — Что… что мне делать? Как добиться, чтобы она улыбалась мне, как раньше? — Посмотри на меня, Иклис. Ивонна медленно приблизилась. Осторожно протянула руку и приподняла его лицо, заставляя встретиться с ней взглядом. — Бедняжка Иклис. С влажными глазами, утешая, Ивонна указала ему выход: — Заполучить её можно лишь одним способом — бросить империю к твоим ногам. — Как я…? Как ему бросить к своим ногам огромную империю, если он лишь недавно вырвался из рабства? Но Ивонна слабо улыбнулась и напомнила: — Ты забыл? В тебе тоже течёт благородная кровь. — … — Иклис Хан Дельман. Незаконнорождённый сын Крю Хан Дельмана. Последний из королевской семьи.