Пока она бежала, Эмберли хотела выругаться, но не смела тратить и без того мало оставшегося у нее дыхания. Ее легкие горели, ноги были тяжелыми, как свинец, а сердце колотилось в груди, но она заставляла себя игнорировать нарастающее изнеможение и просто. Продолжала. Двигаться.
В то же время ей приходилось сохранять концентрацию на окружающей обстановке: заброшенный мануфакторум, ржавеющий вот уже почти три столетия, был именно тем местом, где любая оплошность каралась тяжелыми травмами и списком инфекций, столь же длинным, сколь и тошнотворным. И ко всему прочему, ей приходилось следить за своими преследователями, которые, вне сомнений, были куда более искусны в подобных вещах, чем она.
Эта операция должна была быть легкой, черт бы ее побрал. Эмберли и горстка ее оперативников должны были сорвать сделку между местным торговцем запрещенными артефактами и его инопланетным поставщиком, захватить всех участников и выбить из них информацию, необходимую для того, чтобы покончить с деятельностью всей сети в этом регионе. Именно такое она проделывала уже десятки раз с тех пор, как была избрана для служения в Святом Ордосе.
Надо отдать должное ее команде - первая часть плана сработала как по нотам. Они укрылись вокруг места встречи, которое ее техно-жрец извлек из перехваченных сообщений преступников, и их цели появились с товаром точно в срок - явно профессионалы, годами занимавшиеся своей еретической работой. Она наблюдала, как происходит традиционный обмен завуалированными угрозами и бахвальством, а затем, как только посылки были обменяны и обе стороны начали хоть чуть-чуть расслабляться, Эмберли подала сигнал к атаке.
Именно в этот момент появились опустошители Эльдар, ворвавшись сквозь потолок здания и обрушившись на контрабандистов, а звук их зловещего смеха смешался с криками еретического отребья. Она и ее команда были застигнуты врасплох. К счастью, ксеносы атаковали контрабандистов первыми и также не ожидали присутствия Инквизиции, хотя им потребовалось недолгое время, чтобы осознать, что есть свидетели того, что, как была почти уверена Эмберли, являлось операцией по похищению людей.
По крайней мере, остальные члены ее команды смогли уйти, но это было слабым утешением, если бы ее схватили. Как член Ордо Ксенос, она знала о повадках Темных Эльдар куда больше, чем ей бы того хотелось, - достаточно, чтобы всерьез задуматься о том, чтобы направить оружие на себя скорее, чем позволить взять себя живой.
Но положение все еще не было настолько отчаянным, твердо сказала она себе. Если ей удастся выбраться из мануфакторума, за его пределами простирались индустриальные трущобы, где она могла бы затеряться, а затем вызвать по воксу боевой корабль для эвакуации…
Инквизитор замерла. Перед ней стояла фигура, которой мгновение назад там не было, и она не знала, когда и как она появилась.
Фигура явно была Эльдаром, но ее одеяние разительно отличалось от облика опустошителей. Это была пестрая мешанина ярких цветов и узоров, совершенно не сочетавшаяся с унылым окружением, а ее лицо скрывала гладкая белая маска с нарисованной на ней серебристо-голубой краской утрированной смеющейся физиономией.
Эмберли мгновенно узнала подвид Эльдар, к которому принадлежал этот ксенос, хотя до сей поры считала себя достаточно удачливой, чтобы ни разу не сталкиваться с его сородичами. Это был Арлекин, известные даже среди изменчивых Эльдар своей непредсказуемостью - сегодня они стойкие союзники Империума против сил Хаоса, а завтра - безжалостные убийцы, вырезающие до последнего человека случайные человеческие поселения на захолустных планетах.
В руке он держал нечто, без сомнения являвшееся пистолетом, и он был направлен прямо на нее. Ее собственное оружие висело на поясе - она застегнула кобуру еще в начале бегства, поскольку ей были нужны обе руки, чтобы перемещаться по мануфакторуму. При всей своей выучке Эмберли понимала, что шансы успеть выхватить его, чтобы что-то изменить, были настолько ничтожны, что равнялись нулю.
- Я бы сказал, что беспокоиться не о чем, - произнес ксенос на сносной Готике, - Но вы мне не поверите. Приношу свои извинения за причиненные неудобства, но все мы должны играть отведенные нам роли. Можете найти утешение в осознании того, что лишь вы одна необходимы для грядущего: ваши спутники уже в безопасности.
Прежде чем она успела ответить, он выстрелил. Оружие пришельца выпустило дротик, который пробил ее бодиармор и вонзился в плечо. Эмберли не в первый раз за день пожалела, что не спустилась сюда в своем индивидуальном силовом доспехе - но тогда бы она, несомненно, уже давно была бы поймана в этой более громоздкой экипировке. Она попыталась выхватить свое оружие, чтобы ответить выстрелом, хотя бы из одного лишь упрямого неповиновения, но от места попадания уже расползалось леденящее онемение, и ее болт-пистолет выскользнул из пальцев и с грохотом упал на землю, вскоре за ним последовало и ее собственное тело.
К своему собственному смутному удивлению, когда тьма поглотила ее, последней мыслью Эмберли стала молитва о том, чтобы это еще не был конец, - хотя бы для того, чтобы не пришлось объяснять Богу-Императору, как ее удалось убить ксеносу-клоуну.
***
Восемь стандартных месяцев спустя после первой годовщины Восстания, Славкенберг во второй раз с момента обретения свободы столкнулся с угрозой извне.
Благодаря новой технологии ансиблей, созданной Несущими Обновленное Величие, маяки на границе системы немедленно передали предупреждение. Каждый из них, являясь плодом недель усилий величайших умов Несущих, был развернут всего несколько недель назад одним из немногих звездных кораблей, имевшихся в распоряжении Совета Освобождения. Сочетая записи космического трафика до Восстания с расчетами ученых из Имматериума, служащих Совету Освобождения, маяки были размещены в тех областях пространства, где корабли с наибольшей вероятностью могли выйти из Варпа.
Тогда некоторые выступали против кажущейся расточительности в применении столь невероятной технологии, но сам Каин приказал именно так, и дальновидность Освободителя вновь нашла свое подтверждение.
Несмотря на все невероятное преимущество мгновенной связи ансиблей и все обещания революционизировать способ общения между изолированными форпостами человечества, их пропускная способность была сильно ограничена. Поэтому машинные духи маяков изо всех сил старались передать все детали, которые они могли зафиксировать своими ауспексами. Новый флот насчитывал около двух десятков кораблей различных размеров, и, хотя не хватало точных данных, было очевидно, что они не человеческой постройки.
Уже одного этого было достаточно, чтобы понять: огневая мощь и численность войск этого нового противника, вероятно, в несколько раз превосходят ту, что была у презренного Карамазова в его злополучной попытке покарать Славкенберг за неповиновение. И все же, несмотря на это и на то, как близко планета оказалась к уничтожению в прошлый раз при столкновении с инопланетными захватчиками, народ не впал в панику. Вместо этого люди спокойно последовали указаниям общепланетарных объявлений, направившись в укрытия, возведенные в каждом поселении, и позаботившись о том, чтобы их соседи и те граждане, кто слишком стар или слаб, чтобы добраться самостоятельно, были сопровождены в безопасное место, даже если их приходилось нести на себе.
Ибо, как часто говорил Освободитель, только заботясь друг о друге, они могли надеяться противостоять врагам. И хотя в прошлый раз, когда чужие корабли омрачили небеса Славкенберга, планета оказалась на грани уничтожения, теперь все жили под защитой Дара Эмели - гигантской боевой станции, о которой говорили, что она была послана Славкенбергу духом возлюбленной Каина, покинувшей этот мир, но по-прежнему хранящей его из загробного мира (эту историю продолжали рассказывать и пересказывать в театрах по всей планете).
Затем, примерно через три часа после первого предупреждения от ансиблей, передачи новоприбывших достигли планеты. Они не были зашифрованы, и, хотя понять мерзкую речь ксеносов было трудно, сопровождавшие ее изображения делали природу захватчиков очевидной. Вскоре все на Славкенберге узнали новость:
Орки прибыли.
***
Варбосс Гаргаш Корбул вглядывался в треснувший, кое-как залатанный экран, отделявший мостик Когтя Горка от пустоты. Мекбои что-то сделали с экраном, чтобы он мог увеличивать объекты по ту сторону (хотя никто точно не знал наверняка, ибо они были пьяны от грибного пива, когда делали это после той самой вечеринки, во время которой экран и треснул). Обычно это помогало наводить дакку корабля в нужном направлении, но сейчас все бойцы на мостике были слишком заняты, уставившись, чтобы даже думать о стрельбе.
- Эдо самая красивая хрень, што я видал, босс, - прошептал главный мекбой Корбула, стоя рядом с троном Варбосса.
Корбул хмыкнул в знак согласия. Космический скиталец, вращавшийся вокруг планеты Уманы, которую они пришли атаковать, был впечатляющим, спору нет. Корбул и сам видел несколько таких махин за свое время, но ни одного столь огромного. У него потекли слюнки при мысли о всей добыче, что должна была таиться внутри в ожидании нового хозяина, о той дакке, которую его мекбои смогут из нее смастерить. Уже сейчас он был прекрасен; когда мекбои закончат с ним, он станет великолепным.
- Похоже, там уманы, - сказал один из бойцов, хмурясь на мерцающий дисплей, который, если Корбул правильно помнил, был связан с сенсорными приблудами Когтя.
- Мы его заберем, - объявил он. - Уманы слишком тупые, чтобы использовать его по уму.
То, что уманы умудрились привести Космический скиталец так близко к своей планете, не разбив его, было уже достаточно впечатляюще. Когда Гаргаш впервые услышал об этом, он подумал, что его ноб получил лишний удар по башке, но когда кучка его Чудил подтвердила, что это правда, его любопытство (и жадность) были возбуждены, и он привел сюда основную часть своего ВАААГХА!, оставив остальных своих подручных атаковать три другие планеты уман, которые он наметил для завоевания.
Глядя на вид перед ним, было ясно, что он сделал правильный выбор. Он пробормотал слова благодарности Горку и Морку, прежде чем рявкнуть:
- Эй! Кто-нибудь, включите ту большую болтушку! Я хочу, чтобы уманы знали, кто идет их надирать!
Последовала серия грохочущих звуков, ворчания, бормотания ругательств и один забавный визг, когда кабель, который грыз гретчин, внезапно включился и испепелил мелкое создание (что создало довольно аппетитный запах), затем один из меков крикнул:
- Включено, босс!
Гаргаш взял болтушку, которая была достаточно большой и прочной, чтобы он мог держать ее, не сломав случайно, когда возбудится (как случилось с предыдущими тремя).
- Так, уманы! Я Гаргаш Корбул, Босс этого ВАААГХА! Он сделал паузу, давая время остальной команде мостика присоединиться к нему в выкрикивании священного слова Морка и Горка. Большинство из них не понимало языка уманов, который он использовал, но это слово они, несомненно, узнали. Через мгновение ему наскучило, он выстрелил из своего пуляла в потолок, и все моментально притихли. - Мы здесь, чтобы убить вас и забрать всю вашу добычу! Он оскалился, продемонстрировав каждым из своих многочисленных острых зубов в камеру, чтобы уманы как следует испугались. - Начиная с этого вашего большого корабля. Так постарайтесь изо всех сил дать нам хороший бой!
Он швырнул болтушку, поднял свой коготь в направлении Космического скитальца и ударил другой рукой по большой красной кнопке, которую он велел установить рядом со своим троном (от чего пуляло, которое он все еще держал, выстрелило и превратило еще одного гретчина в красное месиво). Коготь Горка содрогнулся, когда его двигатели внезапно вышли на полную мощность, а мостик наполнился звуками падающих от внезапного ускорения предметов и людей, а также громоподобным хохотом Варбосса.
- Эдо будед весело!
***
На мостике Темного Мучителя, флагмана Кабала Убийственной Смерти, Архонт Злобное Сердце откинулся на спинку кресла и отхлебнул свой напиток. Смесь из растолканных глаз крутов и слез Эльдар Крафтворлда прекрасно сочеталась с вином, приготовленным из винограда, который выращивали его садовники внутри все еще живых тел пленных монкей. Он чувствовал вкус агонии в каждой капле, и дело было не только в том, что острые края бокала впивались в его губы при каждом глотке, добавляя в смесь вкус его собственной крови.
Темный Мучитель и горстка кораблей, составлявших космические активы Кабала, замерли в черной пустоте, оставаясь невидимыми для примитивных сенсоров прочих обитателей системы благодаря технологии, созданной в давно канувшие в Лету дни, когда Эльдари бродили по галактике как короли-завоеватели и брали свое удовольствие где, когда, у кого и в какой форме им только заблагорассудится.
Шиив не был столь стар, чтобы помнить те дни, но он многое узнал о них - и из рассказов тех, кто пережил Падение, и позже, когда те стали ему не нужны, поглотив их воспоминания с помощью восхитительного устройства, созданного одним из его любимых Гемонкулов. Процесс был далек от совершенства, но того, что ему удалось впитать, хватило, чтобы он всякий раз при воспоминании о том едва не рыдал от зависти.
Какая мощь. Какая слава. Какое безудержное великолепие. Когда-нибудь, поклялся он себе в тысячный раз, он познает, каково это - заставить саму галактику вопить от боли по его прихоти, прямо как его предки.
Но это - в будущем. А сейчас настало время насладиться зрелищем того, как его последний замысел обретает форму. Вокруг него остальная часть его двора стояла в молчании, наблюдая, как флот орков приближается к планете монкей.
- Все идет так, как я и предвидел, - произнес Злобное Сердце с улыбкой, которая заставила бы и Гемонкула притормозить. - Как только зеленокожие истощат силы защитников этого мира, и обе стороны будут измотаны конфликтом, мы двинемся вперед и заберем самые лучшие трофеи для себя.
- Мой жестокий и коварнейший Архонт, - произнес один из присутствовавших лейтенантов, - Прости мое невежество, но разве это не та же стратегия, что использовала Леди Малис, когда охотилась за Панацеей?
- Ты прощен, - ответил Шиив, что было, пожалуй, самым невероятным предложением, которое он когда-либо произносил за все свои долгие годы жизни. - Видишь ли, есть ключевое различие между планом той шлюхи и моим.
- И каково же оно, владыка? - спросил Иерарх, уловив его намек и послушно подыгрывая. Хорошему - Шииву позже понадобится Саревок в сознании и дееспособном состоянии, а значит пытать его в наказание за некомпетентность было бы сейчас неудобно.
- Ей не удалось заполучить в свои руки правителя планеты, - ответил он с усмешкой, которая, как он знал, была лишь немногим более злобной, чем его обычное выражение лица. - Ей пришлось довольствоваться одной лишь Панацеей, хотя она стремилась завладеть и тем, и другим. Я не совершу такой ошибки. Когда мы вернемся в Комморру, то вернемся и с реликвией монкей, и с их чемпионом, дабы все узрели, что я лучше выброшенной наложницы узурпатора.
- Лишь слепой не сможет разглядеть нечто столь очевидное, - подобострастным тоном произнес Саревок.
- К несчастью, в Комморре хватает слепых дураков, - ответил Шиив. - Но, когда это закончится, даже они не смогут отрицать моего величия.
Это вызвало новый виток подхалимских восхвалений от его подчиненных, которыми он наслаждался с таким упоением, что в основном было вызвано тем, что он прекрасно знал: они не верят в то, что говорят, но слишком боятся его, чтобы промолчать. Никому другому на мостике не нужно было знать, что идея использовать орков в качестве тупого орудия для сокрушения обороны монкей была навеяна случайным замечанием эмиссара Арлекинов, который и открыл ему существование еще одной Панацеи. Впрочем, основная часть плана все равно была его собственной работой, независимо от искры вдохновения, которую невольно предоставил ему слуга Цегораха.
Именно по его указанию его агенты разграбили ресурсы преступной группировки монкей, которая иногда вела дела с Кабалом Убийственной Смерти, и использовали эти ресурсы, чтобы подкупить некоторых советников Варбосса орков, дабы те внушили ему мысль, что Славкенберг - куда более интересная цель, чем то место, которое было первоначальной мишенью. Присутствие Космического скитальца, на котором была обнаружена Панацея, сделало задачу убеждения этих громил до смешного легкой, а окольный путь даже принес некоторые интересные трофеи, которые теперь покоятся в трюме Темного Мучителя в ожидании послеторжественных празднеств.
Конечно, к тому времени жертв хватит на всех. Тем не менее, Архонт с нетерпением ждал этого: не каждый день выпадает возможность пытать инквизитора монкей и лидера повстанцев одновременно.
Обновлено: 18.02.2026