Утро в новом мире встретило Изаёя не городским гулом, а сыростью и воплями неизвестной птицы, которая, судя по громкости, пыталась соревноваться с сиреной воздушной тревоги.
— Десять баллов за громкость, ноль за музыкальный слух, — прокомментировал Изаёй, брезгливо стряхивая с рукава пиджака росу.
Он шел на северо-восток уже несколько часов. Лес постепенно менялся: деревья-гиганты отступали, уступая место каменистым холмам и высокой, по пояс, траве. И чем дальше он продвигался, тем отчетливее становилось ощущение войны.
Это не было чем-то явным. Никаких знамен на горизонте. Но ветер приносил тяжелый, жирный запах гари. На земле то и дело попадались следы: глубокие рытвины, словно от взрывов, и колеи от тяжелых колес.
— Цивилизация где-то рядом, — заключил Изаёй, носком ботинка поддев из земли сломанный клинок. Меч был грубым, зазубренным. — И, судя по качеству этого металлолома, технологический прогресс здесь застрял в глубокой яме.
Внезапно ветер переменился, принеся с собой новый звук. Не крик зверя, а ритмичный лязг металла и отчаянные, захлебывающиеся крики.
Изаёй остановился. Он чуть повернул голову, и его наушники с кошачьими ушами слегка сдвинулись на шее. Для него это был привычный аксессуар, но для любого наблюдателя из этого мира они выглядели бы как диковинный, возможно, магический инструмент.
— Километра два, — прикинул он, анализируя акустику. — Звучит как драка. Надеюсь, хоть там найдется кто-то, кто не развалится с одного удара.
Земля под его ногами взорвалась фонтаном грязи — он сорвался с места. Силуэт юноши размылся, исчезая быстрее, чем глаз мог уловить движение.
Деревня, название которой уже не имело значения, доживала свои последние минуты.
Это было небольшое поселение на границе: частокол разнесен в щепки, половина домов весело пылала, выбрасывая в небо столбы черного дыма.
В центре площади, окруженные кольцом огня и тел, сбились в кучу выжившие. Их защищали трое рыцарей в помятых, окровавленных латах. Они едва стояли на ногах, но продолжали держать щиты, закрывая собой женщин и детей.
А вокруг них, наслаждаясь моментом, стояли они.
Демоны.
Их было пятеро. Гуманоидные фигуры с бледной кожей и рогами, растущими прямо из лба. Они были одеты в длинные, изысканные мантии, которые смотрелись гротескно чисто на фоне окружающей грязи и крови.
— Какая бессмысленная трата энергии, — произнес тот, что стоял впереди. Высокий демон с тростью, увенчанной крупным алым камнем. — Вы, люди, так отчаянно цепляетесь за жизнь. Зачем?
Он говорил на человеческом языке чисто, но в его голосе не было жизни. Это была имитация эмоций, холодная и пустая.
— Оставьте нас! — прохрипел один из рыцарей, сплевывая кровь. — Мы отдали вам скот! Мы не сопротивлялись!
Демон склонил голову набок. Его лицо выражало вежливое недоумение существа, которое смотрит на говорящий кусок мяса.
— «Нужно»? Нам ничего не нужно, — он улыбнулся, и эта улыбка была страшнее любого оскала. — Мы просто... освобождаем место. Вы же сжигаете сорняки на своих полях? Мы делаем то же самое. Это не злоба. Это просто порядок вещей.
Он лениво поднял трость. Алый камень вспыхнул, и воздух вокруг начал плавиться от жара.
— Игнис Вермис.
Это была высшая магия огня. Поток плазмы, скрученный в форму огненного змея, сорвался с конца трости. В эту эпоху, когда человеческая магия ещё только зарождалась под руководством учеников Фламме, такое заклинание было абсолютным приговором. Оно плавило сталь и испаряло камень.
Рыцарь зажмурился, понимая, что его щит продержится меньше секунды.
БА-БАХ!
Ударная волна тряхнула площадь. Огонь на крышах домов прибило к земле. Но крика боли, которого ждали демоны, не последовало.
Когда пыль и дым рассеялись, рыцарь открыл глаза. Он был цел.
Перед ним, в центре дымящейся воронки, стоял незнакомец.
Это был юноша. На нем была одежда, какой рыцарь никогда не видел: странный темно-синий китель с золотыми пуговицами, плотная ткань, не похожая ни на лен, ни на шерсть. На шее висело непонятное устройство.
Юноша стоял спиной к людям, одной рукой брезгливо отряхивая дымящийся рукав.
— Эй, рогатый урод, — голос незнакомца звучал не скучающе, а скорее разочарованно, с нотками раздражения. — Ты что, всерьез называешь это магией?
Демон с тростью замер. Его холодные глаза расширились.
— Что... — прошептал он, глядя на свою трость, а затем на парня. — Куда делось пламя?
— Я его сдул, — Изаёй фыркнул, демонстрируя полное пренебрежение к угрозе. — Буквально. Махнул рукой, и твой огонек погас. Серьезно, это ваш предел? Я ожидал увидеть силу, способную сотрясать горы. А это просто дешевый фокус.
— Сдул?.. — демон не понимал смысла слов, но понимал факт. Его заклинание исчезло. — Человек не может развеять магию руками! Это невозможно! В тебе даже нет маны!
— Мана, законы, невозможно... — Изаёй усмехнулся. Улыбка была жесткой, хищной. — Вы, ребята, такие ограниченные. Всё твердите одно и то же, прячась за своей жалкой логикой.
Он шагнул вперед. Демоны инстинктивно попятились. Их чувства говорили им, что перед ними стоит обычный человек, лишенный магической силы. Пустое место. Но их глаза видели того, кто только что голыми руками уничтожил заклинание высшего ранга. Этот диссонанс вызывал у них сбой в восприятии реальности.
— Фламме обещала мне мир, полный опасностей. Владыку Демонов, — Изаёй хрустнул костяшками пальцев. — А я вижу кучку ряженых слабаков, которые издеваются над беззащитными, чтобы потешить своё эго. Это... — он поморщился, словно от неприятного запаха, — ...эстетически отвратительно.
— Убить его! — взвизгнул лидер, чувствуя, как страх просачивается сквозь его высокомерие. — Разорвать! Все разом!
Четверо подручных сорвались с места. Они двигались с нечеловеческой скоростью. Для рыцарей они превратились в размытые пятна. Когти, сгустки кислоты, воздушные лезвия — всё полетело в наглеца в странной одежде.
Изаёй даже не вынул левую руку из кармана. В его движениях не было лени, только пугающая эффективность.
Уворот. Воздушное лезвие срезало прядь его светлых волос, но не коснулось кожи. Шаг в сторону. Кислота прожгла землю там, где секунду назад была его тень. Поворот. Демон, пытавшийся достать его когтями, провалился в пустоту.
— Медленно. Примитивно. Неэффективно.
Он оказался прямо перед одним из нападавших. Демон, запаниковав, выставил перед собой магический барьер.
— Исчезни.
Простой пинок. Без размаха. Носок странного ботинка врезался в центр сияющего щита.
Щит не треснул — он взорвался. Вместе с грудной клеткой демона.
Тело монстра не отлетело назад. Оно просто перестало существовать как целостный объект. Ударная волна, порожденная чистой кинетической силой, превратила плоть в кровавый туман и выбила просеку в лесу за деревней длиной в полкилометра. Деревья валились, словно скошенная трава.
БА-ДУМ.
Звук удара докатился до ушей зрителей с опозданием.
Трое оставшихся подручных замерли. Они смотрели на облако красного тумана, в которое превратился их товарищ, и не могли понять, что произошло. Человек ударил ногой. Магии не было. Почему их сородич испарился?
— Один готов, — Изаёй повернулся к лидеру. Тот теперь дрожал. Не от холода, а от осознания того, что пищевая цепочка только что перевернулась. — Вы тратите моё время. Кто следующий хочет продемонстрировать свою бесполезность?
— Ты... ты чудовище! — взвизгнул лидер, пятясь назад. Его аристократическая маска сползла, обнажив звериный страх. — Кто ты такой?!
— Я? — Изаёй посмотрел на него сверху вниз, и в его фиолетовых глазах горел холодный расчет. — Я тот, кто разочарован в вашем "величии".
Он исчез.
В следующую секунду он стоял уже за спиной лидера. Трое оставшихся демонов упали на землю одновременно. Их головы отделились от тел. Никто не увидел удара. Изаёй просто пробежал мимо них, и воздушная волна от его движения сработала как невидимая гильотина.
— А теперь, — Изаёй положил руку на плечо трясущегося лидера. Тяжелая рука, которая ощущалась как приговор. — Ты станешь полезным. Расскажи мне, где найти кого-то, кто действительно чего-то стоит. Иначе я разберу тебя на части, чтобы посмотреть, как ты устроен. И поверь, мне очень интересно узнать, что у вас внутри.
Рыцари и крестьяне смотрели на эту сцену, забыв, как дышать. Они видели, как ужас их жизни, демоны, которых боялись целые армии, были уничтожены за мгновения.
— Кто... кто это? — прошептала женщина, прижимая к себе ребенка, глядя на странного юношу в диковинной одежде.
Старый рыцарь, опираясь на меч, покачал головой. В его глазах, привыкших к смерти, затеплилась слабая, почти болезненная надежда.
— Я не знаю, — хрипло ответил он. — Но молитесь Богине, чтобы он был на нашей стороне.
Обновлено: 03.02.2026