Глава 7 — Глава 7

Глава 7   Шок от увиденного и ржавчина лет, проведённых в отставке, заставили его промазать.   Сперва это выглядело как подросток. По росту он дал бы лет тринадцать-четырнадцать. Но лицо было странным – слишком детским, будто тело повзрослело, а черты остались прежними. Существо скребло всеми четырьмя конечностями, уходя с линии выстрела, в рваной, потрёпанной одежде. Она, а это определённо была девочка, выглядела одновременно испуганной и голодной. Её кожа отливала неестественным для людей лиловым. Рот искривился в оскале, обнажив острые зубы. Но больше всего его поразили светящиеся жёлтые глаза, казалось, пронзающие самую душу. Он выругался. Псайкер.   Колебания исчезли, он быстро выстрелил в прыгнувшую на него девчонку, попав в воздухе, но не замедлив её. У лазганов, к сожалению, не было кинетической энергии, они не могли остановить противника на месте. Зато могли прожечь чистую дыру в незащищённом человеческом теле. А её одежда, похоже, не остановила бы и тупой нож, не то, что выстрел из лазгана.   И всё же оружие не проделало идеально круглое отверстие прижжённой плоти. По огромному пустому зданию разнёсся шипящий звук попадания, обжигающего кожу и плоть. Но хотя рана и была нанесена, насквозь луч не прошёл, а повреждение, хоть и серьёзное, не выглядело смертельным. Ужас от этого открытия притупился инстинктом выживания – он откатился в сторону, позволив девчонке приземлиться там, где только что стоял. Её кулак ударил в пол с резким треском. Он понял, что она быстрее, как раз когда она повернула к нему голову и ударила, попав в грудь сжатым кулаком с силой, намного превосходящей возможное. Он почувствовал, как трещат рёбра, из лёгких вышибло весь воздух. Выплюнув слюну с кровью, он отлетел и тяжело рухнул. Попытался встать, но не смог – боль в груди не позволяла. Девчонка теперь стояла и шла к нему, зажимая рану рукой, глядя сверху вниз с убийственным намерением. Её сила была нечеловеческой. Это невозможно.   В последней попытке сопротивления он поднял лазган и выкрутил настройки на максимум. В глазах плыло от тошноты и боли. Руки тряслись, когда он держал оружие – вся верхняя половина тела отказывалась нормально работать после предыдущего удара. Глаза девчонки расширились, она попыталась уклониться от выстрела. Ужас сковал его внутренности, когда он промахнулся мимо корпуса – луч попал в левую руку, начисто отжёг её, и девчонка впервые издала звук, закричав от боли и ужаса. Злорадная, слегка безумная ухмылка тронула его губы, когда руки выпустили раскалённое добела оружие. Хех, так ей и надо, суке. Не очень приятно, когда тебе самой задают жару, а?   Удовлетворение длилось недолго – девчонка рванула к нему со скоростью, невозможной для существа такого размера, занося уцелевшую руку для удара, ярость на лице, слёзы катятся из глаз, кулак летит к его голове. Он закрыл глаза и глубоко выдохнул. Что ж, пожил неплохо.   ***   – ААААААА! – закричала Аня, ощупывая культю, оставшуюся от руки. – АААААААААААААААААААААА!   Спокойствие.   Она захныкала, когда волна умиротворения накрыла её, превращая полномасштабную панику в более управляемое состояние.   – Моя... моя рука! – всхлипнула она. – Он сжёг мне руку! – Она всё ещё чувствовала фантомные боли в руке, не говоря уже о глубокой выжженной ране в груди.   Мы починим.   – Больно... так больно...   Боль – неэффективная биологическая эволюция для реакции на раздражители. Мы сделаем твоё тело более эффективным по отношению к ней. Нам нужно больше биомассы для изменений. Она с трудом отвела взгляд от раны, переведя его на обмякшее тело человека, которого выследила на фабрике. Лёгкая добыча, как же. Никогда ещё она не была так изранена. И всё же, она понимала, о чём говорил голос, утверждая, что сделал её сильнее. Когда она ударила того человека, она почувствовала, как его плоть подалась, а кости хрустнули. Она стала быстрее, ловчее, с лучшими рефлексами, её тело смогло пережить удар, который должен был её убить. Впрочем, попади второй выстрел прямо в цель... Она вздрогнула.   Ладно. Она выжила, а они – нет. Только это и важно, верно?   Тихий всхлип вырвался из груди, когда она медленно подползла к трупу. Его голова полностью провалилась там, куда пришёлся её удар, исказив лицо, превратив в кашу нос и мозг. Он умер мгновенно.   Начав поедать труп, она почувствовала, как что-то царапнуло край сознания.   Она видела его выражение лица в последний момент. Прямо перед ударом. Оно казалось... умиротворённым. Смирившимся.   Она не понимала.   Как можно смириться с собственной смертью? Почему не драться до последнего? Она впилась зубами в плоть руки, вырвав кусок.   Пока она может сражаться – она будет. Кусаться, царапаться, бороться до самого конца. Если ей суждено совершить последнее действие – это будет попытка прожить ещё немного.   Она выживет.   Лицо того человека наполняло её страхом.   Она никогда не примет свою смерть, как он. Никогда.   Она выживет.   Она будет поглощать. Расти. Учиться. Приспосабливаться.   Поглощать. Поглощать. Поглощать.   Она рвала тело человека с ненасытным аппетитом. Наполовину чтобы утолить голод, наполовину чтобы отвлечься от образа умиротворённого человека в момент смерти.   Поглощать. Выживать. Жить.   Она будет жить. Любой ценой.   ***   – Нашёл её?   Молодой парень нервно облизнул губы в тусклом свете комнаты. – Нет, сэр. Простите, её не было в апартаментах.   – А подождать, пока вернётся? – спросил высокий человек, сидящий за столом и заполняющий какие-то бумаги. Странно было видеть главаря банды за таким обыденным занятием, но Азал не дожил бы до своих лет в нижнем улье, задавая глупые вопросы.   – Н-нет, сэр. Я подумал...   – Ты подумал неправильно. Нужно было ждать. Устроить засаду. Рано или поздно она могла вернуться, – мужчина посмотрел на него, и Азал почувствовал, как от страха участился пульс. – Но ты молод. Ошибки можно простить, – Азал с облегчением выдохнул. – Если она появится на твоей инициации, мы примем тебя.   – Конечно, сэр. Спасибо, сэр.   – Можешь идти, – Азалу не нужно было повторять дважды. Он быстро поднялся со стула и выскочил из комнаты. Мужчина продолжил заполнять бумаги. Через несколько минут в дверь постучали. – Войдите.   В комнату вошла элегантно одетая женщина. Он услышал, как один из охранников у входа отпустил пошлый комментарий в её адрес.   – Даноа. Заткнись, – он повернулся к женщине, замершей перед его столом. – Прошу прощения, мэм. Вы же знаете, какой бывает обслуга.   – Действительно, – мягко произнесла женщина. – Не стоит беспокойства.   Мужчина учтиво кивнул. – Чем могу помочь Дому Фэн сегодня?   Женщина склонила голову набок. – В скором времени ожидается инспекция. Экклезиархия решила посетить наш мир, и мы не хотим давать им повод вызвать сестринство, или того хуже – Инквизицию.   Мужчина ответил. – Справедливо. Сжечь всё дотла – плохо для бизнеса. Что вы хотите, чтобы я сделал?   Она пожала плечами, и мужчина вздохнул.   – Просто... поддерживайте здесь порядок. Или хотя бы тишину. И проследите, чтобы никому не пришли в голову глупые идеи вроде попытки прорваться через заграждения на верхние уровни.   Мужчина посмотрел на неё проницательным взглядом. – Не знаю, в курсе ли вы, но у нас тут проблема с голодом. Было бы проще контролировать массы, если бы их кормили.   По тому, как сузились её глаза, он понял, что зашёл слишком далеко.   – Может, предпочитаете, чтобы Сороритас сами провели здесь инспекцию? – холодно спросила она, в глазах пылала ярость. – Уверена, им было бы интересно узнать, что тут творится. Каннибализм. Ере...   – Стойте! –  сказал он испугано. – Мы сохраним порядок. Вы не услышите о проблемах отсюда, мэм, обещаю. Люди будут тихими, или мы заставим их замолчать.   Она улыбнулась – холодной улыбкой, не коснувшейся глаз. – Прекрасно. Рада, что мы достигли понимания, Ваем.   Он вздрогнул, будто от удара, когда она развернулась и выплыла из кабинета покачивая бёдрами. Он уронил голову в ладони, чувствуя приближение мигрени.   Сохранить порядок? Это и так было чертовски сложной задачей, а теперь, когда женщина из Дома Фэн фактически подтвердила его подозрения, что заграждения останутся на месте, можно не рассчитывать на новые поставки. Весь нижний улей уже балансировал на грани анархии, и достаточно одной искры, чтобы всё вспыхнуло. В буквальном смысле, если явятся Сороритас. У него не было иллюзий относительно того, кто победит в схватке между нижним ульем и даже одной Командорией Сороритас, особенно если они приведут с собой Имперскую Гвардию для поддержки.   Всё балансировало на лезвии ножа, и ему предстояло удержать ситуацию от краха.   Чтоб их всех. Почему никто не предупредил, что став фактическим лидером криминального подполья, получаешь такую ответственность?!   Ладно, пока он сможет удержать равновесие, всё будет в порядке. Главное – не допустить, чтобы что-то нарушило хрупкий баланс.