Глава 7 — Глава 7. Кость.

**Глава 7. Кость.** Пощёчина Ту Ли обрушилась на красиво очерченную скулу Чэнь И совершенно неожиданно. Сила удара была не так уж велика, но, услышав звук хлопка, она сама остолбенела — уверенность её тут же поубавилась на треть. А когда перед ней предстало помрачневшее лицо Чэнь И и раздался его яростный рёв, в смятении, стыде и досаде у неё мелькнула даже растерянность. Но следом её охватила настоящая ярость от унижения — статус его официальной девушки Ту Ли добивалась с большим трудом, приложив немало усилий! Тогда, в баре, она видела Чэнь И уже не впервые.. В то время он, похоже, решал какие-то дела — несколько дней подряд бронировал один и тот же закуток с мягкими диванчиками. В белой рубашке, озарённый разноцветными неоновыми огнями бара, он очень бросался в глаза. Ту Ли придумала простенький ход: «случайно» пролила на него бокал красного вина. Он лишь усмехнулся, ловко поймав падающий бокал, и разговор сам собой перешёл на тему химчистки и обмена номерами телефонов. Потом он стал иногда брать её с собой на тусовки с друзьями — и так, естественно, всё и завязалось. В то время вокруг Чэнь И всё ещё крутилась одна назойливая бывшая — дочка владельца казино, типичная таймэй. Ту Ли даже постаралась выведать причину, почему они расстались: оказалось, та тащила Чэнь И в ювелирный магазин выбирать кольца. Он упирался, и в итоге она сама купила пару обручальных колец. Когда же она попыталась надеть мужское кольцо ему на палец, он разозлился, швырнул его об пол, и тут же разорвал с ней все отношения. ***Таймэй「太妹」 — это кантонское заимствование от английского "teddy girl" (от Teddy Boys — молодёжная субкультура 1950-х в Британии). В китайском (особенно в Тайване, Гонконге и южных провинциях) «太妹» означает девушку-хулиганку, участницу уличных групп, часто грубую, дерзкую, нарушающую нормы поведения — но не обязательно уголовницу.*** Ту Ли даже посочувствовала этой девушке — ведь желание «заявить о своих правах» было вполне понятным желанием.. Взять хотя бы его собственную бильярдную: Чэнь И мог засиживаться там до самого утра. Ещё бы.. Он же нанял целую команду красоток, которые по очереди «тренировались» с ним. Целыми днями он «сгорал на работе» — тусовался с ними, шутил, флиртовал. Так мало того, в бильярдную регулярно заходят и другие девушки, мечтающие украдкой поглазеть на него. Он же никому не отказывал! Трудился в поте лица! С готовностью брал их под руки, учил технике: наклонялся над бильярдным столом — и тогда становились видны гладкая мускулистая спина, узкая талия и подтянутые бёдра... Кто из девушек выдержит такое?!.. Но даже если бы Ту Ли поселилась бы в бильярдной и сутками не сводила бы с него глаз, она всё равно не смогла бы отвадить от него этих прилипчивых девчонок, которые вились вокруг него как бабочки вокруг цветка. Чэнь И не дурак — зачем ему прогонять клиентов? Стоит себе, опершись ладонями о край стола, источает резкий запах табака, а сам лениво ухмыляется.. И стоит ему бросить пару шуток с этой самой ухмылочкой, да обжечь взглядом из под густых чёрных бровей — и вот уже щёки у любой глупышки пылают, сердце колотится, а он и рад.. Не стесняется! Даже Ту Ли — свою «официальную» девушку — может легко отодвинуть в сторону. Ему всё равно, цепляется за него женщина или нет, следит за ним или даёт свободу. Он никогда не откровенничал с ней, и жил так, как хотел: то внезапно пропадал на десять-пятнадцать дней без единого звонка, то так же внезапно появлялся, не предупредив заранее, — и даже не думал объяснять, чем был занят. Сначала Ту Ли и сама собиралась просто развлечься — она ведь знала: такой волк-одиночка надёжности не сулит. Но стоило ему лишь чуть приподнять веки и медленно, лениво взглянуть на неё — и она уже не могла совладать с собой. Да и вообще, он с ней не плохо обращался: в постели — огонь, деньги на неё тратил щедро, никогда не отказывал, не трясся за каждую монетку. Такой парень уж куда лучше тех жадных проходимцев, что только и умеют, что пользоваться женщиной, не желая тратить на неё ни одного юаня. Но с таким, конечно, нельзя расслабляться — нужно держать и себя в форме, и соперниц на расстоянии! Позже Ту Ли сумела заручиться поддержкой друзей Чэнь И — теперь она то и дело ловко выспрашивала у них, куда он подевался, чем занят, с кем встречался. Так она хотя бы приблизительно знала, где он бывает каждый день. Ведя себя с ним свиду кротко и покладисто, она крепко держала его в узде. Так они, то сходясь, то расходясь, пробыли вместе больше года — и у Ту Ли уже появилась уверенность, что она крепко «держит его в руках». Хотя она всё равно понимала: с таким переменчивым, вольным нравом рано или поздно он обязательно свяжется с кем-нибудь на стороне — всё же, увидев вдруг Мяо Цзинь, стоящую за его спиной и спокойно рассматривающую её своими яркими, чёрно-белыми глазами, она мгновенно почувствовала, как рушится всё внутри. Не думая ни секунды, в порыве внезапной ярости, она и дала ему пощёчину. А как дала — сразу же сама опешила.. Клац.. Мяо Цзинь тихо закрыла за собой дверь. В комнате воцарилась абсолютная тишина — ни звука. «Какая ещё сестра?!» — с вызовом бросила Ту Ли, сжав губы от обиды и стыда. — «Я ни разу не слышала про какую-то твою сестру, а вот «сестёр» на стороне — у тебя хоть пруд пруди!» Комната Мяо Цзинь раньше всегда стояла пустой, заваленная хламом. А теперь, если соединить все эти мелочи — незаметные, но тревожные, — выходит, в его доме поселилась женщина!… И всё это время она, ничего не подозревая, молча позволяла какой-то девке подтачивать их отношения! Её романтический ночной визит к возлюбленному вдруг превратился в настоящую сцену застигнутой измены. Чэнь И, заметив, как Ту Ли не отводит глаз от двери комнаты Мяо Цзинь, нахмурился и резко произнёс: «Это её прежняя комната. Она раньше жила в ней десять лет. Довольна?» Голос его стал ледяным. Ту Ли оцепенела. «Ты.. Объясни толком…» — прошептала она. «Сначала оденься,» — бросил он. С её влажных волос стекали капельки, уже промочив футболку насквозь. Ноги Ту Ли были по-прежнему обнажены, а еще и весеннее солнышко выглядывало. Она кое-как натянула свою одежду, а потом посмотрела на Чэнь И — тот стоял, скрестив руки, с угрюмым мрачным лицом, от которого веяло плохо скрываемым, тлеющим раздражением. ***春光乍泄 проглянуло весеннее солнце, обр. в знач. засветить свои прелести ,часть обнаженного тела.*** Не успели они ничего сказать, как дверь открылась, и в комнату вышла Мяо Цзинь. На ней уже была домашняя одежда — свободная, простая футболка и брюки. В руке она держала фен, лицо её было спокойным, а голос мягким и тёплым: «Фен у меня лежал. Высуши волосы. Твои шампуни да маски я сложила в шкафчик под умывальником — не знала чьи они, но всё убрала туда». «Меня зовут Мяо Цзинь. Я уже больше полутора недель здесь живу. Когда вернулась, Чэнь И как раз был в отъезде — и я тут немного посамовольничала. Ты уж прости..» На лице Мяо Цзинь не было и тени смущения, тревоги или вызывающей дерзости. Голос звучал искренне и спокойно, без малейшего признака лжи или попытки что-то скрыть — настолько естественно, что в каждом слове чувствовалась её уверенность. Ту Ли нахмурила тонкие брови, с недоумением переводя взгляд с Мяо Цзинь на Чэнь И и обратно, пытаясь понять, кто же она такая. «Ты его сестра? Родственница или…?» Они были вообще не похожи друг на друга — даже фамилии разные. «Он тебе про меня не говорил?» — переспросила Мяо Цзинь. «Конечно нет!» Две женщины, в четыре глаза, уставились на него одновременно. Чэнь И, хмурясь ещё сильнее, с потемневшим лицом шагнул вперёд и схватил Ту Ли за руку : «Я провожу тебя». «Когда я зашла, то услышала дома шум, и он сказал, что приехала невестка. По дороге обратно он тоже сказал, что не против поужинать всем вместе, чтобы познакомиться». Мяо Цзинь сделала шаг назад. «Поговорите о чём нужно. Мне завтра рано на работу, я отдыхать». Ту Ли, услышав её тон, с нарастающим недоумением в глазах повернулась к Чэнь И за разъяснениями, но он рявкнул: «Обсудим по дороге!» Она спотыкаясь, последовала за Чэнь И вниз по лестнице. Дверь машины захлопнулась с глухим стуком, и тут до неё дошло: «Что за дела, о которых нельзя поговорить дома и открыто?» «Как ты вообще сюда попала?» — нахмурился Чэнь И. — «Кто тебя сюда звал?!» «Так это правда твоя сестра? Ты ни разу даже не упоминал, что у тебя есть сестра!» «Да». Ту Ли всё ещё чувствовала, что что-то не так, и, раздражённо мотнув головой, так что волосы взметнулись в сторону, возмутилась: «А почему я не могу прийти? Ты сказал, что дома проблемы. Это и есть те проблемы? Почему я не должна была знать?!» Чэнь И потёр большим пальцем подбородок, закурил и с раздражением фыркнул: «А тебе-то какое до этого дело? Я в твои семейные дела встревал? Ты свою семью мне показывала?» Ту Ли на мгновение опешила, безвольно откинулась на сиденье и уставилась вдаль. Вся её прежняя напористость будто испарилась : «Кто она на самом деле?» Его лицо оставалось неподвижным, как вода, не выдавая ни малейшего волнения: «Моя сестра. Вернулась в Тэнчэн на работу, жить будет дома». Машина рванула с места и понеслась по дороге. Чэнь И высадил Ту Ли у её дома и, не оглядываясь, умчался прочь. По пути обратно он всё же заехал в бильярдный клуб — дождался закрытия, и только потом направился домой. Его машина вновь остановилась у подъезда. На втором этаже уже не горело ни огня: шторы в левой комнате были плотно задёрнуты. Чэнь И опустил глаза, закурил. Ресницы отбрасывали под глаза тонкие, веерообразные тени. Он долго молчал, потом медленно выпустил дым, свесил мускулистую руку из окна и лёгким движением пальцев стряхнул пепел, оставив в зыбкой ночной тьме лишь тлеющую красную точку. Он не понимал, зачем она вернулась.. ******* Ту Ли решила выяснить всё сама — разыскала старых друзей Чэнь И: Даомао, Боцзы, Датоу Юаня, Ай Юна... Все, кого она спросила, в один голос удивились: «Мяо Цзинь вернулась?!» Но Чэнь И никому ничего не говорил — никто из них даже не знал, что Мяо Цзинь снова в городе. Сердце Ту Ли немного успокоилось — по крайней мере, наполовину: «Мяо Цзинь? Вы все её знаете?» Все подтвердили, что знают, но степень знакомства у каждого была разной: кто-то лишь слышал её имя, кто-то видел пару раз мельком, кто-то знал её лично, а кто-то и вовсе был с ней в хороших, близких отношениях. «Это сестра Чэнь И, но не родная, без кровной связи. Отец Чэнь И нашёл себе тогда женщину из другого города, и она привезла с собой дочь. Где-то лет десять с лишним назад. Когда Чэнь И учился в начальной школе, она уже была. Потом она поступила в университет, уехала учиться в большой город и с тех пор как в воду канула — ни разу не возвращалась». «А почему вы раньше ничего о ней не говорили?» «Брат И сам никогда о ней не говорит, да и не к чему. Он очень не любит вспоминать те времена, у него сразу лицо леденеет. У него с Мяо Цзин были очень плохие отношения, раньше он постоянно на неё кричал, они вечно ругались». «Настолько плохие отношения?..» Вчерашняя короткая встреча и впрямь не оставила впечатления теплоты — общение было таким сдержанным, что даже на дальних родственников или знакомых они были не похожи. «Да уж хуже некуда — чуть ли не как враги.. Они почти не разговаривали». А один из приятелей хмыкнул, едва сдерживая смех: «Настолько плохие, что однажды Чэнь И устроил драку на улице, а его «сестрёнка» тут же вызвала 110 — настоящая праведница, хотела отправить родного брата в участок, чтобы он тюремной баланды отведал! Такого позора Чэнь И ещё не испытывал — он тогда рвал и метал! А потом, когда Мяо Цзинь уехала, он, похоже, вздохнул с облегчением: жизнь его стала куда веселее». Ту Ли обошла всех по очереди и теперь уже примерно представляла себе картину. Она поняла: сестра, о которой говорил Чэнь И, — это не выдумка и не тайная любовница, а человек с настоящей, пусть и сложной, общей семейной историей. Теперь ей стало ясно, что вчерашний скандал был недоразумением. Вспомнив, как она громко обвинила Чэнь И в том, что он «завёл бабу»— и как тот почернел от ярости, — она покраснела от неловкости. На следующий день Ту Ли снова пришла в бильярдную к Чэнь И. В зале стоял табачный смог, он играл с кем-то и как раз сделал чистую серию, настроение у него было отличное. Ту Ли подошла с довольной улыбкой, стала массировать ему плечи, похлопывать по спине, потом принесла чай, усердно подлизывалась и в конце концов сказала, что хотела бы лично встретиться с Мяо Цзинь, чтобы извиниться, и предложила всем вместе поужинать. Чэнь И неспешно натёр кий мелом, не глядя на Ту Ли, глубоко наклонился над столом, сделал первый удар и сухо бросил: «У неё на этой неделе какой-то тимбилдинг. Подождёшь до выходных». ******* Корпоративный тимбилдинг для новых сотрудников компании организовали на загородной ферме: это был поход с препятствиями и сельскими развлечениями. Большинство участников были крепкими молодыми парнями, полными сил и пыла, которые справлялись с заданиями легко. Несколько девушек из последних сил старались не отставать, и парни время от времени то подставляли им плечо, то протягивали руку помощи — команда быстро сдружилась. Мяо Цзинь и Лу Чжэнсы были коллегами, учились по одной специальности, теперь вот работали в одном отделе, на тимбилдинге тоже попали в одну группу — общих тем было хоть отбавляй, и отношения складывались хорошо. Лу Чжэнсы был высоким, с узкими удлинёнными глазами, светлой кожей и двумя ямочками на щеках, когда улыбался. На год младше Мяо Цзинь, парень он оказался старательный и целеустремлённый. По должности оба были инженерами, и он обращался к ней «инженер Мяо», а она к нему поначалу — «инженер Лу». Лу Чжэнсы почесал затылок и немного смущённо сказал Мяо Цзинь: «Звучит как "кочегар".. Честно, мне не нравится. Инженер Мяо, зови меня просто Чжэнсы. Или английским именем — Джек». ***Оба слова — 卢工 (фамилия Лу + инженер) и 炉工 (печь/котел + рабочий = кочегар) — звучат абсолютно одинаково.*** Мяо Цзинь не сдержала улыбки: «Тогда буду звать Чжэнсы. А то представь: в цеху кричать "Джек!" — как-то странно». ***Китайский менталитет: Использование английского имени (Джек) в такой обстановке звучит инородно, вычурно и неестественно. Это имя ассоциируется с офисными открытыми пространствами, международными компаниями, коворкингами — но не с заводским цехом.*** Двухдневный тимбилдинг завершился, и каждый поехал домой с пакетом сладких дынь из фермерского хозяйства. Лу Чжэнсы как раз собирался в центр города по делам и предложил проводить Мяо Цзинь, донести её пакет с дынями. Дойдя до подъезда, она заметила, что он уже весь в поту, и пригласила зайти на минутку — выпить воды и заодно посмотреть кое-какие профессиональные материалы с её прежней работы, которые могут ему пригодиться. Лу Чжэнсы уже собрался согласиться — как вдруг прямо перед ними откуда-то с неба шлёпнулся окурок. Они одновременно подняли глаза: на балконе второго этажа, развалившись во всю длину, сидел молодой мужчина. Одну длинную ногу он закинул на подоконник, а взгляд его ленивый, но пронзительный, как солнечный луч, прорвавшийся сквозь тучи, — был устремлён прямо на них. Лицо показалось Лу Чжэнсы знакомым — он сразу вспомнил: это тот самый парень, который приезжал за Мяо Цзинь на машине в прошлый раз, когда они все вместе ужинали. «Инженер Мяо… это ваш парень?» — Лу Чжэнсы замер, смущённый. «Нет,» — спокойно ответила Мяо Цзинь, бросив мимолётный взгляд наверх. — «Это мой брат». Раз в доме уже кто-то был — да ещё и с таким недружелюбным, слегка угрожающим видом, — Лу Чжэнсы решил не заходить. Он передал Мяо Цзинь пакет с дынями и её рюкзак, махнул рукой и быстро зашагал прочь. Она поднялась наверх, открыла дверь — Чэнь И всё ещё сидел на подоконнике балкона. Увидев, что она вернулась, он спрыгнул с него, длинные ноги легко коснулись пола, и бросил лениво: «Приехала?» «Ага,»— коротко ответила она. «Разве не договаривались, что я заеду за тобой? Почему сама вернулась?» «Компания прислала автобус — довезли до города». Мяо Цзинь сняла лёгкую рубашку от солнца и осталась в белом трикотажном топе, который мягко обрисовывал изгибы её тела. Длинные волосы она собрала в пучок, обнажив изящную, почти лебединую шею — но плечи и задняя часть шеи покраснели от солнца, горели и ныли. Шлёпая босыми ногами по полу, она зашла в свою комнату, достала алоэ-гель, включила верхний свет в ванной и встала перед зеркалом, чтобы намазать охлаждающий гель на обгоревшую кожу. Её тонкие, белые пальцы, покрывшиеся прозрачным гелем, осторожно и бережно наносили средство на покрасневшую кожу за шеей. Прикоснувшись к маленькому выступу седьмого шейного позвонка, она невольно втянула воздух сквозь зубы и нежно помассировала это место кончиками пальцев. Чэнь И, скрестив руки, откинулся на спинку стула, опустив глаза: «Тогда я заеду за Ту Ли, вечером поужинаем все вместе». «Можно дома? Я за эти два дня вымоталась до предела, всё тело болит, совсем не хочется никуда идти». На лице Мяо Цзин промелькнула лёгкая усталость. «Я потом всё приготовлю, вы вечером просто приходите поесть». Он замер на мгновение, в голосе прозвучало лёгкое раздражение: «Тогда зачем готовить? Я что-нибудь привезу». «Ладно». Дверь ванной захлопнулась у него перед носом, из-за неё донёсся шум воды. Чэнь И уже собирался уходить, но вдруг резко обернулся, чтобы закрыть входную дверь, и краем глаза заметил мелькнувшую за матовым стеклом тень — смутный изящный силуэт.. ******* Вечером Ту Ли и Чэнь И вернулись вместе, неся в руках коробки с едой на вынос. Мяо Цзинь, нарезавшая фрукты на кухне, услышала шум и обернулась, бросив взгляд в их сторону Ту Ли, желая побыстрее наладить отношения, ласково обняла Мяо Цзинь, прижавшись к ней, и, окутав её сладковатыми духами, а потом с приторно-нежной интонацией сказала: «Сестрёнка Сяо Цзинь, привет!» «Привет,» — ответила та спокойно. «Я принесла тебе маленький подарок, надеюсь, понравится,» — подмигнула Ту Ли и протянула запакованную помаду. — «Зови меня просто Ту Ли, или Лилис, или сестра Лили — как удобно. Не стесняйся!» «Спасибо, сестра Лили,» — вежливо поблагодарила Мяо Цзинь. Между женщинами всегда найдётся тема для разговора. Хотя Мяо Цзинь и казалась холодной, по характеру она не была замкнутой или нелюдимой. Они болтали, передавая друг другу тарелки на кухне. Чэнь И некоторое время молча наблюдал за ними, стоя в дверном проёме — глаза его были спокойны, как глубокий колодец. Помолчав, он молча вышел на балкон, закурил и уткнулся в телефон. «В тот вечер я совсем голову потеряла,» — Ту Ли, не стесняясь, откровенно ткнула локтем Мяо Цзинь в бок. — «Прости, пожалуйста! Вышло, конечно, довольно неловко — просто всё выглядело так странно…» Мяо Цзинь спокойно ответила: «Ничего страшного, извиняться не надо. Женщины — существа интуитивные...» Она вдруг осеклась и больше ничего не добавила. Ту Ли вздохнула, в голосе её прозвучала лёгкая обида: «Я ведь не со зла! Просто твой брат — такой магнит для женщин, хоть плачь. Некоторые сами на него лезут — и не отвяжутся никак. Я и подумала...» «Понимаю. У него всегда так было. Ещё в техникуме девчонок вокруг него было полно — некоторые даже домой приходили, искали его». «Правда?..» Мяо Цзинь уклончиво сменила тему, выложив фрукты в вазу, и направилась к шкафу за тарелками: «Вы слишком много всего набрали. Нам, даже всем вместе, за один раз точно не съесть». «Мы с твоим братом оба не любим готовить — привыкли питаться где-то на стороне. У него ещё такая привычка дурацкая: всё, что нравится, обязательно заказывает, даже не задумываясь, влезет в нас или нет. И к тому же, я ведь не знала, какие блюда тебе по вкусу, потому заказала на всякий случай побольше… Этот ресторан здесь очень известный — в следующий раз пойдём все вместе поужинаем». «Замечательно,» — улыбнулась Мяо Цзинь. — «Заказывать то, что нравится, — это и есть счастье». Пока они беседовали, Ту Ли расспросила Мяо Цзинь, сколько ей лет, как давно она в Тэнчэнe, в каком университете училась и как устроилась на новую работу. Выслушав, она одобрительно цокнула языком: «Вот это да, ты просто молодец! Только вот странно: если ты в учёбе так здорово преуспела, почему не передалось твоих стараний хоть немного Чэнь И? Был бы он хоть чуть-чуть прилежнее — глядишь, тоже поступил бы в институт, стал бы инженером или кем-нибудь в этом роде». Мяо Цзинь пожала плечами — в её голосе не было ни сожаления, ни досады: «Он сам не хотел учиться. Это не навяжешь силой». Да и правда — будь Чэнь И хоть чуть-чуть склонен к учёбе, разве остался бы он в Тэнчэне? Давно бы уже, глядишь, улетел куда-нибудь ввысь под облака. «А почему ты вообще решила вернуться в Тэнчэн? Ведь в больших городах столько возможностей! Я бы сама отдала всё, чтобы выступать на большой сцене, — только боюсь ехать в неизвестность без медяка за душой».. «Для моей работы почти не имеет значения, где именно сидеть за компьютером. После выпуска я с однокурсниками снимала квартиру: по три часа в день тратила на дорогу, питалась только обедами из коробок и доставкой, да ещё и сверхурочно работала, постоянно в командировки выезжала… В итоге поняла: пожалуй, жизнь в большом городе - это совсем не моя история..» Она побывала там — в самом сердце мегаполиса, увидела то, чего раньше не знала, поняла, как всё устроено. Но, убедившись, что ничего особенного там нет, решила, что такая жизнь её не устраивает. Ту Ли кивнула — она могла понять такой взгляд. На кухню доносился лёгкий запах дыма. Следуя за взглядом Мяо Цзинь, Ту Ли обернулась: Чэнь И стоял на балконе, прислонившись к перилам, с сигаретой в руке. Сквозь кухонное окно был виден лишь его профиль — резко очерченные надбровные дуги, прямой нос и четко выделяющийся подбородок. Мяо Цзинь спокойно отвела глаза и спросила: «А ты, сестра Лили? Живёшь одна? Продолжаешь танцевать?» «Живу с родителями,» — рассказывала Ту Ли. — «У нас есть ещё маленький брат, ему всего пять лет. Родители уже немолоды, но до сих пор работают, так что я помогаю им с ним. Насчет танцев.. Танцевала когда-то — сначала в туристическом парке, но туда было слишком далеко добираться и платили гроши. В барах, конечно, платили побольше, но… работа там не сахар.. В итоге бросила. Сейчас работаю в фитнес-клубе администратором. Если не хватает инструкторов — иногда провожу пару занятий по аэробике». «Какой насыщенный жизненный путь!» — искренне сказала Мяо Цзинь, слегка кивнув. — «Кажется, твоя работа гораздо интереснее моей. У меня всё довольно однообразно — иногда я даже завидую таким, как ты, у кого совсем другая жизнь». Сестра определённо была легче в общении, чем брат.. ******* После ужина, когда кухня была прибрана, все трое снова уселись за стол - теперь уже только с пивом и закусками. Болтали о бытовых мелочах и повседневных делах. Чэнь И почти не вступал в разговор, да и сама Мяо Цзинь никогда не была особо разговорчивой. Зато Ту Ли старалась изо всех сил — и всё время возвращала тему к Мяо Цзинь. «А у тебя, сестрёнка Сяо Цзинь, есть парень?» Мяо Цзинь покачала головой. «Тебе уже двадцать четыре — пора бы и задуматься об отношениях. Какой тип тебе нравится? Может, я кого-нибудь и подсказала бы — в фитнес-клубе полно парней и с внешностью, и не бедствующих». Чэнь И, сидевший рядом с банкой пива в руке, чуть нахмурился. Мяо Цзинь, не поднимая глаз, аккуратно чистила креветку. Помолчав немного, она улыбнулась: «Какого-то конкретного типа нет. Всё же в любви важна именно взаимная симпатия с первого взгляда». «Кстати, а раньше у тебя были отношения?» «Были». Ту Ли засмеялась: «Правда? А так и не скажешь! С виду такая невинная, скромная — будто на свидания только с родителями за ручку ходишь». «Не верится, что у меня уже были парни?» — усмехнулась Мяо Цзинь. — «Было два бойфренда». «Серьёзно?» — Ту Ли оживилась. — «Когда? Кто?» «Первый — одногруппник по универу, со вторым — познакомились уже на работе. В сумме где-то больше трёх лет длились отношения». Чэнь И, сидевший рядом, закурил, его взгляд внезапно стал ещё более холодным, и он вставил вопрос: «А почему расстались? В чём была проблема?» Ту Ли с улыбкой толкнула его: «Ты чего так бурно реагируешь? Собираешься им ноги переломать?» Мяо Цзинь неспешно начала объяснять: «Однокурсник был родом из северного города. После выпуска ему дома нашли прекрасную работу, а я не захотела ехать с ним, вот и разошлись. У того, с которым на работе познакомилась, родители оба были преподавателями у престижном университете.. Скажем так.. Они предъявляли слишком много требований к будущей невестке, поэтому тоже не сложилось». Два молодых человека: один — самый выдающийся из тех, кто за ней ухаживал; второй — которого она сама добивалась, приложив немало усилий. Настоящие отношения, с романтикой и ухаживаниями — всего было предостаточно. Но оба раза разрыв инициировала сама Мяо Цзинь. Она заканчивала отношения быстро, без видимых страданий, холодно и решительно. «Разошлись, так разошлись, ничего страшного», — утешила её Ту Ли. — «В Тэнчэне тоже хватает хороших мужчин, найти нового не так уж сложно». Мяо Цзин вытерла пальцы и с лёгкой улыбкой, ясным взглядом ответила: «Я об этом и не переживаю. В компании сотни мужчин-инженеров, холостяков среди них много. Найти пару должно быть будет несложно». «И правда. Выбирай получше, а мы все сможем тебе помочь советом».