Глава 57 — Глава 26.2 Истинная суть

У госпожи Шэнь екнуло сердце, губы дрогнули. – Саннян, ты только что проснулась. Давай обсудим все это, когда тебе станет лучше. Сегодня особенный день и для тебя, и для твоей старшей сестры, этим утром у нее состоится церемония вдевания шпильки, соберется много знакомых благородных дам. Твое здоровье все еще довольно хрупко. Если хочешь, я чуть позже могу организовать для тебя еще одну церемонию во дворе Сюаньтин. Услышав это хоу Сюаньпин нахмурился. Хотя рождение этих двух дочерей разделяло всего полчаса, Саннян была дочерью наложницы, ее статус не предполагал приглашений на такие церемонии гостий из других поместий. Если принять предложение его жены, они будут ждать, пока все гости разойдутся, а дочка отдохнет, ее церемония вдевания шпильки пройдет вечером, очень тихо. Когда он уже собирался возразить, заговорила наложница Ли: – Господин, позвольте мне сказать! Все повернулись к ней. Ее лицо было белым, как бумага, женщину трясло. – Господин, наверняка за пробуждением третьей барышни стоит нечто, невидимое глазу. – Что за ним может стоять? – раздраженно спросил хоу. Человек выздоровел, когда выздоровел, и очнулся, когда очнулся. Это естественно, и незачем приплетать сюда всякую мистику! Наложница Ли поползла на коленях поближе к нему – и к постели, заставляя его невольно нахмуриться, ее растрепанный и неаккуратный облик вызывал его недовольство. – Господин, подумайте! Третья барышня очнулась как раз когда мы обсуждали перемену ее судьбы. Это оттого, что Будда наблюдал за нами и одобрил избранный способ, только поэтому он вернул нам третью барышню с порога смерти, чтобы попрощаться! Чего-чего Будда сделал? Лицо хоу Сюаньпина потемнело. Эта Ли заявила, что Саннян очнулась временно, только чтобы скончаться? Он слов не находил, чтобы выразить свои мысли! Госпожа Шэнь также ошеломленно замерла, задумавшись, стоит ли ей вмешиваться. Очнуться было, конечно, благословением, но как родная мать может так говорить о собственной дочери? Жулань совершенно сошла с ума, как ее муж и утверждал. Момо Лао негромко вмешалась, нарушив тишину: – Я слышала, как рассказывали про людей, которые давали Будде искренние обеты. Но когда они забывали клятвы и не соблюдали их, Будде ничего не оставалось, как лишить их благословения и наслать на них неудачи и беды. Итак, согласно наложнице Ли и момо Лао, Пэй Юаньси очнулась, оттого, чтоб Будда признал искренность наложницы Ли. Теперь если Пэй Юаньси не последует пути, которые ей выбрала наложница Ли, Будда заберет обратно все свои милости. Госпожа Шэнь искренне сомневалась во всем этом, но прикусила язык. – Что это значит «жизнь за жизнь»? – спросила Пэй Юаньси. – Чья жизнь? Хоу Сюаньпин не нашел слов, чтобы объяснить. Слуга, как бы прилежен, умен и обучен он ни был, остается слугой, и все еще стоит ниже их. Даже когда Саннян еще не очнулась, он сомневался в этом решении, теперь же, когда она полностью пришла в чувство… – Это ничего, не слушай, что болтает мать-наложница, – в его голосе мелькнула тень гнева. – Господин, если обмануть Будду, случится несчастье! – со слезами на глазах воскликнула наложница Ли, и хоу тут же взорвался: – Идиотка, болтай о карме, сколько хочешь, но я Небесами я разберусь сам! Если бы не то, что именно эта женщина дала Саннян жизнь, он бы давно велел заткнуть ей рот и выкинуть вон. Она несла чушь – Саннян очнулась оттого, что ее раны не были серьезными и лекарство доктора Гуна наконец-то возымело эффект. При чем здесь Будда? Госпожа Шэнь молчала, не высказывая мнения. Неважно, хорош или плох был племянник наложницы Ли, он все равно оставался слугой, которого только предстояло освободить. Как главной жене, ей не стоило упорствовать в этом деле, не то о ней могли распространиться слухи, как о злой мачехе. – Нет-нет, господин, вы не можете так поступить! Умоляю, дайте мне поговорить с третьей барышней… – взмолилась наложница Ли, подползая на коленях к кровати, но хоу Сюаньпин остановил ее, вовремя выставив ногу. – Третья барышня, сейчас ты в сознании благодаря Будде. Послушай мать-наложницу, вы с моим племянником… – Цыц! – рявкнул хоу Сюаньпин, пинком отбрасывая женщину от кровати. Перепуганная госпожа Шэнь ахнула, но быстро прикрыла рот ладонью. Наложница Ли поднялась на ноги, растрепанная, в разворошенной одежде. – Даже если господин забьет меня до смерти, я должна высказаться! Ведь если третья барышня не последует воле Небес, она понесет наказание, суровое наказание!