Глава 14 — Глава 14. Кость.

**Глава 14. Кость.** После появления в её жизни Лу Чжэнсы, выходные стали наполнены встречами — они стали видеться всё чаще, и досуг Мяо Цзинь стал заметно разнообразнее. Тогда, в командировке в Цзиньчэне, она лишь скупыми словами объяснила ему: «Побудь моим парнем… Всего два-три месяца. У кого-то из семьи тяжёлая болезнь, хочу порадовать». Этого оказалось достаточно — уже на следующий день Лу Чжэнсы спокойно кивнул, приняв всё как есть. По сравнению с другими коллегами-мужчинами, которые всё ещё крутились вокруг, робко намекая и не зная, как подступиться, он уже вовсю купался в лунном свете. ***近水楼台先得月 (jìn shuǐ lóu tái xiān dé yuè) Буквально: «Ближайшая к воде башня первой получает лунный свет [отражённый в воде]». Значение: Тот, кто находится в выгодном положении или близости к чему-то ценному, имеет преимущество и получает выгоду первым.*** Мяо Цзинь слегка улыбнулась, с ямочками на щеках, и протянула ему руку. Она даже не сомневалась, что он её не отвергнет. А что до более подробных объяснений — она лишь загадочно улыбнулась: «Со временем ты всё узнаешь». Они не афишировали своих отношений — просто молчаливо договорились и с того момента вошли в некое «почти-влюблённое» состояние. С утренних совещаний, проходивших в восемь утра, до совместных переработок до десяти вечера, они были вместе, а теперь ещё и по выходным встречались. Лу Чжэнсы постепенно осознал, что Мяо Цзинь — человек, с которым комфортно и в работе, и в личном общении: она сохраняла лёгкую, чуть прохладную дистанцию, но при этом была простой и без капли надменности; умела быть серьёзной и собранной, но при этом — внимательной к другим; проявляла твёрдость и решимость в работе, но при необходимости легко уступала в мелочах, оставаясь мягкой и заботливой. На самом деле, она не очень любила рассказывать о себе. Лу Чжэнсы почти ничего не знал о её прошлом — лишь то, что она переехала в Тэнчэн после того, как её мать вновь вышла замуж. Чэнь И был сыном из новой семьи, ребёнком от предыдущего брака её отчима. Позже отчим умер, мать снова вышла замуж, и Мяо Цзинь, закончив университет, вернулась в Тэнчэн. История, рассказанная в нескольких скупых фразах, была полна крутых жизненных поворотов, но Мяо Цзинь излагала её бесстрастно. Не дав Лу Чжэнсы как следует её обдумать, она перевела разговор на рабочие темы и уже серьёзным тоном спросила: «Уточнили с производством, совместимы ли сварка и сборка этих штампованных деталей? Если отдадим команду на изготовление пресс-формы, а потом придётся отзывать — разгребать последствия будет гораздо сложнее». Эта девушка, такая холодноватая и красивая, работала с невероятной самоотдачей. Весь отдел в той или иной степени её опекал, но Мяо Цзинь и правда была исключительно компетентной, ни в чём не уступая коллегам-мужчинам. Лу Чжэнсы был полностью очарован и во всём подстраивался под её ритм. Из-за того общего ужина и похода в кино, Лу Чжэнсы также добавил в WeChat Ту Ли и Чэнь И. Он знал, что Чэнь И владеет бильярдным залом, а Ту Ли тогда с улыбкой предложила когда-нибудь снова собраться всем вместе — мол, в бильярдной есть стол для маджонга, и они могли бы поиграть вчетвером, составить друг другу компанию. Когда Мяо Цзинь уходила на свидания, Ту Ли, конечно же, намекала Чэнь И на то, что они могли бы провести это время вместе.. С недавних пор она стала делать это всё настойчивее.. Просто у неё были определённые женские интуитивные догадки — по её мнению с Чэнь И творилось что-то неладное. А именно — с тех пор как он уезжал летом в Юньнань, и вернулся, вот уже три месяца прошло, и за это время он ни разу с ней не переспал. К тому же в последнее время он стал куда спокойнее: почти перестал шататься со своими прежними сомнительными друзьями, не флиртовал с каждой встречной девушкой, а когда она звонила, он почти всегда оказывался в бильярдном зале, и увлечённо тренировался. Ту Ли как-то спросила у Боцзы, не замечает ли он чего-то странного в поведении Чэнь И, и не крутится ли с ним рядом какая-нибудь швабра. Боцзы ответил, что в последнее время Чэнь И после закрытия зала сразу идёт домой, почти не заигрывает с девушками и в целом ведёт себя совершенно нормально. «Странно?» — удивился он. Вроде ничего странного. Однажды она, не выдержав, сама оседлала его, недвусмысленно дав понять, что хочет развлечься, но Чэнь И был не в настроении. Когда она попросилась хотя бы просто переночевать у него, он мрачно отказался. Ту Ли подумала, что он всё ещё злится из-за того неловкого случая, в вечер её знакомства с Мяо Цзинь, и с лёгкой улыбкой сказала: «Да ладно тебе, Мяо Цзинь — взрослая девушка, что тут такого? Но если ты не хочешь дома, мы же можем поехать в отель…» Но Чэнь И лишь холодно швырнул сигарету и бросил: «Если совсем невмоготу — найди себе любовника на перепихон. Я точно знаю, ты не останешься одинока». Их знакомство состоялось в баре, и с самого начала Ту Ли считала Чэнь И типичным кобелём — просто развлечение на время, не более. Потому её немало удивило, когда он вдруг дал ей статус своей девушки в глазах всех знакомых. Разумеется, она ухватилась за это обеими руками — так они и оставались вместе до сих пор. Но теперь, после его слов, Ту Ли нахмурила изящные брови. В душе у неё шевелилось смутное подозрение, но она никак не могла понять: что же с ним происходит?.. Ту Ли даже осторожно пыталась выведать у Мяо Цзинь, что творится с Чэнь И, намекая разными способами. Но Мяо Цзинь явно не желала развивать эту тему и лишь вежливо отвечала: «Не знаю. Может, тебе лучше самой у Чэнь И спросить?» Лу Чжэнсы и Мяо Цзинь часто проводили время вместе: играли в настольные игры, в бадминтон или баскетбол, ходили в походы, бегали вместе по утрам, а иногда просто задерживались на работе или ездили на испытательный полигон. Ту Ли знала, что они встречаются, и всякий раз приглашала Чэнь И присоединиться к ним. Он каждый раз становился мрачным, дважды прямо отказался, но на третий раз всё же согласился — правда, пришёл явно не в духе. С Лу Чжэнсы он держался крайне сдержанно, почти холодно, без малейшего тепла или интереса. Когда они и потом все четверо собирались вместе, Чэнь И сидел, как статуя у храмовых ворот — надменный, отстранённый, с выражением вечного недовольства на лице, закинув ногу на ногу и уткнувшись в телефонную игру… или же просто исчезал из виду. Самая тёплая и лёгкая атмосфера, пожалуй, была в тот раз, когда они поехали кататься на картинге. Мужчины по природе своей увлечены автомобилями, а в их компании были ещё и сразу два автомобильных инженера. Мяо Цзинь и Лу Чжэнсы сидели рядом, оживлённо обсуждая шасси, рулевое управление, подвеску, шины — а от этого плавно перешли к работе: то вспомнили трагикомичную историю про аврал в цеху, то припомнили какие-то интересные детали из технической документации проекта. Пока они болтали, Ту Ли и Чэнь И устроили между собой гонку: они мчались по треку, оставляя за собой гул моторов и шум покрышек, который то и дело прорывался сквозь фон разговора двух инженеров. В какой-то момент Мяо Цзинь на секунду прервалась, подняла глаза — её взгляд мягко скользнул в сторону трека. Лу Чжэнсы, последовав за её взглядом, увидел, как Чэнь И резко входит в занос, демонстрируя эффектный дрифт. «У И-гэ царский стиль за рулём!» — заметил Лу Чжэнсы с искренним восхищением. — «Круто чувствует машину, держит её железно. Наверное, часто гоняет?» Мяо Цзинь не знала, как обстоят дела сейчас, но вспомнила прошлое: «Раньше он часто гонял на мотоцикле, тогда всему и научился». «Правда?» — улыбнулся Лу Чжэнсы. — «И-гэ реально крутой водитель! Сестра Лили, кстати, говорила, что он ещё и в бильярд играет отлично». Мяо Цзинь повернулась к нему: «А ты умеешь играть в бильярд?» «Совсем немного». «Тогда как-нибудь сыграете друг против друга». Когда Ту Ли сошла с трассы отдохнуть, Лу Чжэнсы сразу занял её место. На треке тут же разгорелась настоящая гонка на выносливость: Лу Чжэнсы, хоть и уступал в опыте, но держался уверенно — ловко маневрировал, то и дело пытаясь обогнать Чэнь И, мчащегося впереди. Мяо Цзинь и Ту Ли сидели на скамейке у зоны отдыха. Ту Ли достала зеркальце и пудру, чтобы подправить макияж, но при этом не сводила глаз с трассы. Чэнь И выкладывался по полной — дым, пыль, рёв моторов!… В пылу азарта она вдруг обернулась к Мяо Цзинь и с восторженным блеском в глазах спросила: «Разве Чэнь И не крут?!» «Нет». Голос Мяо Цзинь прозвучал ровно, без особых эмоций. — «Слишком много понтуется». Ту Ли рассмеялась: «Нравится тебе спускать его с небес на землю». Мяо Цзинь улыбнулась: «Просто он правда не крутой». Позже, когда Чэнь И и Лу Чжэнсы вышли с каров и сняли шлемы, с обоих градом лил пот. Чэнь И, получивший свою дозу адреналина, был весь мокрый, его коротко стриженные волосы промокли насквозь, майка плотно облепила тело, чётко обрисовывая рельеф мышц и кости — весь он сиял влажной, грубоватой, почти первобытной красотой, от которой захватывало дух. ******* После ужина компания рассталась: Чэнь И отвёз сначала Лу Чжэнсы, потом Ту Ли. Мяо Цзинь осталась с ним в машине, сидя на заднем сиденье и листая что-то в телефоне. Внезапно она подняла глаза и спросила: «А за эти годы… ты всё же гонял на машинах?» Чэнь И, не отрываясь от дороги, ответил, сжимая руль: «Ты же мне запретила». «И ты правда больше не занимался этим?» «Мне уже давно не семнадцать, нет той жажды адреналина и риска», — его тон был расслабленным. — «А заработать можно на чём угодно.. Даже бильярда хватает, чтобы прокормиться». «Вся твоя сообразительность уходит на подобные вещи», — неспешно произнесла Мяо Цзинь. — «И живёшь ты действительно неплохо» Его тёмные глаза вспыхнули холодным огнём: «А что, по-твоему, мне надо было поступить, как ты с Лу Чжэнсы — выучиться в университете и потом стать инженером?» «Я не об этом». Мяо Цзинь опустила взгляд, отвечая на сообщения в телефоне. Чэнь И на мгновение взглянул на неё в зеркало заднего вида, передёрнул плечами и повёз её домой. ******* Раз уж они в прошлый раз упомянули о бильярде — нужно было попробовать! Любопытство Лу Чжэнсы было пробуждено всерьёз. Вместе с Мяо Цзинь они выбрали свободный вечер, чтобы заглянуть в бильярдный зал Чэнь И. Тот, конечно, заранее всё подготовил: специально оставил для Лу Чжэнсы отдельный стол и готовился встретить гостей по-хозяйски. В университете Лу Чжэнсы изредка ходил в бильярдный клуб с друзьями, но играл редко и не особенно умело. Чэнь И не спешил, играл неспешно и снисходительно, то и дело мягко поддаваясь, лишь бы продлить партию и дать новичку почувствовать себя увереннее. Мяо Цзинь сидела за барной стойкой и болтала с Боцзы. В зале стояло всего восемь бильярдных столов и парочка-другая столов для маджонга. Основной доход заведения шёл не от игры, а от продажи безалкогольных напитков, сигарет и фруктов. Ежедневная выручка колебалась между тысячью и полутора тысячами юаней. Зарплата Боцзы составляла восемь тысяч в месяц — почти столько же, сколько у Мяо Цзинь. Правда, были ещё каникулы — летом и зимой наступал явный спад. Прикинув всё в уме, Мяо Цзинь спросила, не имеет ли Чэнь И ещё какие-то источники дохода. Боцзы загадочно улыбнулся, отводя глаза: «И-гэ велел не трепать языком». Она не стала настаивать. Её взгляд скользнул по ряду розовых игровых автоматов с плюшевыми игрушками. Сегодня в зале не было ни одной девушки, и автоматы стояли в тишине, словно дремали. Заметив, что Мяо Цзинь задержала на них взгляд, Боцзы тут же протянул ей целое ведро жетонов: «Держи, играй сколько хочешь!» Она действительно взяла ведро и отправилась к автоматам. Жетоны были бесплатные, так что она себе ни в чём не отказывала — выбирала только самые классные игрушки, совершенно не думая о том, сколько попыток уйдёт, чтобы вытащить их. Отдача явно не окупала затраты — но разве это важно, когда играешь ради удовольствия? «Сколько уже торчишь тут? И всего две удалось достать?» — Чэнь И проходил мимо по пути к барной стойке за водой, и бросил ей этот вопрос вскользь. «Чжэнсы любит морских черепах,» — ответила она, не отрывая взгляда от стеклянной витрины автомата. — «Хочу поймать ему ту, что закопана внутри. Угол неудобный, коготь плохо достаёт». «Нужна помощь?» «Нет,» — отрезала она сразу и без колебаний. Чэнь И лишь негромко хмыкнул и вернулся к бильярдному столу. Честно говоря, уровень игры Чэнь И заметно превзошёл ожидания Лу Чжэнсы. Тот сам не был мастером бильярда, но кое-что понимал в игре — смотрел турниры, знал базовые приёмы. И по тому, как Чэнь И рассчитывал удары, как точно контролировал скорость и траекторию выхода битка, Лу Чжэнсы сделал вывод: наверное, в этом районе Чэнь И — лучший. Один из зрителей, стоявший рядом и наблюдавший за партией, усмехнулся и добродушно фыркнул : «Бери планочку повыше». Приз за первое место в ежемесячном дружеском турнире, который проводился в бильярдном зале с самого открытия, до сих пор так и висел на стене — никто его ещё не забрал. Даже тренер, готовивший чемпиона университетского турнира по бильярду, не раз приходил сюда попробовать силы, но ни разу не сумел обыграть Чэнь И. Говорят, истинные мастера часто скрываются среди простых людей: может, и продавец жареных клецок у обочины, если возьмёт в руки кий, заставит тебя обомлеть. Грань между профессионалом и любителем здесь тонка — и, хотя Чэнь И никогда официально не участвовал в соревнованиях, ему доводилось играть с национальными чемпионами в любительских встречах. А в Тэнчэне он ещё ни разу никому не проигрывал. Закончив с автоматами, Мяо Цзинь подошла к бильярдному столу и стала наблюдать со стороны. Чэнь И уже перешёл в режим учителя: показывал Лу Чжэнсы, как правильно наводить кий и выдерживать ритм удара — сначала простые прямые удары на короткой дистанции, затем — уже более сложные броски под небольшим углом. В завершение он одним точным движением «очистил» стол. Лу Чжэнсы будто прозрел — глаза загорелись, он тут же захотел сыграть ещё одну партию и, взяв кий в руки, полностью погрузился в игру, настолько увлёкся, что чуть не забыл, что Мяо Цзинь всё ещё стоит рядом. Сама она никогда не играла в бильярд. Видела, как играют другие, пару раз даже прикасалась к кию — но за все эти годы так и не попробовала всерьёз. В университете бывали моменты, когда она стояла у стола, но ни разу не подумала: «Попробую». Ни разу не захотела научиться — и никого не просила её обучать. «Мяо Цзинь, не хочешь сыграть?» — Лу Чжэнсы весело приподнял брови. — «Со мной И-гэ играть неинтересно — давай лучше мы с тобой, два новичка, устроим свой матч?» Чэнь И молча протянул ей свой кий и, слегка приподняв бровь, спросил: «Хочешь попробовать? Научу». Мяо Цзинь на мгновение задумалась, потом взяла кий, аккуратно натерла кончик мелом и, копируя их движения, осторожно встала у стола. На ней были свободные, струящиеся брюки и шелковая блузка — образ, мягкий и сдержанный, словно отражение цветка в спокойной глади пруда. А теперь она ещё и закатала рукава до локтей, обнажив руки, белые и гладкие, как фарфор. Наклонившись над столом, она изящно выгнула поясницу. Простая одежда вдруг обрисовала тонкие изгибы её тела — в плечах, талии, бёдрах — и придала ей неожиданную соблазнительность. Она поставила мост, осторожно провела кием вперёд-назад и спросила, чуть смущённо: «Вроде так?» ***Мост (кистевой упор) в бильярде — это положение кисти, на которую упирается кий при ударе. Является частью правильной стойки.*** Зеркало на стене отражало её целиком — чётко, ясно, почти безжалостно, будто не оставляя ни единой тени для укрытия. В зале было немало народу: вокруг бильярдного стола, то сидя, то стоя, собралась кучка парней. Лу Чжэнсы стоял напротив, вытянув руку, чтобы показать угол удара. А Чэнь И — рядом с Мяо Цзинь, и своей широкой фигурой словно заслонял её хрупкое тело. Его взгляд скользнул по зеркалу, кадык резко дёрнулся, брови нахмурились, опустившись к вискам,но глаза — тёмные, глубокие, непроницаемые — оставались совершенно бесстрастными. Медленно он протянул руку и кончиками пальцев коснулся острого локтевого сустава Мяо Цзинь — мгновение — и жар от его прикосновения обжёг её шелковистую кожу. «Вытяни руку,» — произнёс он, немного хрипло. Его пальцы медленно скользнули вверх — от её локтя к плечу — и слегка надавили вниз: «Не горби плечи. Держи их ровно». Ему нужно было поправить её движения — показать, как правильно вести кий и наносить удар. Его высокая фигура наклонилась над ней, ладони опёрлись на стол по обе стороны от её тела, оставив ей совсем немного свободного пространства. Лица их оказались так близко, что дыхание смешалось, и тёплый воздух от его вздоха касался её уха. Она почувствовала, как сзади к ней почти прижалось его тело — широкое, плотное, с гулкой, почти осязаемой тяжестью. Он словно обозначил для неё отдельный мир, отгородив от всего шума и суеты зала. Она чуть повернула голову, и в этом жесте — на фоне гула голосов и стука шаров — её взгляд, мягкий, как осенняя вода, изогнулся в лукавой, томной улыбке. Тихо, почти шёпотом, она спросила: «Ты что, всех девушек так учишь играть?..» Её тёплое дыхание коснулось его шеи, и ухо Чэнь И слегка порозовело. Его кадык резко дёрнулся, скулы напряглись, челюсть сжалась. Он плотнее сжал её запястье и, хрипло, сквозь стиснутые зубы, бросил: «Расслабь запястье!»