На первом этаже Подземелья находился широкий коридор, известный как Дорога Начал. Новички-авантюристы первого уровня с параметрами от I до H в основных характеристиках обычно проводили своё время именно здесь.
Откуда, чёрт возьми, я это знал? Оказалось, на стене висела табличка, на которой это было написано специально для тех новичков, что достаточно тупы, чтобы сунуться на нижние этажи, не обладая нужной силой.
Идея, в целом, неплохая. Насколько я помнил из аниме, Подземелье было как минимум полусознательным и достаточно злобным, чтобы затаиться до тех пор, пока ты не зайдёшь слишком далеко — и только тогда скинуть тебе на голову с десяток монстров.
Наверное, я просто не заметил эту табличку в первый раз — возможно, из-за толпы авантюристов, снующих повсюду.
Теперь же я был один, и несмотря на более опасное положение, чувствовал себя куда спокойнее. Всё-таки моя Способность "Толстокожесть" доказала, что даже будучи слабым, я мог не просто выжить, но и преуспеть в этом новом мире.
Пару часов отдыха тоже оказались неожиданно бодрящими, учитывая, что камень всё-таки не самая удобная постель.
Так или иначе, я был готов к действию. Пора было поохотиться на гоблинов и, возможно, попробовать себя против кобольда.
Без оружия, без брони.
Всё, что у меня было — это моё тело. И мне предстояло довольствоваться им.
Я шёл по Дороге Начал, небрежно, в расслабленной манере. Не потому что был самоуверен, а потому что решил относиться к Подземелью как к разумному существу. Оно было геноцидальной силой, способной тягаться с богами, конечно, но это не значило, что я не мог использовать его ненависть против него самого.
Я расправил плечи, позволяя напряжению покинуть тело, и шёл вперёд, нарочито спокойно. С каждым шагом мои мышцы расслаблялись, руки двигались в такт, свободно, но под контролем.
В конце концов, когда ты пытаешься кого-то убить — не лучше ли сделать это в момент, когда он отвлечён?
.
И моя ставка сработала: я услышал скрипящий звук позади. Подавляя любую панику, я шагнул влево как раз вовремя, чтобы избежать когтей, что целились мне в спину.
Возможно, я немного перестарался с уходом от удара, и хотя против обычного гоблина это не имело бы значения, мой новый противник не стал медлить — и бросился вперёд.
Я потерял равновесие, и 80 килограммов кобольда врезались в меня сзади.
Мы покатились по каменному полу, образуя хаотичную кучу тел, вес кобольда придавил меня, словно валун.
Его когти прорезали мою утолщённую кожу, пока он изо всех сил пытался превратить меня в фарш. Не знаю, инстинктивно ли он меня прижал или это была просто долбанная неудача, но всё, что я мог — это прикрыть лицо и горло предплечьями, защищая самые жизненно важные зоны, пока он обрушивал на меня удары.
Он был физически сильнее меня, но действовал бездумно, словно одержимый. Полностью полагаясь на инстинкты, вшитые в его мозг, он быстро перешёл к попытке укусить мои руки — те, что мешали ему добраться до шеи.
Его глаза сверкали дикой жаждой, отражая синий свет туннеля с пугающей яркостью.
Он зарычал, и его острые зубы оказались в нескольких сантиметрах от моего левого запястья, когда я наконец пошёл в атаку.
С адреналином, бьющим в виски, я собрал все силы и ударил правой рукой прямо в его незащищённую морду.
Он не успел среагировать, и когда его зубы впились в мою левую руку, его глаз лопнул, словно перезрелый виноград. Кровь и слизь залили пол, пока мой большой палец протыкал веко и ткань под ним, уходя глубоко в глазницу.
Его челюсти разжались, освободив мою левую руку, в тот самый момент, когда из его глотки вырвался оглушительный крик.
Он начал дёргаться, как в припадке, размахивая когтями в панике.
Кровавые полосы расползались по моей груди, пока кобольд метался в агонии, вопя без умолку.
Но выбраться он не мог.
Не без того, чтобы не оставить полчерепа. Я держал его голову, как боулинговый шар, вонзив ногти в кожу черепа.
Свободной рукой я ударил его по шее, чувствуя, как трахея поддаётся или, как минимум, сжимается.
Дорога Начал вновь погрузилась в тишину, нарушаемую лишь сиплым хрипом умирающего кобольда.
Он обмяк, как кукла без нитей, грудь его вздымалась судорожно, тщетно пытаясь вдохнуть воздух.
Я перекатился вбок, вырвав руку из его черепа, и медленно встал.
Лишь теперь я позволил себе осмотреть своё израненное тело и поверженного врага.
До того как превратиться в развалину, кобольд выглядел как урезанная версия оборотня. Мускулистое тело с клочковатой шерстью на спине и бёдрах, собачья морда с вытянутой пастью, острые клыки и когти, способные прорезать кожу.
Теперь он выглядел как избитый бродячий гибрид человека и пса... в общем-то, недалеко от истины.
Он был ощутимо сильнее гоблина, что подтверждали пылающие раны на руках и груди.
К счастью, несмотря на звериный стиль боя, он не попал ни по одной из по-настоящему важных зон.
— Ну что, друг мой, я хоть и не китаец, но раз уж ты решил съесть меня первым, было бы правильно отплатить тебе тем же, да? — тихо произнёс я, осматриваясь в поисках возможных помех во время трапезы.
Я не ждал ответа от умирающего кобольда, но его единственный глаз резко метнулся ко мне, и в этом взгляде смешались жгучая ненависть и животный ужас.
«У пёсьих морд лица выразительные, как оказывается... И вообще, он что, понял меня? Да кому какое дело...»
На моём лице медленно появилась улыбка, когда Голод зазвучал во мне, заглушая боль от укусов и царапин.
Моя душа заклокотала, когда я вгрызся в плоть кобольда.
В отличие от случая с гоблином, я не вырубился мгновенно, и потому мне пришлось заставить себя продолжить есть.
Я ел, пока рот не наполнился жилками и костями. Мне пришлось дробить их зубами и руками, чтобы хоть что-то проглотить — ведь горло у меня по-прежнему было довольно человеческим, несмотря на мои усилия это изменить.
И всё это время я клялся себе, что однажды, каким-то образом, я раздобуду приправы и гриль — прямо тут, в Подземелье.
Обновлено: 19.01.2026