Глава 138 — Четыре процента

Вжух!.. Не дойдя до манекена, деревянный меч замер на расстоянии бумажного листа. Швах! Брызнули соломенные ошмётки. Удар поднял порыв ветра. Но и когда ветер стих, чучело осталось стоять на месте. Я ещё только учился владеть мечом, но уже умел поражать цель не остриём, а самой силой удара. И каждый раз летела солома. С безучастным лицом я опустил клинок. Меня снедало разочарование. «В последнее время ты всё витаешь в облаках. О чём ты так усердно думаешь всякий раз, как приходишь на тренировку?» — вчера мой наставник, сэр Спенсер, хлопнул меня по голове деревянным мечом. Ему показалось, что я не сосредоточен. Я тряхнул головой, снова поднял меч и уставился на лезвие. Но боевой настрой быстро угас — перед глазами вставало не остриё, а чужое лицо. «Иклис». Моя единственная госпожа никогда не улыбалась по-настоящему. Она была будто холодный, одинокий кусок льда. Никому не доверяла — даже рабу, которого купила сама. Кому, как не мне, это знать. Она купила меня и заботится обо мне ради какой-то своей цели. Несмотря на ласковые слова, в её глазах никогда не теплилось ни искры — а я почему-то всё равно жду этого тепла. Когда она купила меня и пригрозила вернуть в аукционный дом, если я не окажусь полезным, я её возненавидел. И не только её — сразу всю Империю Инк. «Тупая сучка». Я поклялся выжать из этой дуры, заплатившей за меня сто миллионов золотых, всё до последней капли. Я вёл себя как верный пёсик у её ног — и выжидал случая свернуть эту тонкую шею и навсегда покинуть проклятое герцогство и Империю. Но всякий раз, как эта девушка улыбалась, я забывал о своей клятве. Когда моя холодная, сдержанная госпожа изредка одаривала меня улыбкой, она казалась мне самим очарованием — точно королева магов из легенды. А когда она, прикрыв глаза, нежно шептала что-то мне, я готов был отречься от всего и просто остаться рядом. Чтобы стать её телохранителем, я начал учиться фехтованию за пределами герцогства — хотя по сути ничего и не менялось. «Ты для меня очень важный человек». «Важный человек» — что это значит? Это значит, что я ей нужен. Раб из покорённой страны. В отличие от прочих имперцев, презрительно плевавшихся при упоминании моего рабского клейма, она каждый раз отчаянно цеплялась за меня. «Ты очень дорог мне, Иклис» — слова Пенелопы, всё ещё звеневшие в ушах, немного расходились с действительностью. Но мне было плевать. «Я дорог моей госпоже» — эта мысль прояснила сознание. Остриё меча дрогнуло в моей руке. «Даже если ты сбежишь из Империи, тебе некуда возвращаться». Госпожа была права. Моя родина теперь стёрта с лица земли, вычеркнута с карты. Люди из Дельмана, которых я встретил, были унижены поражением — но, как ни странно, большинство и впрямь жили в довольстве и достатке. В отличие от бесплодных земель Дельмана, эта страна была богата ресурсами, не говоря уже об уровне жизни. Да и с рабами обходились не так уж скверно. Нам исправно платят жалованье — пусть и меньше, чем полноправным гражданам. Кто-то даже говорил, что по сравнению с Дельманом, где все умирали от голода и засухи, здесь сущий рай. И возразить мне было нечего. Живя в особняке так, как рабам с фермы и не снилось, я не имел права роптать. «…Госпожа исполняет всё, о чём я прошу и чего хочу». Еда, лечение, обучение и даже свободное время — у меня было всё, чего другие рабы лишены. И от этого сдерживать бушующие во мне чувства становилось только труднее. Когда же это началось? Меня больше не отталкивают её загадочные мотивы, из-за которых я прежде вечно был настороже. То, что она мной пользуется, стало в порядке вещей. Теперь я просто хочу быть рядом с ней. И пусть я без капли гордости, как дворняжка, преклоняюсь перед имперской госпожой — ну и что. Денег отплатить ей у меня не было, и всё, что я мог, — сорвать пару цветков, сплести венок и подарить ей, а потом горько реветь от собственной никчёмности. «Это неважно — лишь бы остаться рядом». Когда клинок окончательно исчез из виду и я с блеском в глазах уставился на привидевшиеся мне волосы цвета азалии, что развевались в воздухе, за спиной раздался тихий голос: — Здравствуй. Вжух! — Я обернулся и машинально вскинул меч — лишь затем, чтобы тут же отшвырнуть его на землю. Тело отреагировало раньше разума, безошибочно узнав обладательницу мягкого голоса. Словно выработался условный рефлекс. Иллюзия волос цвета азалии, обернувшаяся явью, отозвалась лёгким головокружением. — …Госпожа, — выдохнул я. --- Поступок Иклиса застал меня врасплох. К счастью, на этот раз я благоразумно остановилась на безопасном расстоянии, наученная горьким опытом. Но он вдруг швырнул деревянный меч наземь и повернулся ко мне. Его плечи медленно вздымались и опадали, а я переводила взгляд с него на брошенный меч. Затем неловко улыбнулась и не спеша подошла ближе. — Ты сегодня не был на фехтовании? Глаза Иклиса, не ожидавшего, что мне известен каждый его шаг, удивлённо расширились. — Я слышала, рыцари этого рода отправились в открытый тренировочный лагерь — вот и подумала, что тебе, должно быть, одиноко одному. Услышав причину моего прихода, он быстро всё понял и ответил: — У наставника дела… так что ближайшие несколько дней я буду приезжать к нему только во второй половине дня, госпожа. — Вот как? Впрочем, это уже не имело значения. Я протянула ему большой мешок. — Держи. Он оказался не таким тяжёлым, как я думала. В прошлый раз одежду ему доставили слуги — а теперь хорошо, что я могу передать это сама. — Что… это? — Я достала мази и травы. Он с интересом взглянул на меня. Я продолжила ровным голосом, стараясь сохранять безразличный вид: — Ты ведь говорил, что там нет лекарств и тебе приходилось собирать травы для раненых? — … — Чтобы ты не тратил время на собирательство, забери это и раздай тем, кто нуждается. Дать ему денег на лекарства я не могла — захваченные рабы могли бы сбиться в банду и навлечь лишние неприятности. Так что это всё, что было в моих силах. — Госпожа… Я думала, он обрадуется, но лицо Иклиса стало очень странным. Он смотрел на меня с тем же растерянным видом, что и тогда, когда не хотел отдавать раздавленный сухой венок. В его глазах плескалось что-то неясное. — …Я задела твою гордость? Тебе не по душе? — с опаской спросила я, вдруг испугавшись. Иклис поспешно покачал головой. — Нет, дело не в этом… — Тогда чего ты ждёшь? Бери. По моей просьбе он медленно потянулся к мешку. Рука его слабо дрожала. «…Ты растроган?» Подтвердить догадку по одному лишь его лицу я не могла, а потому, передавая сумку, словно невзначай коснулась пальцами его руки. Передо мной выскочил белый прямоугольник. [Система]
Желаете проверить Интерес [Иклис]?
[12 000 000 золотых] / [200 Репутации] «Чёрт возьми! Двенадцать миллионов?» Как бы стремительно я ни богатела, бурный рост цен на проверку интереса не мог оставить меня равнодушной. Стиснув зубы, скрепя сердце я выбрала [12 000 000 золотых]. [Система]
Вы потратили [12 000 000 золотых] на проверку Интереса [Иклис].
(На вашем счету осталось: 46 000 000 золотых)
[Интерес 96%] Однако, едва завидев парящие над его головой цифры, я разом забыла о впустую потраченных деньгах. «Осталось всего четыре процента!» — и досаду сменила радость. «Скоро». Я изо всех сил старалась не выдать трепещущее от волнения сердце. «Концовка, само собой, уже не за горами, но интерес больше не растёт так стремительно, как раньше». Прежде он поднимался на пять процентов всякий раз, как я выполняла квест, но в последнее время система не подкидывала ничего нового. От того, как резко эти скачки сошли на нет, меня охватывало дурное предчувствие. В это время: — …Большое спасибо, госпожа, — тихо проронил Иклис, спокойно опустив глаза. Внезапно строка со значением интереса сменилась на «Проверить Интерес», а индикатор окрасился тёмно-красным. И хотя шкала всё ещё была зловещего цвета, тревожило меня это уже не так сильно. Наверное, потому что я почти добралась до финала. Однако для концовки, помимо ста процентов интереса, было ещё одно условие. — Ты случайно… — Я перевела взгляд с индикатора на его лицо и постаралась спросить как можно непринуждённее. — Не хочешь мне рассказать что-нибудь ещё? — Что?.. — Нет, ничего. Заметив его недоумение, я качнула головой. «Это потому, что я ещё не заполнила шкалу до ста процентов». Я растянула губы в улыбке, силясь подавить нервозность: — Какой сегодня чудесный день. Не хочешь прогуляться со мной? — Прогуляться?.. — Тебе наверняка до смерти надоело тренироваться целыми днями. Глаза его ярко вспыхнули, как у подростка, изнывающего от скуки. Я уже радовалась, что благодаря заботе об Иклисе эта тревожная жизнь подходит к концу, как вдруг: — Леди Пенелопа! Кто-то окликнул меня издалека. Обернувшись, я увидела, как от входа на полигон ко мне быстро приближается какой-то человек. — …Дворецкий? Я настороженно склонила голову. Дворецкий мог вмешаться в нашу встречу с Иклисом только в случае крайней необходимости. — Думаю, вам стоит вернуться в особняк, леди, — запыхавшись, проговорил он. — Что случилось? — Позвольте кое-что доложить… Дворецкий, покосившись на Иклиса, склонил голову. Я повернулась к нему всем телом и навострила уши. — В особняк прибыл помощник наследного принца. К вам. Внезапная весть ошеломила меня. Но вскоре я поняла, зачем наследный принц прислал своего подчинённого. «Должно быть, это связано с Солей». Пусть это и игровой мир, заставлять его ждать я не могла — речь шла о приказе императорской семьи, касающемся государственной безопасности. — Идём, дворецкий. Я тут же двинулась за ним. Вернее, попыталась. Подол юбки вдруг дёрнулся, за что-то зацепившись. Я озадаченно обернулась. — …Вы пришли сюда, чтобы встретиться со мной, госпожа. Я наткнулась на мрачное лицо Иклиса.