Он умирал дважды за одну ночь: сначала от болезни, что не прощает, а потом — захлебнувшись в бассейне, которого не должно было существовать. А очнулся вновь подростком, в комнате детства, под укоризненным взглядом младшей сестры — той, которую он хоронил в прошлой жизни. Странник в багровой робе знал о нём то, что не знал никто, и назвал цену второго шанса: исправить всё, что он предал ради работы и гордого молчания. Сколько долгов перед мёртвыми можно закрыть, если время однажды дало заднюю передачу?

Он умирал дважды за одну ночь: сначала от болезни, что не прощает, а потом — захлебнувшись в бассейне, которого не должно было существовать. А очнулся вновь подростком, в комнате детства, под укоризненным взглядом младшей сестры — той, которую он хоронил в прошлой жизни. Странник в багровой робе знал о нём то, что не знал никто, и назвал цену второго шанса: исправить всё, что он предал ради работы и гордого молчания. Сколько долгов перед мёртвыми можно закрыть, если время однажды дало заднюю передачу?