Глава 151 — План Б

— Я пойду к Иклису. Я вскочила с кровати, узнав о пополнении баланса. В сердце зародилась слабая надежда. Я должна услышать его признание сразу после того, как проверю его расположение. Неважно, придётся ли пустить в ход всё своё красноречие, проявить настойчивость или вытянуть из него нужные слова клещами. Когда я выбегала из комнаты, дворецкий поспешно преградил мне путь. — Подождите, леди. Его обеспокоенный взгляд заставил меня остановиться. — Я хотел бы представить вам нескольких людей. — Что? Кого? Неожиданная фраза заставила меня нахмуриться. Дворецкий обернулся к двери и объявил: — Входите, молодые люди. В распахнутую дверь вошли два рыцаря в дорогой броне. — Это ваши новые телохранители, леди. Сэр Филипп и сэр Эд. — Здравствуйте, леди. Рад встрече. — Прошу, позаботьтесь о нас, леди. — Сэр Филипп и сэр Эд — члены гвардии герцога, высококлассные фехтовальщики, — пояснил дворецкий. — Дворецкий, — сухо позвала я, полностью игнорируя рыцарей. — Зачем ты сейчас пришёл в мою комнату? — Герцог… — старик замялся, лицо его стало растерянным, — только что распорядился ограничить ваши контакты со всеми, кроме членов семьи. Включая Иклиса. — Что?.. У меня потемнело в глазах. Едва утихшее пламя ярости вспыхнуло с новой силой. Сжав челюсти, я спросила: — Почему меня ограничивают? — Чтобы обезопасить вас до окончания допроса. — Обезопасить? — Да. — Не ради слежки за заключённой? Мои губы сами собой изогнулись в усмешке. Когда я ухмыляюсь, как настоящая злодейка, дворецкий не смеет поднять глаз. — …Это совсем не так. Этого не может быть, леди. — Тогда объясни, почему я не могу встретиться со своим эскортом и почему его заменили этими двумя? — Первый молодой господин лично возглавил поход рыцарей в Прибо. Едва он произнёс это, мои глаза распахнулись шире. Прибо — деревня на окраине столицы, где живёт наставник Иклиса. — Зачем? — Ивон… то есть гостья, пришедшая сегодня, была ранена монстром, появившимся там несколько дней назад. — Каким… С языка рвалось возражение, что это не из-за монстра, но мне хватило ума промолчать. Какая теперь разница, действительно ли Ивонна — глава злого культа? — И? — подтолкнула я дворецкого, стараясь сохранять хладнокровие. — Местные рабы позаботились о раненой гостье, но все они оказались из Дельмана. — Разве дворецкому уже не была известна эта информация? Я не думала об этом, когда он нашёл наставника для Иклиса. Ферма, где работали рабы, стояла в глуши, довольно далеко от деревни. Но однажды Иклис встретил там земляка, защитил ферму от напавшего монстра и вернулся в особняк очень поздно. Я попросила дворецкого передать рабам лечебные травы и тайно уладить вопрос. Это стало нашим секретом. «Выходит, тогда они и встретились». Разумеется, первая встреча Иклиса и Ивонны произошла именно там. «…Чёрт!» Я проглотила проклятие и закусила нижнюю губу до крови. «Почему я не задумалась об этом серьёзнее, когда услышала о появившемся там монстре?» Меня накрыли горькие сожаления. Но слезами горю не поможешь. Тогда я была ослеплена невероятным интересом в девяносто шесть процентов. «Кстати, могли ли другие главные герои, кроме Иклиса, привести Ивонну в сложном режиме?» Я ухватилась за внезапную мысль. Мне всё чаще казалось, что игра развивается в другом направлении. Я погрузилась в напряжённые думы. — Оставьте нас, — отослал дворецкий незваных гостей, вломившихся в мою комнату без спроса. Когда они скрылись, он с серьёзным лицом доложил: — Мы получили сведения, что рабы из Дельмана собираются вместе, чтобы сбежать, леди. Я замерла. Совсем недавно я слышала это от Иклиса. — Поэтому первый молодой господин планирует срочный арест… — Секунду, — я подняла руку, останавливая его. — Та девушка сказала это? — Нет, об этом рассказал Иклис во время допроса, леди. — Ч-что ты сказал? — Травы, которые вы передали им через Иклиса… стали основой их побега. — … — Он заявил, что из душевной боли за раненных монстром земляков помогал им всем, чем мог. — Дальше. — Но, вспомнив о вашей заботе, решил их остановить. В то же время он встретил гостью и решил отплатить за доброту дому герцога, принявшему его. — Ха! Дворецкий замолчал, услышав мой холодный смех. «Свихнувшийся ублюдок». Меня пробрала дрожь от мелочных расчётов этого существа. Человек, который недавно сам пытался бежать вместе с ними, без раздумий их продал. У меня была смутная догадка — почему. «Потому что я сказала, что не хочу сбегать». Иклис с самого начала был таким подонком. Он скрывал истинные намерения, притворяясь преданным псом. Когда его интерес резко взлетел, я решила, что он изменил своё мнение обо мне, — жестокое заблуждение. Собственное благополучие оказалось для него важнее и ненависти к империи, и заботы о других. Я могу лишь гадать, как трудно ему было играть передо мной послушного, беспокоящегося о земляках раба. У него был выбор: остаться в герцогстве или помочь своим выбраться из империи. И он выбрал. Принести рабов в жертву, привести в особняк Ивонну, остаться здесь — и даже замахнуться на повышение статуса, которого я не могла ему дать. Вишенкой на торте его грандиозного плана стало отведение от себя подозрений в сговоре с людьми из Дельмана; ради этого он навешал мне лапши на уши. Я подавила бушующие чувства и поинтересовалась: — Как отреагировал отец? — Он послал первого молодого господина разобраться с ситуацией. — А допрос? — Пока не закончен. — Значит, пока не вернётся старший брат и не закончится допрос, я не смогу увидеть ни отца, ни Иклиса? Дворецкий не ответил. Молчание было красноречивее слов. Я глубоко вздохнула и отдала команду: — Ладно, уходи. — Если… если вам что-нибудь понадобится, зовите меня. Дворецкий посмотрел на меня, вежливо поклонился и покинул покои. Всё это было очевидной любезностью по отношению к Ивонне: она не должна пострадать от моих рук, пока не пройдёт проверки герцога. «Сукин сын». Я сдержалась. Рука, сорвавшаяся в порыве ярости, не ударила ни в чём не повинный стол. Сейчас не время терять самообладание. Мне нужно обдумать слишком многое, чтобы выжить. «Так не пойдёт». Я направилась к кровати. «Мне нужен план Б». Без сил рухнув в постель, я приступила к мозговому штурму. Собственная беспомощность делала меня ничтожной; я задыхалась, чувствуя ледяное дыхание смерти. --- Устроив голодовку на целый день, на следующее утро я вяло вышла из комнаты. Останься я сидеть на одном месте, гнев накрыл бы меня снова. — Куда вы идёте? Как только я открыла дверь, передо мной выросли рыцари. — Отойдите. — Из соображений безопасности вы должны сообщить, куда направляетесь. — Я не могу ходить даже по собственному дому? — агрессивно выпалила я и тут же поняла, что слишком взвинчена. Всё же пришлось объяснить: — Я иду на прогулку в оранжерею. — Мы вас сопроводим. — Не идите за мной. — Но герцог… — Ещё шаг — и я закричу, что вы издеваетесь надо мной и оскорбляете меня. — Л-леди! Оба побледнели при виде моего безразличного лица. Я прекрасно знала, сколь чувствителен герцог к инцидентам, которые я намеренно провоцирую. — Вы обычные сопровождающие, вам не нужно ходить за мной по пятам в моём собственном доме. — Н-но… — Не устраивайте переполох. Я скоро вернусь. Им не осталось ничего иного, кроме как смотреть мне вслед. Каждый встречный в коридоре, казалось, провожал меня странным взглядом. Я почувствовала себя измождённой ещё до того, как добралась до оранжереи. «А что, если…» Что, если я никогда не выберусь из этой долбаной игры? Вдруг я обречена терпеть эти утомительные дни до самой смерти? При этой мысли свет в моих глазах потух. --- Прогуливаться было всё же лучше, чем сидеть целый день взаперти. Я медленно брела по тропинке, обдумывая план, который набросала вчера вечером. «Если его допрашивают, он находится в тюремной камере особняка?» Я вдруг осознала, что понятия не имею, где именно держат Иклиса. Подвал особняка использовался для пыток уголовников, совершивших тяжкие преступления. Но возле тренировочного полигона было ещё одно подобное место — там содержали провинившихся рыцарей. Что-то вроде камер предварительного заключения. «Иклис тоже ученик-рыцарь семьи, значит, он должен быть там». Придя к такому выводу, я зашагала по лесной тропе к полигону. Вряд ли я смогу сразу с ним встретиться, просто явившись туда. Но сидеть в комнате было невыносимо, и я решила хотя бы посмотреть. Долго ли я шла в одиночестве по лесной тропе? Погружённая в думы, я не заметила фигуру, идущую навстречу. «Накаркала». — Угх… — тихо простонала я за мгновение до того, как меня заметили. — Ой! Здравствуйте, благородная леди! — неловко, но дружелюбно и безобидно поздоровалась она с невинным выражением лица. «Благородная леди? Дайте мне отдохнуть от этого обращения». Я вспомнила, как в нормальном режиме приветствовала Пенелопу в самом начале, и чуть не выругалась. Это была Ивонна.