Джессика Пэкер живет в элитном районе города – там, где улицы патрулируются с особым рвением, а нищих гонят дубинками по спине. К тому же, на каждом углу понаставили камер вместо мусорных свалок, что добавляло лишних проблем.
Пришлось забраться на крышу, чтобы впитать в себя дух паркура и с его помощью незаметно добраться до окрестностей роскошного особняка. Когда-то тоже планировал поселиться в таком – семья, дети, жизнь на пенсии. Угу. Я из тех самых идиотов, что строили планы посреди армейской мясорубки. Просто, когда проходишь Афганистан, Вьетнам, Северную Корею, Конго, Мексику и Кубу – и все это за десяток лет, склеенных в одну вселенную, – начинаешь непозволительно много верить в себя и собственное бессмертие.
О, надо же.
Из особняка выехала бронированная машина, притормозила у неприметного переулка и высадила женщину с рюкзаком. Начал слежку за целью, перескакивая по крышам, используя всё, чему учат бойскаутов и крышелазов в придачу.
Проследил до автобусной остановки…
Черт, теперь по крышам бегать за автобусом. И этого было явно мало: цель уехала аж на другой конец Готэма, изрядно измотав проголодавшегося меня.
По-хорошему, стоило давно обезвредить Джессику и сдать заказ. Но я стараюсь закрыть все возможные дыры в первом наемничьем контракте, далеко не ради премиальных. Без чистой репутации не подняться наверх, не получить доступ к по-настоящему интересным заданиям и контрактам национального уровня. Ошибки для меня непозволительная роскошь. А как их избежать? Поймать психопатку с поличным.
Джессика решила напялить «рабочую форму» прямо в переулке, достав из рюкзака длинное темное пальто. Лицо небрежно скрыла под металлической маской с широкими отверстиями для глаз, каштановые волосы частично скрыла под высокой шляпой. На пальцы правой руки нацепила фирменные лезвия, на левой руке перчатка с острыми иглами в области фаланг. Со всем этим она направилась в сторону местных шлюх. Хотя нет, тут всё наоборот: в этом районе парни красятся, переодеваются и продают себя девкам.
«Жалкое зрелище».
Это даже не какая-то морализаторская мысль из прошлой жизни. Общество, моё общество – Слэйда Уилсона, катится в задницу быстрее, чем успевает увидеть бездонную яму под ногами.
Возможно, оно даже не развращается, а просто адаптируется к новым условиям, в которых демографический кризис сосет хуже, чем вампирша-методистка? Даже не удивлюсь, если через десять лет мир изменится до неузнаваемости, станет чем-то совсем уж чудовищным.
Хотя мне за социологию не платят, просто думаю о разном, наблюдая за маньячкой.
Джессика далеко не обычная бизнесвумен.
У неё есть боевая подготовка, молниеносные движения и неплохие рефлексы. Всего этого в два раза больше, чем у нормального человека. Горло первой жертвы разодрала в одно мгновение, а уже следующим махом рассекла голову второй, прямо покрошила её.
Скверная судьба у ночных бабочек… вернее, ночных опоссумов.
Больше жертв не было, свидетелей тоже.
Можно приступить к захвату цели.
В этом городе хватает психов, но около двух десятков совпадений указывают, что я вышел на нужную. После убийства Джессика достала из рюкзака свечу и зажгла её. Через минуту начнет отрубать конечности и выцарапывать символические метки.
- Готэмская Потрошительница, - поприветствовал я, мягко спрыгивая в залитый кровью переулок. Свежая кровь уже подбиралась к ботинкам. До одури мерзкий запах бил в нос. Звуки резали уши... сердце маньячки забилось сильнее, дыхание сбилось, пульс участился. А зрачки подрагивают – она явно не ожидала этой встречи.
- Кто ты такой?! - прошипела она, встав в боевую стойку, выставив свои руки-ножницы вперед скорее для защиты, чем для атаки.
Не хочет нападать?
Воистину идейная девушка. Таких боги любят, помогают им выкручиваться даже из самых безнадежных ситуаций. Я более чем уверен: стоит мне сдать её полиции, как она без труда выскользнет из петли.
С учетом того, что у нас тут объявилась мисс Уэйн, шансы на такое развитие событий совсем не нулевые. Бэтвумен старается всех психов отмазать от смертной казни, отправляя их на бесполезное лечение в Аркхэм.
Может, мне дважды заплатят за эту цель? Сразу после того, как ещё больше переулков Готэма зальются зловонной кровью. Опять-таки, мне по большей части глубоко плевать. Сколько ни снимай скальпов или отлавливай психов, от этого преступников меньше не станет.
- Слышал, твоего мужа убила шайка мексиканских наркоманов, - лениво облокотился на грязную стену. - Джессика Пэкер, ты могла стать идеальной серийной убийцей. Не будь женщиной, упрямо пользующейся одними и теми же духами с жасмином, которыми провоняли все места преступлений. Не зажигай свечки в память о религиозном муже – единственном, кто ещё поддерживал церкви в трущобах. А так совершила ошибки. И ускорила момент своей поимки.
- Они заслужили страдания… я не сделала ничего плохого! - почти взорвалась она, взмахнув рукой. - Мерзкие, нечистые мухи. Сколько их не убивай – они всё равно слетаются. Ещё и ещё! Я поклялась на его костях, что уничтожу всю эту грязь… всю ту боль, через которую он прошел. Воры, убийцы, дилеры, анархисты… Этот город плодит их сотнями каждый день! - Потрошительница вцепилась в маску, и металлическая поверхность заскрипела от нажатия лезвий. - Но хуже всех… хуже всех – продажные МУЖЧИНЫ! Все красивые, наряженные, разукрашенные… бессердечные. Ни один из них не помог, когда моего Томаса до смерти забивали! Они умеют только жаловаться… жаловаться и ныть!
Хм, если переводить с готэмского, выходит как-то так: Томас отправился в трущобы, где его забили до смерти прямо на глазах у равнодушных шлюх и под злобный смех приезжих отребий. И этот случай нанес мощнейший удар по и без того хрупкой психике Джессики.
- Томас, - пробормотал я. - А не тезка ли он Томаса Уэйна? Забавно, нашла замену старой любви, которую собственноручно прикончила на глазах у мелкой Кэтрин.
- Нет! Ты… ты! Призрак! - задрожала Джессика, а её зрачки начали хаотично метаться.
- Как и он, появляешься из ниоткуда и говоришь со мной! Я поняла… ты один из тех, кого я убила! Просто чертов призрак! - да по ней лечебница для душевно больных плачет.
Прямо мечта любого психиатра, столько патологий в одном человеке.
- Ха-ха-ха! Всё ясно! Нужно убивать больше! Чем больше я убиваю, тем тише становятся голоса… Это моё новое испытание! Плата за былые грехи!
С безумным смехом она кинулась на меня, занося лезвия, словно хотела рассечь иллюзию. Замах медленный, топорный, без расчета. Я без труда отскочил в сторону, позволив её когтям с хрустом войти в кирпичную кладку.
Хорошее лезвие, кстати.
Готэмская Потрошительница резко развернулась на коротких каблуках и пошла в новую атаку, нанося крестообразный удар. Хм. Не понимаю, как она двигается почти вдвое быстрее обычного бойца? Для нынешнего меня, конечно, детская разминка. Но если не эксперименты с суперсолдатами… тогда Джессика могла представлять серьезную угрозу: подобные движения могли закончиться для меня отрубленной конечностью.
Отступаю от удара, следом сближаюсь рывком, вбивая колено прямо в солнечное сплетение. Её глаза округляются от неожиданности, она будто не ожидала, что я могу контратаковать. Точно, в её голове призраки не ломают ребра.
Джессика согнулась, с трудом пытаясь вновь вдохнуть.
Я заламываю ей руку за спину, прижимая лицом к асфальту.
Через две секунды она начнет вырываться. Если успешно, попытаться ослепить меня плащом, ударить в колено, сделать рывок вверх с проносом лезвий по голове.
До того как она что-либо успевает сделать, я прикладываю её лицом к асфальту снова – в этот раз с удвоенной силой. Затем швыряю в стену и тут же наношу удар ногой по лицу.
- Гх… - её карие глаза закатываются, но это не потеря сознания, а притворство.
Как только подойду, она попытается вонзить руки-ножницы мне в шею.
Ну что ж… давай. Я наклоняюсь, в последний момент смещая голову. Ловлю её руку, ломаю локоть. Без тени сомнений делаю то же самое со второй, полностью лишая возможности атаковать.
Противница на адреналине, такие не сдаются… уже пытается двигаться.
Пальцами попадаю по болевым точкам, быстро и точно. Все четыре конечности отключаются. Обычный человек после такого минимум день не поднимется, увы, Готэмская Потрошительница вернется в норму через семь-восемь часов. Её тело усилено, есть регенерация. Нет, не её собственная. Духи с жасмином, микроорганизмы исцеляли и усиливали, такие же парят в воздухе рядом с ней.
- Парфюмер – история одной убийцы, ха, - усмехнулся такому открытию.
- Тебе… кха… меня не понять… - хрипит Джессика.
Снимаю с неё маску.
Женщина лет сорока, милфа с изящным, пусть и изуродованным, опухшим от побоев лицом. Каштановые волосы, карие глаза, сломанный нос. Побежденная маньячка. Но всё ещё женщина… и от этого победа не кажется чем-то значимым.
В сражении со слабым полом нет ни чести, ни гордости.
- Я любила Томаса… - выдыхает она с кровью на губах.
- А я любил Афганистан. Всё умирает, такова жизнь. Всё что нам остается: найти цель, ради которой можно продолжать. Почему тебе в третий раз не попытаться найти своего Томаса? - отвечаю почти машинально, поднимая её и закидывая на спину. - Подумай об этом пока будешь в участке. Перед новой жизнью или смертью. Всё зависит от того, как выкрутишься.
Потрошительница не сопротивлялась, да и не могла.
Спокойно снимаю одну перчатку – как доказательство. Вторую доставлю в участок вместе с маньячкой и рюкзаком, набитым интересными инструментами. Этого хватит, чтобы полиция задержала психопатку.
Подработав курьером до департамента, скидываю всё у входа и ломаю стекло для привлечения внимания. После бегло добираюсь до квартиры Ребекки, чтобы передать трофей и сообщить, что узнал.
Правда, моей посреднице не слишком понравилось, что кто-то посреди ночи без спроса залезает к ней в квартиру через окно. Хотела было возмутиться, но времени не было – пришлось ей срочно звонить со стационарного телефона и произносить пару кодовых фраз. Затем она покинула квартиру, прихватив трофей для обмена на вознаграждение.
- Женщины меня пугают, - пробормотал я, обнаружив на столе журнал для взрослых девочек. Какая-то реверсивная порнуха... Интересно, для парней такое тоже бывает? Помню, лет двенадцать назад были популярны коллекционные карточки, но уже тогда их хотели снять с производства из-за низких продаж.
Эх…
Когда я дождался возвращения денег, оказалось, что вместо семидесяти тысяч мне отдали лишь сорок. Да уж, даже наемников стараются бессовестно обмануть. Нам заплатили вдвое меньше, чем было обещано, Ребекке вообще десятка досталась.
- Кто заказал Потрошительницу? - спросил я, морщась.
- Клара Фоунди. Держит элитный бордель и скупила половину полицейского участка. По крайней мере, у неё почти те же привилегии на «защиту», что у Фальконе и Марони, - с обидой ответила красотка с платиновыми волосами, сдав ненадежную заказчицу.
- Могу выяснить сам, но скажи на милость, где она обитает?
- В клубе Маргарет… а тебе зачем?
- Заплатила половину. Будет справедливо, если я переломаю ей только половину костей, - бросил я, направляясь к окну. - Поищи что-нибудь интересное, а я вернусь с твоими двадцатью и моими тридцатью.
Снова грязный Готэм, но на этот раз долго бродить вокруг помоек не пришлось. Запах плесени быстро сменился на ароматы алкоголя, секса, наркотиков и пота. В клубе танцевали до изнеможения, развлекались без капли морали. Охрана даже не обратила внимания на гостя, прошедшего через служебный вход. Наверное, скоро обратит – тел в бессознательном состоянии у запасного выхода накопилось немало.
- А ну сто… - не успела договорить охранница: моя ладонь врезалась ей в горло, и она с жадностью начала ловить воздух, корчась в легкой агонии. С её коллегами поступил схожим образом. При этом старался никого не убивать, ведь моя цель была не устранение, а возвращение честно заработанного.
Выбив укрепленную дверь в кабинет Клары Фоунди, я вытащил пистолет и сразу же прострелил ей левое колено, заодно повторил то же действие с правым плечом.
Может, она и сдохнет от потери крови, но мне всё равно.
- У всего есть цена. В десять лет моя составляла десять тысяч, с каждым годом после рождения плюс штука баксов, - цокнул я. - Нарушение условий договора тоже имеет свою цену и стоит недешево. Ты задолжала мне пятьдесят и половину своих конечностей.
- Да пошел ты… - окровавленная фигура выдавила сквозь боль.
Я подошел, пнул в живот и поставил ногу на грудь.
- Клара, ты плохо понимаешь, в каком положении оказалась. Позволь представиться – Дефстроук. Тот, кто вышибет тебе мозги за ещё одну ошибку в мой адрес, или моей посредницы. Поверь, я отлично умею ковыряться в нервах, вытаскивая их, как рыбьи кишки, - пригрозил, оглядывая кабинет в поисках следов.
Нашел кое-что интересное на картине греческой богини – Афродиты, если не ошибаюсь. Края у неё жирные от пальцев. А под ней кнопки сейфа, тоже со следами.
Прищурившись, воспроизвел последовательность, после чего сейф открылся.
Все деньги мира меня не интересовали, взял ровно пять пачек по десять тысяч и демонстративно показал их сучке с прической в стиле афро. Теперь понятно, почему она пыталась меня надуть. Черная шлюха.
Обернувшись, заметил на стене катану.
- Ублюдок… - с ненавистью прошипела Клара.
- Я заберу своё, а катана пойдет бонусом за потраченные на тебя патроны и время. В следующий раз не ошибайся и благодари Бога, что хотя бы половину заплатила. Этого хватило, чтобы заменить содержимое твоей головы на… вечную инвалидность, - усмехнулся под шарфом. - Суставы раздроблены, восстановлению не подлежат. Чисто в теории, потому что в наш век инновационных технологий – кто знает, может и найдешь себе второй шанс.
Вышел из кабинета и снял с одной из охранниц верхнюю одежду – деньги нужно было куда-то завернуть, иначе на улице придется уложить человек двадцать до возвращения к Ребекке. Что до катаны? Холодное оружие не для свободного ношения. Будь дело в Нью-Йорке – меня бы уже повязали. Но в Готэме хоть пакеты с травкой носи, во всяком случае, пока стороной обходишь кварталы богатеев.
Возвращаясь к посреднице, на этот раз воспользовался лестницей и вежливо постучал в дверь. Девка оказалась осторожной, правильно поступает, что молчит и не подает признаков присутствия.
- Я решил не лезть через окно, чтобы тебя не тревожить во второй раз. Всё сделано. И да, твои осторожные шаги недостаточно тихие.
Ребекка наконец открыла дверь, выламывать её не пришлось.
Зайдя в гостиную, я развернул сверток и отложил двадцать тысяч. Честная сделка теперь была официально завершена. Однако у моей партнерши могут возникнуть проблемы с безопасностью.
- Поживу у тебя недельку. Если Клара захочет отомстить, тогда я закончу начатое и вышибу ей не только синовиальную жидкость, но и мозговую, - уселся на диван, наблюдая за нервным выражением на лице зеленоглазой посредницы. Она кусала губу, а её взгляд ясно говорил: Ребекка уже трижды пожалела, что со мной связалась.
- Сука… - нахмурилась она, опускаясь рядом и закрывая лицо ладонями. - Придется уволиться. Фоунди контролирует и газету.
- Сейчас расцвет психопатов с суперспособностями. Подожди недельку, может месяц, и Клару сожрет какая-нибудь акулья пасть. Или свои добьют? Всякое случается в Готэме, - откинул голову назад. - Что-нибудь выяснила про следующую работенку?
- Контракты, по-твоему, на деревьях растут?! - возмутилась Ребекка.
- А посредники, по-твоему, получают тридцать процентов за красивые глаза? - ответил вопросом на вопрос. - Ладно. Завтра сходим в книжный, мне нужно много чего закупить из образовательной литературы. Заодно отметим начало нашего сотрудничества. Ведь я без тебя долго и упорно ищу работу, а ты без меня кормишь червей на готэмском кладбище. Идеальный симбиоз.
- Для тебя, - шикнула.
- Не переживай и поверь на слово: со мной ты хотя бы умрешь красиво.
Обновлено: 07.04.2026