Глава 3 — Глава 2. Мотыга и Солод

— Кэтрин! Кэтрин! Старшая сестра! Сестренка! Проснись, ну же, очнись! — А? Что? Кто кричит? Что случилось? — Кэтрин резко встрепенулась, первым делом сжав монеты в кулаке. Она ошалело огляделась и, встретившись с тяжелым взглядом подруги, неловко рассмеялась: — Ха-ха… Лина, так это ты меня звала? Да я просто… монеты немного испачкались, вот я их и протерла слегка, ничего такого. Лина, полная безнадеги, лишь покачала голвой: — Сестрица, уже поздно! Кэтрин с величайшей осторожностью убрала золото в кошелек. Сбросив наваждение, она подошла к остановившейся повозке и, приложив правую руку к доспеху на левом плече, отвесила кучеру безупречный рыцарский поклон: — Господин кучер, я крайне признательна вам за работу в эти три дня. Кроме того, приношу свои извинения: изначально мы договаривались на десять дней, но по определенным причинам вынуждены прервать наш договор на середине. Пожилой кучер, чье смуглое, испещренное морщинами лицо хранило следы многих невзгод, робко и немного нервно улыбнулся: — Ничего страшного, юные леди. Мне было приятно сопровождать вас, я и так всем доволен. Взгляд Кэтрин оставался серьезным: — По уговору мы арендовали вашу повозку вместе с услугами возничего за одну золотую монету в день сроком на десять дней. Прошло три дня, и мы должны вам три золотых. Согласно обычаям авантюристов, поскольку мы прервали задание досрочно и не смогли выполнить условия договора, мы обязаны выплатить вам сверх оговоренного еще половину суммы. Таким образом, мы должны вам четыре золотых и пятьдесят серебряных. — Не нужно, право, не нужно! — Возничий испуганно замахал руками. — Три золотых – это и так много, более чем достаточно! Кэтрин покачала головой: — Нет, уговор есть уговор. Эти деньги принадлежат вам по праву, и мы обязаны их отдать. Пожалуйста, примите их. С этими словами она отсчитала из другого кармана четыре золотых и пять монет по десять серебряных и вложила их в руку кучера. Тот с благодарностью закивал, рассыпаясь в словах признательности: — Огромное вам спасибо! Слушая по дороге ваши споры с тем малым, я уж думал, хоть бы свое получить, и не надеялся на такое… — Я рыцарь, — на строгом лице Кэтрин проступила мягкая улыбка. — Я не заплачу ни медяком меньше того, что мы должны, но и не отдам ни медяка лишнего. В этом и заключается рыцарская справедливость – по крайней мере, моя справедливость. Защищать ее – значит защищать честь рыцаря. — Время поджимает, — вклинилась Лина. — Сестрица, нам еще нужно найти ночлег. — Да, — отозвалась Кэтрин и обратилась к кучеру: — Господин кучер, завтра с утра нам нужно продолжить поиски подходящего товарища, так что сегодня стоит отдохнуть пораньше. На этом мы прощаемся, и пусть удача сопутствует вам во всем. — Погодите, — кучер окликнул собравшуюся уходить Кэтрин. — Я хоть и не знаток ваших дел, но, как понимаю, вам нужен толковый напарник? — Именно так. У вас есть кто-то на примете? — Поспешила спросить Лина. — «Мотыга и солод», — уверенно ответил старик. — Попробуйте попытать счастья в таверне «Мотыга и солод». Это самое большое заведение в городе, а его хозяин знает в Канзиле всё и обо всех. Хоть ночлег ищите, хоть новости – вам туда. Она во Внутреннем кругу, вывеска заметная. — Огромное спасибо! — Опасаясь, что Кэтрин снова ударится в пространные благодарности, Лина подхватила рыцаршу и маленькую Вивиан под руки и потащила во Внутренний круг, возбужденно причитая: — «Мотыга и солод», какое странное название! Главный герой «Дракона и Империи» говаривал, что в тавернах с такими причудливыми именами всегда случаются невероятные встречи. Кэтрин, Вивиан, быстрее! Нам точно повезет! — А? Где мы? — Вивиан, которую тащили за собой, вынырнула из своих мыслей и растерянно спросила: — Куда мы идем? — Никуда, — буркнула Лина. — Иди себе дальше и думай о чем хочешь, просто не отставай. — А, хорошо. Таверна «Мотыга и солод», расположенная во Внутреннем кругу, была не только крупнейшим питейным заведением Канзила, но и центром всей городской жизни. Едва солнце скрывалось за горизонтом, сюда стекались местные жители, заезжие купцы, отряды наемников и группы авантюристов. Все эти люди, уставшие за долгий день, собирались компаниями за кружкой ароматного эля, позволяя алкоголю расслабить тело и дух. Они болтали со знакомыми и незнакомцами, бахвалились былыми подвигами и добавляли капельку красок в свою обыденную или полную опасностей жизнь. На самом деле таверна была невелика – зал площадью около трехсот квадратных метров, где в беспорядке стояло два десятка столов. Посетителей было много, больше половины мест уже заняли, так что внутри было весьма шумно. Между столами сновали две официантки лет двадцати. С дежурными улыбками на лицах они ловко лавировали с подносами, уставленными кружками, уворачиваясь от загребущих рук подвыпивших гостей. Иногда им это не удавалось, и тогда в общем шуме слышались притворно-возмущенные вскрики девушек, их бойкая ругань и довольный хохот мужчин. В углу зала находилось возвышение высотой в полметра и площадью около десяти квадратов. Таверна бесплатно предоставляла это место проходящим мимо бродячим артистам, чтобы те могли заработать на дорогу. Напротив входа располагалась просторная стойка, за которой трудились хозяин и хозяйка. Вокруг стойки стояли высокие стулья для одиноких гостей. Если кто-то искал ночлег, но не хотел идти в гостиницу, таверна могла помочь и с этим: на втором этаже имелось около десяти комнат для постояльцев. Когда Кэтрин толкнула дверь, слух девушек наполнил гул голосов и низкий голос менестреля, поющего под аккомпанемент лютни: — Боевой топор дворфа сметает скверну… — Стрелы эльфов нежить в могилы вернут. — На пути мечника магия и сталь блеснут… — Копье рыцаря в доблестном рывке врага сокрушит. — В тени сверкнет кинжал песчаника… — У тотемных столбов предки орков поют свои песни. — В боевом кличе берсерка падет любой супостат… — Гром магических ружей эхом летит над полями. — Близнецы Света и Тьмы вершат гнев богов… — Пляшут стихии, являя мощь земли и небес. — Клыки и когти чудищ во тьме горят… — Дыхание дракона, сжигая всё, обрушится с высот. — Остовы мертвецов громоздятся горой… — Сквозь бездну опасностей герои идут к истоку. — Шаман, не дрогнув, жизнь предкам отдал… — Врага задержав, он духом вернулся в степи Священным Волком. — Герои предстали пред ликом кривого злого бога… — В огне и ярости каждый свой дар показал. — И в шаге от смерти кинулось падшее божество… — Мечтая забрать их плоть и вернуть себе силы живых. — Но рыцарь бесстрашный закрыла его собой… — Священным телом сковав божественный дух. — Козни божьи разбились о верность и честь… — Грудь рыцарши пронзил ее собственный клевец. Кэтрин замерла у порога, молча внимая песне. К финалу ее глаза заметно покраснели. Одним движением пальцев она подбросила серебряную монету; та, описав в воздухе дугу, приземлилась прямо в шляпу перед менестрелем. — Ого, целый серебряный! — Подколола ее Лина. — Сестрица, с чего такая щедрость? — Тот, кто хранит память о подвигах героев, — ответила Кэтрин, направляясь к стойке, — достоин награды. Это из моих личных средств. Лина хитро хихикнула, прикрыв рот рукой: — По-моему, ты просто услышала имя своего кумира и не смогла удержаться. — В общем-то, так и есть, — честно признала Кэтрин. Девушки пересекли зал. Заправилы, завидев красавиц, поначалу хотели было привязаться, но, разглядев доспехи и снаряжение практиков, тут же стушевались. Лишь один мертвецки пьяный гуляка попытался протянуть руки, но в мгновение ока перед его носом возник клевец пастора. Не обращая внимания на угрозу, рыцарша усадила спутниц у стойки. Хозяин таверны, орк из клана Волка, внешне мало чем отличался от людей – если бы он скрыл уши и хвост, признать в нем орка было бы трудно. Зато он был невероятно огромен: стоя за стойкой, он едва не задевал головой верхние полки. Громадный хозяин молча вытирал полотенцем свежевымытую посуду. Он бросил короткий взгляд на девушек, но ничего не сказал. Рядом с ним суетилась красавица-хозяйка из племени лис, готовившая заказы. Заметив гостьй, она дружелюбно им улыбнулась. — Кружку эля и два сока из драконьего апельсина, — Кэтрин выложила перед хозяином пять серебряных монет. — Хватит и двух, — буркнул хозяин, глянув на деньги, и негромко добавил: — Ладно, что вы хотели узнать? — Похоже, вы оба тоже практики? Бывшие авантюристы? — Кэтрин завела разговор со знанием дела. Обычно именно она вела переговоры от лица группы – разумеется, если ее не накрывало приступом рыцарской морали или желанием воспеть кодекс чести. — Не авантюристы, раньше были наемниками, — ответил хозяин, не поднимая головы от тарелки. — Пока нашему вице-капитану не прилетела стрела в колено. Кэтрин опешила: — Из-за ранения вице-капитана вы все бросили ремесло? — Потому что выстрелила я, — с гордой улыбкой пояснила хозяйка, поведав весьма жутковатую историю.