"Варить разнообразную лапшу в чистой воде (1) – ты ешь, а я смотрю", – подумала она. Между ними было много старых счётов, но сейчас было не время их сводить. Ху фужэнь, сдерживаясь, натянуто улыбнулась:
– Есть дела поважнее. Сейчас, когда у нас, как ты сама сказала, горят брови, если ты сможешь помочь семье, кто посмеет сказать хоть слово против? Я не позволю. В конце концов, с тобой будет старая госпожа, разве можно не доверять этому?
Цин Юань слегка улыбнулась и, опустив глаза, сказала:
– Если бы можно было придумать другой способ, чтобы мне не приходилось появляться лично… Такой внезапный визит действительно повредит моей репутации.
Это была правда. Между ней и Ли Цун Синем пока не было никаких отношений, и, используя его имя для своих целей, она могла вызвать недопонимание.
Но одну и ту же ситуацию разные люди видят по-разному.
Цин Жу, услышав, что Ли Цун Синь тайно передал Цин Юань список, почувствовала сильную досаду и принялась ругать сестру:
– Получила выгоду, а теперь ещё и невинность строит! Раздобыла список и вообразила себя великой героиней. Даже если сейчас она сможет что-то выгадать, это лишь временная слава. Как только мы преодолеем этот кризис, кто будет считать её важной?
Цин Жун подливала масла в огонь:
– Не то чтобы я хотела говорить плохое, но этот молодой наследник Дань Ян хоу – тот ещё любитель заглядываться по сторонам. Тогда, во время встречи со второй сестрой в храме Великого Будды, всё же было хорошо, так почему в итоге список достался Цин Юань, позволив ей красоваться? Видно, этот молодой господин – настоящий мастер игр, одним крючком ловит старшую сестру, другим – младшую. Только встретился со второй сестрой, а уже бежит домой свататься к четвёртой. Уж не потому ли, что четвёртую так просто не заполучить, и он решил сначала подчинить её, а потом уже сделать вторую сестру наложницей…
Не успела она договорить, как Цин Жу яростно плюнула:
– Ах ты, змеиный язык! Сама будь наложницей!
Цин Жун смущённо замолчала. В это время служанка принесла опахало, запыхавшись, подбежала и, почтительно протянув его, сказала:
– Вторая юная леди забыла…
Цин Жу вырвала веер и вихрем умчалась в свои покои.
Старая госпожа Се, получив такой ценный контакт, немедленно начала разузнавать о передвижениях Шэнь Чэ. Шэнь Чэ был главным посланником Управления Императорской гвардии, служил в дворцовой охране, но его ранг был на несколько ступеней ниже, чем у старшего брата, и дел у него было меньше. К тому же Шэнь Чэ уже был женат и возвращался в Ючжоу чаще, чем Шэнь Жунь. Встретиться с ним было куда проще.
Сегодня было пятое число, как раз день отдыха Шэнь Чэ. Старая госпожа велела Цин Юань подготовиться, приказала заложить экипаж и отправилась в резиденцию начальника Управления Императорской гвардией.
Цин Юань предложила сначала встретиться с женой Шэнь Чэ, а через неё уже выйти на него, но старая госпожа думала иначе:
– У женщин ум – с кунжутное зёрнышко. Если ты, молодая девушка, прямо назовёшь имя её мужа, младшая госпожа Шэнь может заподозрить неладное и только испортит всё дело. Поедем сначала, а там видно будет. Кто знает, дома ли он сейчас? Если поднимать слишком много шума, весь Ючжоу узнает, что мы ведём тайные переговоры, и это повредит репутации твоего отца.
Раз так, спорить было не о чем. Экипаж покатил по направлению к резиденции начальника Управления Императорской гвардией. Ючжоу был большим городом, и расстояние между двумя резиденциями было немалое. Примерно через полчаса кучер объявил:
– Приехали!
Экипаж остановился в переулке напротив резиденции.
Цин Юань приподняла занавеску на окне и выглянула. Действительно, дом высокопоставленного чиновника, пользующегося большим влиянием при дворе! Даже герб и стойки с алебардами у ворот, не говоря уже о том, чтобы войти внутрь, даже стоять под ними уже сложно, такой трепет они внушали.
Старая госпожа действовала крайне осмотрительно. Она не стала сразу направляться к воротам с визитной карточкой, а сначала послала слугу к привратнику у ворот Асы (2) с деньгами, чтобы разузнать, дома ли начальник. Возможно, пока они ехали, Шэнь Чэ вышел. Слуга вернулся с известием, что начальник стражи временно отсутствует и неизвестно, когда вернётся.
Старая госпожа задумалась:
– Если он не уехал из Ючжоу, то рано или поздно вернётся. Раз уж мы приехали, нельзя возвращаться с пустыми руками. Будем ждать!
Они ждали почти до заката, когда наконец увидели человека на высоком коне в сопровождении нескольких стражников, приближающегося по улице.
Лучи заходящего солнца заливали всё вокруг, окаймляя золотом стены и высокие ворота. Из-за расстояния разглядеть его лицо было невозможно, но его статная фигура и благородные манеры выдавали в неизвестном человека высокого положения. Старая госпожа сказала:
– Это точно он.
Сначала она хотела выйти из экипажа, но вдруг заколебалась. Цин Юань снова села:
– Бабушка, что случилось?
Старая госпожа помолчала, затем взглянула на неё, поправила волосы и шпильки:
– Я подумала ещё раз. Если ты пойдёшь одна и скажешь, что у тебя личные связи с молодым наследником Дань Ян хоу, это будет проще объяснить. Но если я явлюсь лично, и спросят о наших отношениях, что мне ответить?
_____
1. 清水下杂面 (qīng shuǐ xià zá miàn) – литературный перевод – варить разнообразную лапшу (из бобовой и пшеничной муки) в чистой воде – это идиома, которая используется для описания ситуации, когда всё ясно и просто, когда кто-то действует прямо, без скрытых мотивов, она подчёркивает прозрачность поступков и мыслей и отсутствие обмана. Иногда может использоваться с оттенком "как есть, так и есть", подчёркивая простоту и отсутствие сложностей.
2. 阿斯门 (āsīmén) – ворота Асы – боковые ворота в домах знатных вельмож или дворцах, которыми пользуются слуги для выхода и входа в повседневной жизни.
Обновлено: 03.02.2026