Глава 6 — Глава 6

Глава 6 В прошлой жизни он был сиротой, не знавшим настоящей родительской ласки, росшим в детском доме среди чужих людей. Здесь, в этом опасном, жестоком мире, он обрел семью — настоящую, любящую. Лишь для того, чтобы судьба начала методично отнимать её по частям, как жестокий кукловод. Из-за ухудшающегося состояния Фей Кратос стал чаще оставаться дома. Он не говорил об этом вслух — Призрак Спарты никогда не был многословен, — но его молчаливое, тяжелое присутствие в хижине стало постоянным, как скала. Он проводил долгие часы рядом с женой, просто сидя молча у очага, держа её за руку. Иногда они разговаривали тихо, о чем-то своем, и в эти моменты даже суровое лицо Кратоса смягчалось. Зелос, чувствуя перемены в семье, понимая, что отец не может отлучаться надолго, взял на себя роль добытчика. Охота на дичь, сбор припасов, проверка силков — теперь всё это лежало на его плечах, и он нес эту ношу без жалоб. И хотя ему было всего восемь лет, магическая сила и физическая подготовка позволяли справляться с задачами взрослого охотника. Чтобы помочь сыну в его новой роли, Фей собрала последние силы и создала для него лук. Он был похож на тот, что позже достанется Атрею — изящный, идеально сбалансированный, сплетенный из магического дерева, что не сломается и не растрескается ни от жары, ни от холода. Но этот был особенным, уникальным. На гладком дереве рукояти она вырезала руны защиты и точности, а над ними — имя: Зелос. Буквы светились тусклым голубым, пульсируя в такт биению сердца владельца. Это был не просто инструмент для добычи пропитания. Это был символ доверия. Материализованное доказательство материнской любви, что переживет саму мать. Примирившись с тем, что изменить нельзя, смирившись с неизбежным, Зелос вернулся к своим сферам. Пять элементальных ядер, вобравших в себя объединенную силу сотни троллей, парили перед ним в тренировочной комнате. Огонь, Земля, Молния, Ветер, Вода. Они гудели от сдерживаемой мощи, искрили, переливались, требуя применения. Но просто создать магические батарейки было мало. Это было бы слишком просто, слишком примитивно для его амбиций. Зелос пошел дальше, в неизведанную территорию. Он вдохнул в каждую сферу простейшую форму сознания — рудиментарный искусственный интеллект, лишенный настоящей личности и свободной воли, но наделенный способностью к базовым решениям и абсолютной, фанатичной преданностью создателю. Это были не живые существа в полном смысле слова. Это были продолжения его собственной воли, автономные, но связанные невидимыми цепями. Стоя перед парящими сферами, что гудели и вибрировали от переполняющей их мощи, отбрасывая на стены цветные тени, Зелос отдал свой первый приказ. Голос его звучал твердо и уверенно, как удар кузнечного молота о наковальню: — Найдите первородные источники ваших элементов. Места силы, где стихия бьет ключом в своей чистейшей форме. Впитайте скрытую в них изначальную эссенцию, ту самую искру, что зажгла ваши элементы при сотворении мира. Растите. Эволюционируйте. И вернитесь ко мне ровно через пять лет. Сферы отозвались ослепительной вспышкой разноцветного света, будто подтверждая понимание приказа. Затем они взмыли в небеса разом, разлетаясь в разные стороны света, как стая падающих звезд. Огонь устремился на юг, к вулканическим пустошам. Вода — к древнему океану на западе. Молния взмыла в грозовые тучи на севере. Ветер растворился в вихрях на востоке. Земля ушла вглубь, в сердце горного массива. Зелос провожал их взглядом, пока последний отблеск магии не растаял в воздухе. Его цель была грандиозна и безумна: он хотел получить не просто мощные накопители магической энергии. Он хотел создать пять истинных элементалей — сущностей, рожденных из первородной стихии, связанных с самими основами мироздания. С такими союзниками, с такой силой в распоряжении, он станет фигурой, с которой придется считаться даже всемогущим богам. - Прошел еще год — двенадцать месяцев тренировок, экспериментов и медленного прощания. Зелос продолжал ежедневные спарринги с Кратосом, неустанно шлифуя тело и дух, превращая себя в оружие. Стало совершенно очевидно, насколько невероятно мощным даром была Эссенция Владыки Чародеев. Она не просто давала доступ к магии. Она фундаментально перестраивала физиологию на клеточном уровне. Зелос рос крепким и выносливым, его мускулатура наливалась силой быстрее, чем у любого смертного или даже молодого бога. Кости становились плотнее, сухожилия — эластичнее, рефлексы — острее. В отличие от классических магов — тех самых «стеклянных пушек», что могли выпустить разрушительное заклинание, но падали от одного удара кинжалом, — он превращался в универсальную машину войны. Маг, способный раздробить скалу заклятием, и воин, способный зарубить врага в рукопашной. Параллельно он усложнял магические эксперименты, раздвигая границы возможного. Попытки создания големов принесли смешанные, разочаровывающие результаты. Ему удалось сплести конструкта из сырой магической энергии — гуманоидную фигуру высотой в два метра, — но тот оказался хрупким, как сухая глина на солнце. Без массивных зачарований усиления големы рассыпались в пыль от первого же серьезного удара. Магия держала форму, но не давала прочности. Это подтолкнуло его к углубленному, почти маниакальному изучению чар усиления и укрепления материи. И тут, когда он перелопачивал очередной том теории в ментальном гримуаре, его осенило. В памяти всплыл яркий образ Мерлин из «Семи смертных грехов» — ведьмы с вечно игривой улыбкой и способностью, что была чит-кодом реальности. Её врожденный дар «Бесконечность» — магия, позволяющая любому заклинанию работать вечно, без малейших затрат маны. Заморозить врага во времени навсегда? Легко. Поддерживать защитный барьер целые столетия, не моргнув глазом? Пожалуйста. Наслаждаться бесконечным запасом любимой еды? Почему бы и нет. «Если я смогу повторить это…» — подумал Зелос, и у него перехватило дыхание от осознания масштаба возможностей. — «…я стану практически непобедимым». Сердце забилось чаще. Ладони вспотели. Но суровая реальность быстро остудила первоначальный восторг. Теория разбивалась о непреложный фундаментальный закон. Главный принцип магии, незыблемый как смена времен года, гласил: за всё нужно платить. Ничто не дается даром. Любое действие требует энергии. Маленькое заклинание — мало. Большое — много. Но всегда есть цена. Как же заставить заклинание работать вечно, не истощая заклинателя до иссохшей мумии? «Как создать вечный двигатель в мире магии?» — этот вопрос впился в его сознание как заноза, сверля мозг днем и ночью на протяжении долгих месяцев. Зелос стал рассеянным, отстраненным. Он мог замереть с ложкой супа на полпути ко рту, глядя в пустоту невидящим взором, погруженный в свои мысли. Мог забыть ответить на простой вопрос. Мог стоять под дождем, не замечая, что промок до нитки. Уравнения выстраивались в его голове бесконечными цепями. Магические круги рисовались сами собой на песке, на снегу, в воздухе перед его глазами.