Глава 19 — Глава 19

Сусу было лень выяснять, почему он злится: когда заложник в руках, все становится намного проще. Однако нельзя было вечно удерживать Таньтай Цзиня. Эффект талисмана обездвиживания длится всего полчаса, и как только время истечет, ей и Сяо Линю придет конец. Сусу слезла с него и принялась обыскивать вещи «Цзя Чуня». Таньтай Цзинь не мог пошевелиться, поэтому лишь провожал ее холодным и мрачным взглядом. Как и ожидалось, у человека с положением «Цзя Чуня» нашлись самые разные ядовитые снадобья. Сусу взяла флакон «Порошка конца жизни» и пузырек с лекарством, временно лишающим сил. Разжав челюсти Таньтай Цзиня, она влила содержимое ему в рот. — Противоядие останется у меня. Ты и сам видел, что проглотил. Как только я сниму талисман, ты выведешь нас из сновидения, — проворчала она. — Не вздумай хитрить. Если не хочешь сдохнуть, завязывай с пакостями, которые вредят и другим, и тебе самому. Таньтай Цзинь промолчал. Сусу сняла талисман. Она уже видела прошлые сны Таньтай Цзиня и знала, что этот человек очень ценит свою жизнь. Тот, кто в детстве готов был есть дохлых крыс, лишь бы выжить, точно не захочет смиренно погибнуть в мире грез. — Пошли вместе со мной искать Сяо Линя, — она слегка ткнула его пальцем. Таньтай Цзинь и вправду зашевелился. Он действительно не хотел умирать. Минутная потеря бдительности привела к таким неблагоприятным последствиям, и раз уж ситуация зашла в тупик, он, не подавая виду, начал обдумывать другие варианты. Увидев Сусу и Таньтай Цзиня, Сяо Линь был крайне удивлен: — Третья барышня? Вы в порядке? Сусу покачала головой: — Все хорошо. — Он... — Сяо Линь нахмурился, глядя на «Цзя Чуня». — Это Таньтай Цзинь, — объяснила Сусу. — Произошло небольшое недоразумение, поэтому его не узнали. Теперь все прояснилось, и Таньтай Цзинь решил объединить с нами усилия, чтобы выбраться. Верно? Она несла чепуху, снова угрожающе ткнув Таньтай Цзиня пальцем. Таньтай Цзинь холодно усмехнулся: — Верно. — Так это принц-заложник, — произнес Сяо Линь. Сяо Линь и не предполагал, что и Сусу, и Таньтай Цзинь окажутся в этом сне. Он не питал к Таньтай Цзиню вражды. В конце концов, Сяо Линь не был похож на Сяо Шэня. Жизнь Таньтай Цзиня в императорском дворце с самого детства была несладкой, и Сяо Линь, изредка встречая его, даже старался помочь. — Принц, как сейчас обстоят дела? — спросила Сусу. — На самом деле вчера вечером мне все удалось. Во время покушения я намеренно промахнулся, чтобы Бинчан увидела «императорский» жетон. Теперь она знает, что я человек, подосланный государем. Слова Сяо Линя крайне удивили Сусу. Раз все получилось, почему Е Бинчан по-прежнему не хочет уходить? Неужели они ошиблись, и то, чем она дорожит больше всего, — вовсе не любовь Сяо Линя? — Похоже, этот способ не сработал, — вздохнул Сяо Линь. Вспомнив о чем-то, Сусу с улыбкой посмотрела на Таньтай Цзиня: — А что насчет твоего способа? Таньтай Цзинь покосился на нее и тоже растянул губы в улыбке: — Он определенно будет полезнее вашего. Возможно, из-за того, что он был в теле «Цзя Чуня», его улыбка казалась Сусу крайне злонамеренной. Тем не менее, на крыльях белой бабочки осталось совсем немного не закрашенного красным места. Это означало, что в реальности скоро наступит рассвет. Времени на поиски других путей не оставалось, и им пришлось довериться Таньтай Цзиню. Таньтай Цзинь неспешно зашагал к императорскому саду. Служанка бежала за маленьким мальчиком, выкрикивая: — Наследный принц, помедленнее! Не упадите! Мальчик в расшитых одеждах, на вид лет трех-четырех, был очаровательным и крепким ребенком. С кожей белой, как снег, он весело гонялся за бабочками в саду. Увидев малыша, Сяо Линь на мгновение замер. Как ни крути, это был ребенок Е Бинчан и «его» в этом сне. Мальчик бежал за бабочкой и внезапно врезался в ноги Таньтай Цзиня. Он упал на землю, и в его глазах заблестели слезы. Таньтай Цзинь опустил взгляд, бесстрастно разглядывая его. Затем под потрясенными взглядами всех присутствующих он одной рукой рывком поднял мальчика в воздух. Увидев действия Таньтай Цзиня, служанка с грохотом повалилась на колени: — Господин Цзя Чунь, наследный принц не нарочно! Пожалуйста, позвольте рабыне увести его назад! Мальчик заболтал ногами в воздухе. Почувствовав неладное, он испуганно зарыдал. Сусу наконец поняла, что задумал Таньтай Цзинь: — Ты хочешь убить этого ребенка? — Разве не вы хотели выбраться? — холодно бросил Таньтай Цзинь. — В любом случае он не настоящий. Какая разница, если я его убью? С этими словами он швырнул ребенка в объятия Сяо Линя. Тот инстинктивно подхватил малыша. Маленький наследник дрожал в руках Сяо Линя, не смея даже взглянуть на Таньтай Цзиня. — Раз это твое отродье, действуй сам. Сяо Линь посмотрел на принца, который в страхе прижался к нему. — Нельзя, — непроизвольно сорвалось с губ Сяо Линя. Мальчик продолжал всхлипывать, выглядя крайне жалко. Сусу тоже почувствовала, как заныла голова. Она спросила Таньтай Цзиня: — Неужели нет другого выхода? Таньтай Цзинь прислонился к декоративной горке, глядя на нее свысока: — Только этот. Что такое? Рука не поднимается? Видя, что ни Сусу, ни Сяо Линь не двигаются, Таньтай Цзинь процедил: — Женская сентиментальность! С точки зрения Таньтай Цзиня, это было нелепо. Как в мире могут существовать люди, готовые пожертвовать собственной жизнью ради кого-то другого? Он подошел и схватил маленького принца за горло. Ребенок оказался поднятым в воздух. Лицо Таньтай Цзиня оставалось бесстрастным, а хватка на шее продолжала сжиматься. Сяо Линь нахмурился, осознавая, что Таньтай Цзинь прав. Этот ребенок был лишь иллюзией, порожденной демонической ци Демона кошмаров. Если медлить и дальше, они все погибнут здесь. Таньтай Цзинь приложил силу, и ребенок, чье лицо уже посинело, превратился в черный дым и развеялся в воздухе. Сусу взглянула на Таньтай Цзиня. С лицом Цзя Чуня он казался воплощением безразличия. Убив маленького принца в мире грез Демона кошмаров, они направились к дворцу Е Бинчан. Сяо Линь молча шел впереди. Очевидно, исчезновение иллюзорного ребенка оставило тяжелый след в его душе. Сусу подошла к Таньтай Цзиню и только хотела заговорить, как тот прервал ее холодным тоном: — Что? Собираешься винить меня в жестокости и бессердечии? Сусу крайне удивилась. Она покачала головой и тихо прошептала: — Нет, я просто хотела поблагодарить тебя. Если бы не Таньтай Цзинь, она и Сяо Линь могли бы так и не решиться разрушить этот сон. Таньтай Цзинь взглянул на нее и сказал: — Раз так, отдай мне противоядие. Я не стану ничего предпринимать и точно выведу вас отсюда. Сусу немного подумала, достала из кармана флакончик и протянула ему. Таньтай Цзинь не ожидал, что она так легко согласится. «Глупая до невозможности, — подумал он. — Как только я приму противоядие, я непременно...» Однако стоило лекарству коснуться его языка, как он почувствовал неладное. Во рту начала таять сладкая красная конфета. Сусу, улыбаясь, задрала голову и спросила: — Ну как, сладко? — Ты меня разыграла? Его губы окрасились в красный цвет от леденца, а бледное лицо на мгновение исказилось от гнева. Сусу не удержалась от смеха и покачала головой: — Я и не говорила, что даю тебе противоядие. К тому же, как только мы покинем сновидение, действие яда пройдет само собой. Раз он не причиняет боли, потерпи немного. Увидев ледяной блеск в глазах Таньтай Цзиня и то, как он яростно разгрыз леденец, словно хотел кого-то убить, Сусу подавила смешок: — Не выплевывай, это испортит твой образ. Он с негодованием взмахнул рукой, отбрасывая флакон, который Сусу ловко поймала. Она побежала вперед и весело крикнула: — Принц, не хотите конфету? Хорошими вещами нужно делиться. Сяо Линь невольно рассмеялся. У него был отличный слух, и он, конечно, слышал разговор Сусу и Таньтай Цзиня. Хотя он не знал, что между ними произошло раньше, такая третья барышня не вызывала неприязни, а напротив, казалась весьма очаровательной. Даже гнетущее чувство после вынужденного убийства иллюзорного ребенка немного отступило. — Не стоит, благодарю, третья барышня. Перед дворцом Е Бинчан Таньтай Цзинь, немного подумав, достал чистый свиток указа и бросил его Сяо Линю. — Пиши. Указ о низложении императрицы. Сяо Линь взглянул на свиток — на нем действительно стояла печать «императора». Похоже, Таньтай Цзинь с самого начала планировал уйти. Даже не будь он с ними, он смог бы найти Е Бинчан и выбраться из сна самостоятельно. В душе Сяо Линя зародилась тревога. Таньтай Цзинь обладал незаурядным умом и талантами, к тому же был решителен и беспощаден. Если когда-нибудь он благополучно вернется в Царство Чжоу, то станет опасным врагом для Царства Ся. Сяо Линь опустил глаза и своим почерком написал указ о низложении императрицы. * * * Е Бинчан шила одежду для маленького принца. Она смотрела на цветы хайтана за окном, погруженная в свои мысли. Служанка рядом с ней с негодованием причитала: — Матушка, император вчера снова остался во дворце той выскочки. Вы — законная супруга, но государь относится к вам все холоднее. Нам, рабыням, больно на это смотреть. Игла уколола палец, и Е Бинчан поднесла его к губам, опуская взгляд. — Матушка! — испуганно воскликнула служанка. — Пустяки, — Е Бинчан была бледна, но выдавила слабую улыбку. — Запомни, впредь нельзя так говорить о государе. Император — сын неба, и его гнев, и милость — все это монарший дар. Кровь расплылась пятном по шелку. Служанка, обрабатывая ранку, ворчала: — Матушка, вы слишком добры. Совсем не умеете показывать характер. Е Бинчан смотрела на кровавое пятно и молчала. Она никому не рассказала о вчерашнем покушении. Тот жетон Сяо Линя до сих пор лежал в ее шкатулке. С улыбкой на губах она продолжила шить одежду для сына. Служанка улыбнулась: — Когда наследный принц вырастет, он обязательно оценит вашу преданность и отплатит вам сыновней любовью вдвойне. Едва она договорила, как в комнату вбежала другая служанка, задыхаясь от ужаса. — Императрица... Наследный принц... его убили! Лицо Е Бинчан мгновенно переменилось. Она выронила одежду и ошеломленно переспросила: — Что ты сказала? — Я видела своими глазами, прямо в императорском саду... Е Бинчан, подхватив подол юбки, выбежала наружу и столкнулась с Таньтай Цзинем и остальными. Служанка, дрожа, указала на них пальцем: — Это... это они... Таньтай Цзинь взглянул на Е Бинчан и коротко бросил: — Читай. Маленький евнух развернул свиток и зачитал указ о низложении. Ноги Е Бинчан подкосились, лицо стало мертвенно-бледным. Сяо Линь порывался подойти к ней, но в последний момент сдержался. Лишиться статуса императрицы, увидеть измену мужа и смерть сына... Для любой женщины это был бы самый страшный кошмар. Е Бинчан закрыла глаза, ее ресницы мелко дрожали. Сусу внимательно следила за ней, боясь, что та решит покончить с собой от отчаяния, но Е Бинчан оказалась куда сильнее, чем можно было представить. Она приняла указ и, глотая слезы, тихо произнесла: — Наложница... повинуется монаршей воле. У Сусу на душе стало как-то странно. Когда она увидела гибель Фу Я и гибель своей секты, она едва не лишилась рассудка, желая превратиться в защитный барьер для родных гор. Но Е Бинчан, получив такой сокрушительный удар, смогла спокойно принять указ. Словно покорная женщина, которая стерпит от «императора» все, что бы он ни сделал. Сусу раньше не встречала таких кротких натур. Она подумала: «Если бы кто-то навредил моему ребенку, я бы даже ценой жизни проломила этому мерзавцу голову». Красная бабочка подлетела к ним. Теперь лишь крошечный кончик ее крыла оставался белым. Скоро рассвет. Сяо Линь помог Е Бинчан подняться и мягко сказал: — Бинчан, проснись. Это все сон, все не по-настоящему. Е Бинчан оттолкнула его, качая головой: — Нет, это не сон. Все правда. Сяо Линь нахмурился. Сусу чувствовала, что что-то не так. Оглянувшись, она воскликнула: — А где Таньтай Цзинь? Сяо Линь тоже заметил: Таньтай Цзинь, стоявший неподалеку, бесследно исчез. Сусу, оставив поиски Таньтай Цзиня, подбежала к Е Бинчан: — Приди в себя! Если ты не захочешь уйти, мы все здесь погибнем. Почему ты готова оставаться в этом фальшивом сне после всего случившегося? Как только мы выберемся, все наладится. Шестой принц ждет тебя в реальности! Е Бинчан прикусила губу и промолчала. Шесть лет она была самой любимой императрицей Царства Великое Ся. Разве это может быть сном? Муж любил ее, у нее был чудесный сын. И пусть с маленьким принцем случилась беда... Вдруг император передумает? У них еще будут дети. Е Бинчан колебалась, и Сусу была на грани отчаяния. Видя, как последнее белое пятнышко на крыльях бабочки становится красным, не только Сусу, но и Сяо Линь помрачнел. Неужели им всем суждено остаться пленниками этого сна? В следующий миг за спиной Е Бинчан возник сгусток черного тумана, разразившийся безумным хохотом. Время вышло. Демон кошмаров пришел собрать последний урожай. Как только его туман коснулся Е Бинчан, из ниоткуда позади демона появился смертельно бледный юноша. Рука Таньтай Цзиня пронзила место, где должно быть сердце Демона кошмаров, и сжала черную демоническую пилюлю. На глазах у Сусу демоническая пилюля покинула тело хозяина, а черная ци Демона кошмаров начала стремительно перетекать в Таньтай Цзиня. Он даже не пытался уклониться, поглощая все без остатка. Таньтай Цзинь с кривой ухмылкой рассматривал добытый трофей. Сусу замерла от шока. Оказывается, он так рвался в этот сон не ради возлюбленной, а ради этой демонической пилюли. Неудивительно, что он так охотно сотрудничал — он просто выманивал истинное тело Демона кошмаров. Демон кошмаров не был рядовым демоном, и его демоническая пилюля обладала немалой силой. Таньтай Цзинь жаждал абсолютной власти. С детства он не мог заниматься боевыми искусствами, подвергался издевательствам, и хотя он наслаждался актами убийства и унижения других, его собственной силы было недостаточно. Будучи простым смертным, он уже стал безумным фанатиком совершенствования! Если бы кто-то сказал ему: «Умри, и печать падет», он бы, не колеблясь, лишил себя жизни. Сусу стало не по себе. Среагировав мгновенно, она бросилась к нему: — Отдай мне! Таньтай Цзинь холодно посмотрел на нее. На этот раз он был настороже и отступил на несколько шагов назад. Мир сновидения начал рассыпаться. Последним, что успела увидеть Сусу, было то, как он без тени сомнения проглотил демоническую пилюлю. Ей хотелось в ярости колотить по стенам — он все-таки ее сожрал! Сожрал! Проглотил! А ну выплюни ее немедленно! Со смертью Демона кошмаров черный туман неистово забурлил. Сусу не смогла дотянуться до Таньтай Цзиня — ее вышвырнуло из сна. В лесу уже вовсю сияло солнце. Ветки деревьев были обуглены вчерашним талисманом бегущего грома Сусу, и в воздухе витал запах гари. Сусу поднялась с земли и увидела лежащего неподалеку Таньтай Цзиня без сознания. Она пощупала спину — она покинула тело Хундоу, раны исчезли, и боли больше не было. Сусу схватила Таньтай Цзиня за одежду и, стиснув зубы, прошипела: — Мерзавец, а ну просыпайся! Бледный юноша под ее рывками медленно открыл глаза. Его ресницы, длинные и темные, влажные от утренней росы, придавали ему хрупкий и невинный вид. В нем не осталось и следа от того бешеного пса из сна. Сусу затрясла его: — Где демоническая пилюля? Ты правда ее съел? Выплюни ее, извращенец! Таньтай Цзинь коснулся кожи в том месте, где она его трогала. Это было странное чувство: девушка была слишком близко, ее холодный аромат окутывал его, вызывая дискомфорт и знакомое чувство удушья. Он поднял руку. Да... убить ее. Ему нужно ее убить. Он предчувствовал: если он не сделает этого сейчас, в будущем она обязательно разрушит все его планы. Подумав о том, что теперь он обладает силой Демона кошмаров, он с ледяным блеском в глазах вскинул ладонь, и на кончиках его пальцев начал клубиться черный туман. Однако туман, едва зародившись, тут же развеялся, так и не приняв форму. Сусу, конечно, заметила это: — А? Лицо Таньтай Цзиня застыло. Как такое возможно? Он ведь поглотил силу Демона кошмаров, почему же он все еще остается бесполезным ничтожеством? Сусу тоже была в замешательстве. В практике бессмертных и демонов действительно можно было присвоить чужую силу, сделав ее своей. Этот метод давал невероятный прогресс, но считался порочным путем, и немногие решались на него, боясь кары небес во время перехода через невзгоды. Круговорот кармы бесконечен. Лишь безумные демонические практики, не страшась последствий, ступают на эту тропу. Сусу боялась, что, проглотив пилюлю Демона кошмаров, он станет таким же необузданным, как в ее видениях. Однако черный туман в его руках угас, даже не успев толком собраться. Глядя в мрачные глаза юноши, Сусу вдруг захотелось рассмеяться. Надо же... Обладая злой костью, он с рождения был наделен запредельной мощью, но эта мощь была запечатана. Непробужденный бог демонов не может практиковать, не может заниматься боевыми искусствами и не имеет духовного корня — он выглядит как полный слабак. Таньтай Цзинь пошел по кривой дорожке, не зная, что в его теле уже сокрыта самая могущественная злая кость в мире. Он сам по себе был величайшим существом за последние десятки тысяч лет. Сила Демона кошмаров, вливаясь в его тело, была подобна капле воды, упавшей в океан — она не могла вызвать даже легкой ряби. Пока злая кость не пробудится, он не сможет превратиться в ужасающего бога демонов, и сколько бы демонических пилюль он ни поглотил, все будет бесполезно. Сусу весело улыбнулась и ущипнула его за щеку: — Принц-заложник, хотел убить меня, да? Ну же, попробуй! Он схватил ее за запястье. Сусу даже сквозь утренний туман чувствовала его ярость. Но она и не думала отпускать его — она принялась неистово тереть его лицо своими грязными от земли руками. Потирая его щеки, она ворчала: — Это тебе за то, что поперся в сон! За то, что заглядываешься на чужую жену! За то, что позарился на гадкую демоническую пилюлю! Взгляд Таньтай Цзиня был готов испепелить ее на месте. — Е Сиу! — хрипло выдавил юноша. — А ну слезь с меня! Сусу прихлопнула ладонью его лоб: — А с чего это я должна тебя слушать? Я вчера говорила не входить в сон, а ты не послушал. Ты хоть знаешь, что мы чуть все не полегли в кошмаре того демона! — Ты сама за мной пошла, — холодно отозвался он. — Даже если бы я сдох, тебе-то какое дело? Сусу перестала тереть его лицо. Она убрала руки, улыбка погасла. Опершись о дерево, она поднялась на ноги и, не проронив ни слова, зашагала прочь из леса. Таньтай Цзинь смотрел ей в спину, плотно сжав губы. Сусу не злилась, она просто внезапно поняла, что спорить с Таньтай Цзинем о добре и зле — пустая затея. От того, кто с рождения не способен отличить хорошее от плохого, глупо чего-то ожидать. Утро было довольно холодным. Она обхватила себя руками за плечи. По звуку шагов за спиной она поняла, что Таньтай Цзинь следует за ней. Они исчезли на целую ночь, нужно было поскорее возвращаться в поместье. Е Бинчан и Сяо Линь, должно быть, тоже уже пришли в себя. Этот поход не был бесполезным: по крайней мере, она увидела часть прошлого Таньтай Цзиня и узнала, что он не может присваивать чужую силу. Таньтай Цзинь шел за Сусу в прескверном настроении. Это немощное тело вызывало у него желание уничтожить весь мир. Солнце только начинало всходить. Идущая впереди девушка была одета в золотистое платье, и солнечные лучи играли на золотых нитях ее подола, заставляя их переливаться. Она зябко куталась, ее талия казалась совсем тонкой, а в темных волосах нелепо запутались травинки. Он пристально смотрел на нее, но она ни разу не обернулась. Он невольно поднял руку и коснулся своего испачканного лица, его зрачки были черны как ночь. Когда я найду еще несколько демонических или бессмертных пилюль, я обязательно заставлю ее исчезнуть!